Чтение онлайн

13 сентября 1944 года допрос Кенкуша продвинулся уже настолько, что тот фактически признался, что его группа связана с другой группой, а связным между ними является Гуздек. При посредничестве Гуздека еще до ареста Кенкуша состоялись две встречи Кенкуша с неизвестным нам человеком из этой новой группы. Мне донесли, что одна встреча должна была состояться перед каким-то кинотеатром в Остраве, а другая в городском парке. Наконец Кенкуш признался, что они условились с этим человеком встретиться еще раз 14 сентября недалеко от стрельбища у Остравице. На основе этого показания Кенкуша мы еще раз проверили весь случай. Снова допросили Гуздека, и тот подтвердил показания Кенкуша, указав, что все устроил Ихновский; он, Ихновский, передал также написанный на листке бумаги пароль для Кенкуша, с которым должен был обратиться к нему неизвестный.

После допроса Кенкуша и Гуздека я отправился к начальнику и еще раз сообщил ему все подробности. Леман приказал допрашивать Ихновского до тех пор, пока не признается. При этом он подчеркнул, что необходимо применить все средства для того, чтобы принудить Ихновского к признанию. Здесь я должен заметить, что начальник был особенно заинтересован в этом случае. 13 сентября после обеда в нашу канцелярию снова привели Ихновского. Сначала я стал задавать ему общие вопросы. Поняв, что он опять будет запираться, ударил его несколько раз ладонью по лицу. Затем велел продолжать допрос коллегам Лангу и Шроку и непрерывными вопросами утомить его. Сам же снова приступил к допросу Кенкуша. Ланг и Шрок допрашивали Ихновского в своей канцелярии. Мне известно, что на этом допросе они применили насилие. Примерно в семнадцать часов ко мне в канцелярию пришел Ланг и сообщил, что Ихновский не выдержал пыток и решил признаться…»

После этого начались аресты членов отряда «Ян Жижка». 13 сентября 1944 года заместитель начальника остравской службы гестапо Карел Кордес отдал приказ всем гестаповцам на следующий день в три часа утра явиться в канцелярию для проведения арестов. Так как предполагалось, что гестаповцам придется иметь дело с членами вооруженного отряда, которые могут оказать сопротивление, по договоренности с Франтишеком Турнером, командиром остравских частей СС, было решено усилить отряд гестаповцев еще двадцатью эсэсовцами. Проверить адреса членов отряда и их рабочую занятость поручили Фридриху Шестагу, уполномоченному контрразведки на руднике «Франтишек». Дело в том, что план гестапо был рассчитан на проведение координированной операции как на заводах, так и на квартирах, чтобы члены отряда не могли предупредить друг друга и не могли быть предупреждены другими людьми.

Перед самой операцией Кордес приказал взять членов отряда живыми, так как полагал, что с их помощью можно будет раскрыть всю сеть. Кроме того, он подчеркнул, что арестованных необходимо немедленно связывать, так как они очень опасны. Наконец, была создана группа по проведению арестов и указаны адреса людей, которых необходимо арестовать.

Вскоре после трех часов утра 14 сентября 1944 года гестаповская машина пришла в действие.

Гестапо стремилось арестовать в первую очередь парашютиста «Карла». Под этим именем, как уже упоминалось, в Остравской области действовал Рудольф Пешел. 14 сентября 1944 года Ихновского заставили привести гестаповцев к Роберту Томашу в Гержманице. Только он один имел связь с Пешелом, который скрывался у Станислава Валечко в Рихвальде. Три недели допрашивали Томаша, три недели он подвергался страшным пыткам и, несмотря на это, направлял гестапо по ложному пути. Но потом не выдержал мучений и указал место, где укрывался парашютист.

Пешел, узнав, что Томаш арестован, в тот же день со всей своей экипировкой ушел к Алоизу Томицу в Рихвальд. Оттуда он сообщил в Советский Союз о провале отряда. При уходе Пешел не сказал Валечко, куда он идет. Однако случаю было угодно, чтобы Валечко узнал об этом. Дело в том, что Пешел встречался с Валечко и после ухода к Томицу. Пешел хотел подыскать себе другое убежище в Марианске Удоли у Оломоуца, а чтобы добраться туда с меньшим риском, попросил Валечко, работавшего на железнодорожной станции в Новом Богумине, познакомить его с дежурным по этой станции Йозефом Ганке.

Валечко привел дежурного по станции на встречу с Пешелом. Ганке получил задачу проследить, как часто производятся проверки на станциях и в поездах. На основании этих данных Пешел хотел выбрать наиболее удобное время для проезда поездом к месту своего дальнейшего пребывания. На встрече в поле всех троих увидел Томица. Он пришел к Валечко и в разговоре сказал ему, что война долго продолжаться не будет, что ему об этом сказал парашютист, которого он, Томица, укрывает. Валечко, чтобы не остаться у него в долгу, признался, что тоже укрывал этого парашютиста целых одиннадцать месяцев. Вскоре после этого Валечко был арестован. Не выдержав пыток, он на очной ставке с Томашем указал фамилию Томица, чем практически раскрыл и Пешела.

Сопоставив все показания, остравское гестапо решило нанести подпольщикам последний удар. Оно основательно подготовилось к операции. Заместитель начальника службы гестапо Кордес и гестаповец Винклер поехали в Прагу, чтобы получить от вышестоящих начальников инструкции по поимке парашютистов. После уточнения места жительства Томица создали специальную арестную команду во главе с Вагнером. Операцию назначили на 13 октября 1944 года.

В этот день арестная команда выехала в Рихвальд. Один из арестованных указал гестаповцам дом Томица. Этот дом вместе с другими, рядом стоящими, взяли в кольцо. Постепенно оно все более сужалось.

Как раз в это время объявили воздушную тревогу. Немецкие зенитные батареи, размещенные вокруг Остравы, открыли бешеную стрельбу по звену американских бомбардировщиков. После объявления тревоги в Рихвальде многие люди стали покидать дома и побежали в поле. Из тесного кольца окружения, в котором оставалось лишь несколько домов, тоже вышли мужчины, свободные от сменной работы.

Из дома Томица вместе с другими вышел и Пешел, который хотел воспользоваться случаем, чтобы бежать. Однако все выходившие из кольца подвергались проверке. Пешела проверял агент Вилковский, который также участвовал в операции. Пешел предъявил ему фальшивое удостоверение личности. Вилковский просмотрел его и насторожился. В нем значилась фамилия Карл Тиль. Это оказалось для Пешела роковым. От арестованных, сотрудничавших с ним, гестаповцы знали, что парашютиста, который действует в этом районе и которого они ищут, зовут Карлом.

Вилковский оставил удостоверение личности у себя, а Пешела вернул обратно. Немедленно дал знать об этом остальным членам команды. Тем, согласно показанию Вагнера, стало ясно, что это не кто иной, как разыскиваемый парашютист.

Арест Рудольфа Пешела был проведен следующим образом. Вилковский послал к нему какого-то мальчика с поручением, чтобы тот явился за своим удостоверением личности, поскольку недоразумение прояснилось. Пешел пришел, и Вилковский с несколькими гестаповцами скрутили его.

При обыске у Пешела нашли удостоверение личности на имя Йозефа Гараха. Под этой фамилией Пешел хотел скрываться на новом месте. После ареста Пешела произвели тщательный обыск в домике Томица, в результате нашли коротковолновый передатчик и два пистолета. Вместе с Пешелом гестаповцы арестовали всю семью Томица. Все арестованные были немедленно отправлены в остравское гестапо. Сразу после прибытия в гестапо Рудольфа Пешела подвергли допросу.

Начальник антикоммунистического отдела Штейндорф об этом рассказывает следующее: