Чтение онлайн

– Откуда вы знаете? – Он побледнел.

– Я ее дочь.

– Боже мой! – Джеймс, пораженный, вскочил на ноги. – Неужели вы хотите сказать...

– Я Кристен Морган Брейди. – Она тоже встала, держа на руках Тедди. Теперь слезы текли по ее щекам, но Кристен не обращала на них внимания. – Я понимаю, мы вам совсем не нужны, – продолжала она, обращаясь к человеку, стоявшему напротив, – но я просто хотела, чтобы вы знали, что я ваша дочь, а Тедди ваш внук!

Слова Кристен эхом разнеслись по комнате, а затем наступила напряженная тишина; ни Кристен, ни Джеймс долго не могли произнести ни слова, но затем банкир наконец обрел дар речи:

– Нет... этого не может быть. Вы хотите сказать, что вы Сара?

– Сара Кристен, – уточнила она, глядя на него сквозь жгучие слезы.

– Боже мой, ты Сара – моя дочь Сара! – Недоверчиво качая головой, Джеймс несмело шагнул вперед. – Не могу этому поверить! Ты знаешь, что всю жизнь я искал тебя?

Джеймс торопливо пересек комнату и, обнимая Кристен и малыша, тоже не смог сдержать слез. Некоторое время они так и стояли все вместе: Джеймс прижимал к груди давно потерянное дитя и только что обретенного внука, а Кристен была растеряна и смущена неожиданным признанием. Но Тедди заплакал, и Джеймс мгновенно разжал объятия.

– О, дорогая, я, наверное, испугал его. – Смахнув слезу, Джеймс снова с изумлением взглянул на своих гостей.

– Что-то случилось, сэр? – входя в гостиную, с тревогой спросила Хелен. – Я услышала детский плач...

– Хелен, – обратился он к экономке, – не побудете ли с этим юным джентльменом несколько минут на солнышке на веранде? Нам с его мамой нужно поговорить.

– С превеликим удовольствием, сэр, – просияла экономка.

– Ты не возражаешь, Крис? – спросил Джеймс, когда экономка подошла, чтобы взять у Кристен плачущего ребенка.

– Конечно, нет. – Пробормотав слова благодарности, Кристен отдала ребенка Хелен.

Когда экономка с ребенком вышла из комнаты, отец и дочь еще несколько секунд пристально, не отрываясь смотрели друг на друга в невыносимо неловкой тишине.

– Давай сядем, Крис, нам о многом нужно поговорить, – наконец хрипло произнес Джеймс, и они сели рядом на диван. – Мне все еще не верится, что ты Сара! – воскликнул он, пригладив рукой волосы.

– Я... я ваша дочь.

– Почему ты не сказала мне этого сразу?

– Я... я не думала, что вы хотели бы это узнать, – беспомощно пробормотала Кристен, вытирая рукавом слезы.

– Не хотел бы узнать! – Джеймс возмущенно покачал головой. – Крис, да я мечтал об этой минуте долгих восемнадцать лет!

– Вот как? – с горечью бросила она.

– Боже, конечно же! – Он все с тем же изумлением смотрел на дочь. – Я так и не могу поверить... И самое странное, что теперь, когда ты здесь, мне даже трудно решить, с чего начать. – Прищурившись, Джеймс на мгновение задумался. – Сначала, пожалуй, скажи мне, почему ты решила, что я никогда не хотел тебя знать?

– Так всегда говорила мама, и несколько раз, когда я разговаривала с вами, вы говорили мне, что у вас никогда не было детей.

– Крис, – печально кивнул он, – я говорил так только потому, что мне было очень больно признаться, что я потерял тебя. Мои слова, вероятно, были предательством, но мне легче было говорить всем, что я никогда не имел детей, чем объяснять, что я потерял единственного ребенка, который был светом всей моей жизни.

Кристен захлебнулась слезами – ведь она по той же самой причине сказала Джошуа, что ее отец умер; она не могла говорить о боли, вызванной тем, что отец отказался от нее – да, отказался!

– Вы не можете так думать, – обвиняющим тоном бросила Джеймсу Кристен.

– Но это правда, дорогая. – Он накрыл ее дрожащую руку своей рукой. – Я любил тебя всем сердцем и чуть не умер, лишившись тебя, а сейчас все еще не могу поверить, что после всех этих лет ты вдруг оказалась здесь.

– Но... – недоверчиво покачала головой Кристен, – это же полная бессмыслица! Мама говорила мне совершенно другое!

– Расскажи, что говорила тебе мама, – настаивал Джеймс, – расскажи мне обо всем. В частности, как твоя мать описывала то, что произошло здесь, в Галвестоне?

– Ну, когда я была еще совсем маленькой, мама рассказала мне, что вы с ней встретились и поженились в Галвестоне, а когда я только родилась, развелись. Она сказала, что после этого вы не пожелали иметь ничего общего ни с одной из нас. Потом, когда мне было около двенадцати лет, мама наконец рассказала мне, что она уехала со мной из Галвестона после скандала из-за вашей связи с другой...

– Что?! – перебил ее Джеймс словно громом пораженный.

– После скандала, вызванного вашей... вашей неверностью. Так мама объяснила мне причину расторжения вашего брака.

– Продолжай, дорогая. Что еще рассказала тебе мать? – Джеймс не верил собственным ушам, но нашел в себе силы каким-то деревянным голосом задать вопрос.

– Все в том же духе. Она сказала, что вы открыто жили с... со своей любовницей, нарушив все брачные клятвы, пока мама не поняла, что нужно подавать на развод. И... по ее словам, именно из-за этого вы вышвырнули нас обеих, заявив, что не желаете никогда больше видеть ни одну из нас.

– Боже мой! – Глаза Джеймса потемнели от боли и возмущения. – Кристен, я знал, что твоя мать ненавидит меня, но... но такое?! – воскликнул он, с трудом переведя дыхание. – Я не представлял себе, что Стелла настолько поддастся своей ненависти, что попытается отравить твой юный мозг и настроить тебя против отца. – Джеймс крепко сжал руку дочери. – Поверь мне, дорогая, твоя мать тебе лгала. Это именно она завела связь на стороне во время нашего брака, когда ты была еще грудным ребенком. И могу добавить, ее любовная связь ни для кого не была секретом. Я же оставался верен Стелле до последнего дня нашего брака. Когда любовник бросил ее, я предложил ей снова сойтись ради тебя, но, видимо, Стелла не могла вынести публичного унижения, которое сама же навлекла на себя своим злосчастным поступком. Во всяком случае, вот так обстояли дела. Когда же она подала на развод, между нами разразилась ожесточенная баталия по поводу опеки над тобой. – Джеймс вздохнул и немного помолчал. – Полагаю, я мог изменить ситуацию в ходе судебного процесса.

– Что вы имеете в виду?

– Видишь ли, принимая во внимание обстоятельства нашего развода, я знал, что имею право на свободное посещение ребенка, но Стелла на каждом шагу выдвигала всяческие возражения, и в конце концов мой адвокат сообщил адвокату Стеллы, что, если она в ближайшее время не изменит своего поведения, нам придется потребовать лишения ее родительских прав. – Джеймс снова замолчал, покачав головой. – Очевидно, эта угроза привела твою мать в панику, она подписала все документы, но затем срочно уехала из штата имеете с тобой, грубо нарушив заключенное между нами соглашение. Я старался разыскать тебя, но безуспешно. – Кристен попыталась было что-то сказать, но Джеймс остановил ее, подняв руку. – Знаешь, дорогая, через несколько дней дело было передано в агентство, осуществляющее надзор за исполнением судебных постановлений, которое привлекается в таких случаях. Но власти снова и снова говорили мне, что моя «проблема» со Стеллой считается семейным спором, а ни одно из частных детективных агентств, в которые я обращался, не смогло ничего узнать.