Ниже ада
Шрифт:
Судя по шуму, расстояние до места, где залегли друзья, монстр должен преодолеть секунд за двадцать, в лучшем случае, тридцать. «Попытаться сбежать? С бессознательным Ванькой только и бегать… да еще и от на редкость шустрой скотины. Граната? Калаш? — Живчик панически перебирал варианты. — Сразу наведем на себя погоню. Нож? Супротив такого „броневика“… Пистолет? Тоже громко, да и не возьмет он толстокожего… Стоп!»
Костя, больше не скрываясь, вскочил и судорожно принялся развязывать вещмешок. И немного растерялся, наткнувшись на трофеи из подземелья, про которые успел начисто забыть. Насколько ценные, настолько бесполезные здесь и сейчас… Безжалостно отшвырнув краденые «сокровища», он извлек тряпку, которую называл «сталкерским глушителем», и неверными руками навертел на ствол пистолета. Огромная туша мутазавра уже мелькала между ближними деревьями и грозилась вот-вот выйти на финишную — для друзей — прямую. Федотов потратил несколько мгновений на то, чтобы расслабить мышцы рук, затем вскинул пистолет, прицелился, задержав дыхание, и, наконец, выстрелил.
Пуля предназначалась отнюдь не Метелице: роговые плиты на морде и костяной шейный нарост-«зонтик» надежно защищали гада от лобовых атак. А вот для мягкотелого «стукача» Хорха мелкий калибр был в самый раз. Смертоносный металл сбил зверька с крошечных лапок, мохнатая тушка завалилась на спину, несколько раз судорожно вздрогнула и застыла навсегда. Лишившись наводчика, гигантская туша, безглазая и тугоухая, остановилась на полном ходу и замерла. Растерянно водя страшной мордой в разные стороны, исполин выбрасывал наугад полутораметровый «отбойный» хобот, словно пытаясь нащупать хоть что-нибудь вокруг.
Живчику стало почти жаль гиганта, уж больно несчастным и потерянным выглядел хищник, в одночасье растерявший все свое могущество. «Недолго тебе мучиться осталось, кого-то ждет шикарный ужин на три дюжины персон из тонны радиоактивного мяса».
Осторожно подняв Ивана и стараясь не шуметь, дабы не гневить понапрасну капризную госпожу Фортуну, Федотов осторожно провел друга мимо жалобно подвывающего людоеда. В другое время любознательный молодой человек обязательно бы задержался подольше у этого экзотического экземпляра местной фауны… Но то время прошло.
Удача, покинувшая команду в проклятом подземелье, явно благоволила ей на поверхности: погоня, по всей видимости, ушла более очевидным и предсказуемым маршрутом, да и фауна больше не докучала. Пришлось, правда, отбить несколько не слишком опасных покушений коварной флоры, однако Живчик слишком хорошо изучил повадки растений этой зоны, чтобы попасться в недружелюбные объятия ползучего папоротника-кружелиста или купиться на хитроумные приманки черной белены. Лес отпустил людей, так и не получив ожидаемой кровавой дани. Впереди возвышались городские «джунгли».
— Мидзару.
— Уходи.
— Кикадзару.
— Я не слышу тебя.
— Ивадзару.
— Я больше не боюсь.
— Твоя судьба предсказана, человек.
— Мне все равно.
— Судьба слепа, как и ты. Мидзару.
Обойму ПМа пришлось расстрелять, чтобы отогнать стаю не в меру докучливых голубялок. Еще пара патронов ушла на окончательное усмирение шатуна-неупокойника.
«Всего четыре патрона, и мы останемся без „тихого“ огнестрела, — горестно вздохнул Живчик. — Негусто. Боезапас калаша, конечно, почти не тронут, только Ванька немного пострелял на заправке, но… Кто же знал, что готовиться нужно к „тихой“ операции. Славная вышла прогулка…»
Заметив дальше по улице неясные тени, Федотов заколебался. Скорее всего, какая-нибудь мелочь, но стоит ли понапрасну рисковать куцым боеприпасом? Скрепя сердце, пришлось свернуть во дворы. В ослепительном свете взошедшего солнца замкнутое внутреннее пространство железобетонных многоэтажек не казалось особо угрожающим, скорее наоборот — вся «площадь» отлично простреливалась, что было огромным минусом для «контактных» хищников. Здесь хорошо и вольготно только человеку, давно предпочетшему клыкам и когтям более практичный дальнобой. Главное, держаться подальше от самих домов, их стен, окон и дверей, и тогда никакая засада не страшна.
Успокоившись, Костя смело двинулся вперед, увлекая за собой безмолвного товарища. И просчитался.
Слепни — старые знакомые! — появились, когда друзья уже миновали центр двора. Пятерка крупных особей и не думала прятаться — мутанты застыли метрах в сорока от людей и вальяжно ожидали своих жертв. Роль загонщиков досталась еще шестерым тварям, зашедшим со спины самонадеянных двуногих.
Федотов обматерил сам себя и, недолго думая, взялся за автомат. «Вот тебе и „тихая“ операция… Даже если отобьюсь от этих уродов, от погони уже вряд ли уйдем. Как же обидно сгинуть в пятнадцати минутах ходьбы от родной станции…»
Вслух Костя прокричал:
— Ну что, гады, подходи по одному!
И не услышал собственного голоса, потонувшего в оглушительном гуле. Слепни все, как по команде, вскинули морды к небу, откуда пришел спасительный шум. А Живчик, прежде чем с удивлением уставиться ввысь, разрядил полрожка в загонщиков. Оставшиеся в живых монстры предпочли позорное бегство неизбежному истреблению.
Источник небесного «грома» укрылся от Костиного взгляда — одна из высоток напрочь перекрывала обзор. Пришлось оббегать кругом целый дом.
«Как же удачно получилось! — радовался неожиданной развязке Федотов. — Этот грохот заглушил выстрелы. Вот уж подфартило так подфартило».
Но в следующее мгновение Живчик забыл о внезапном везении — тяжело разрезая густой воздух лопастями, над мертвым микрорайоном Ботанический летел вертолет.
— Внук, тебе пора возвращаться.
— Я знаю, дедушка. Мы еще увидимся когда-нибудь?
— Пусть судьба ведет тебя. Мидзару, кикадзару, ивадзару.
Что-то мешало, давило на глаза. Пришлось стащить с лица противогаз, а затем и тугую повязку, обрекающую на слепоту. Иван находился в каком-то темном помещении, состоящем из одних лестниц. Живчик тащил его за собой, накручивая спираль за спиралью из проносящихся мимо ступеней. Дозорный несильно дернул рукой, пытаясь вырваться. Костя, почувствовав сопротивление, мгновенно обернулся и, не ослабляя захвата, оценивающе посмотрел на друга.
— Где мы? — Голос не слушался Мальгина, и вместо вопроса получился один лишь хрип. Но и его было достаточно, чтобы старый товарищ торжествующе вскричал: