Ночь призраков
Шрифт:
Да, позвонит, если Барри не тот самый, кого они ищут. Он высокий, мускулистый, мощный. С таким трудно справиться даже вдвоем. А вдруг он все подстроил? Он сделал вид, что ему плохо, зная, что они поднимут его и повезут в больницу. Сначала он лежал и не шевелился. А вдруг он вскочил и напал на Дэвида и Джейми, которые, конечно, никак не ожидали такого поворота? Прежде он вышвырнул за борт Дэвида и Джейми, а затем принялся за Кейти…
Ванесса сжала кулаки, приказывая себя не сходить с ума. Но ей было страшно. Пусть они скорее позвонят. Дэвид, Кейти, кто-нибудь…
Лу Сандерсон сидел на пляже один и смотрел, как они едят. Лиам и Шон находились с двух сторон группы.
Когда у Шона зазвонил телефон, все вздрогнули и уставились на него. Шон быстро ответил и сразу с облегчением вздохнул:
– Они на Бимини, в больнице. Врачи обещают скоро привести Барри в чувство.
Все сразу повеселели, начали болтать и даже шутить.
Дэвид, Джеми и Кейти вернутся только к утру, а это минус три надежных человека.
Тед и Джейден тоже пользовались доверием, но они были не бойцы, хотя Тед умел стрелять из подводного ружья. Карлос, шаставший где-то по кустам, был не в счет.
Выходило, что Шон, Лиам и Марти надзирали за одной хрупкой блондинкой и двумя хлипкими парнями, вчерашними подростками. Наверное, было что-то, что они упускали из виду.
Шон сообщил Лиаму, что Ванесса нашла нож Тома Эсслинга и что назавтра они отправляются искать «Дельфи».
– А ночью что? – спросил Лиам.
– Марти, Тед, ты и я дежурим по очереди. И Лу. Но насчет Лу я не уверен. За ним тоже надо присматривать. Когда все наши вернутся, надо будет кончать с убийцей. Мы больше не станем рисковать. Но нам нужна большая спаянная команда.
– О'кей. Ты отдохни пока, а я подежурю, – сказал Лиам.
– Спасибо.
Ванесса была уже в палатке. Днем она все время мерзла и на ночь надела длинную и теплую фланелевую сорочку. Шон шагнул к ней и обнял за плечи.
– Какая здесь все-таки теснота, – прошептал он, – да и люди вокруг.
– Мы с тобой уже так наловчились шептаться, – заметила Ванесса, – что потом и не разучимся.
– Общаться можно не только при помощи слов, ты же знаешь.
Ее руки обняли его и увлекли на тонкие матрасы, лежавшие на полу. Он был уверен, что это самая удобная постель в его жизни. Впрочем, любая постель хороша, если делить ее с Ванессой. Он взял ее лицо в свои ладони и стал медленно-медленно целовать, пока ее пальцы скользили у него под футболкой, дразня плоть. Нащупав револьвер у него за поясом, она замерла.
– Ой, извини, – сказал Шон.
– За что? Я рада, что у тебя есть оружие. В этих местах нелишним бывает иметь такие части тела, – пошутила Ванесса.
– Я тебе покажу – части тела…
Они быстро запыхались и со смехом зажимали друг другу рты, откуда рвались стоны и вздохи. Заниматься любовью было немного неудобно, но даже это неудобство, шепот, тычки, сдавленный смех, – все это только прибавляло остроты их ощущениям. Они пережили вместе последний невероятный восторг и потом лежали молча, глубоко вздыхая и слушая грохот своих сердец.
– Ты сейчас уходишь? – спросила Ванесса.
– Да… нужно идти, – не сразу ответил Шон, жалея про себя, что не умеет говорить с женщинами. Нет, вообще он умел разговаривать, просто ему в голову никогда не приходило, что он так увлечется, что ему захочется просыпаться с кем-то каждое утро. Он протяжно вздохнул, посмотрел на нее и произнес те слова, что вертелись на языке:
– Я, кажется, тебя люблю.
– И мне кажется, что я тебя люблю, – улыбнулась она.
– И я думаю, что, когда все это закончится, ты не должна уезжать. Мы должны увидеть, что из этого выйдет. Я думаю, что «кажется» будет уже лишним.
Ее губы легко коснулись его губ, и глаза заглянули в его прекрасные, темно-синие в темноте глаза.
– А я и не уеду.
Ему не хотелось оставлять ее, но он вынужден был идти. И он встал и натянул свою помятую одежду.
– Я с тобой, – сказала Ванесса.
– Нет. Спи. Завтра у нас трудный день. К тому же ты меня будешь отвлекать.
– Тогда ладно, – коротко согласилась она.
Он расстегнул молнию на палатке и выскользнул наружу.
Вопреки всему, что случилось за день – а может быть, благодаря этому, – Ванесса уснула почти мгновенно, едва Шон оставил ее. Некоторое время даже во сне она ощущала блаженство отдыха, а потом вдруг почувствовала, что ее кто-то трогает. Она открыла глаза. В палатке было темно, хотя лагерь ярко освещался горящими факелами.
Наверное, она все-таки спала, потому что она видела женское лицо. Не то лицо, что было на кариатиде, не лицо донны Изабеллы. Другой женщины. Эта была молодая блондинка, с выражением усталости и тревоги в глазах.
Китти Катласс. Нет, все это сон.
– Идем, идем… вставай, уходи, – торопила ее Китти.
Но она так сладко спала…
Ванесса уже начала просыпаться, когда перед ней возникло еще одно лицо.
Зои трясла ее за плечо и умоляла, всхлипывая:
– Ванесса, проснись, идем со мной. Быстрее.
Ванесса мигом проснулась и села на матрасе:
– Что случилось?
– Это Билл… только тихо… пожалуйста, не разбуди никого… Если Лу узнает, он его убьет.
Слезы струились по ее нежным щекам.
– Хорошо, хорошо, Зои, только скажем Шону…
– Потом. Сначала Билл. Выслушай его. Ты сможешь объяснить Шону.
Ванесса тихо вышла из палатки вслед за Зои.
Лу? Она верила ему! У него семья, дети…
– Эй, вы куда? – послышался голос Шона.
Зои молча вытаращилась на него.
– Что стряслось?
– Шон, – тихо сказала Зои, – вы должны вести себя тихо, чтобы не поднять тревогу.
– А что такое?
– Зои… – заикнулась было Ванесса, но та перебила ее.
– Зои устала ждать и исполнять чужие приказы, – сказала Зои жестким и сухим голосом, словно ее подменили.
Шон выхватил револьвер, но она его опередила, ткнув пистолетом в спину Ванессе.
– Брось свою пушку, Шон. У меня «магнум» сорок пятого калибра. Если грудь Ванессы взорвется и брызнет тебе в лицо, ты сам будешь виноват.