Чтение онлайн

— ..мерзавец, — подсказала Стеффи.

— Именно!

— Я думаю, ты сможешь отказаться, — произнесла Стеффи, продолжая накрывать на стол. Нора удивленно уставилась на нее, не понимая, как сестра может думать об обеде в такую минуту.

— В том-то и дело, что меня даже не спросили! — выпалила Нора. — Мне приказано явиться к Карен Джонсон завтра в семь утра.

— Ах, бедняжка.

— Я настолько зла, что сейчас заору.

— О чем крик? — вмешался отец, входя в аккуратную, ярко освещенную кухню.

— Опять о Рауди Кэссиди, — объявила Стеффи, прежде чем Нора успела открыть рот. Дэвид задумчиво потер щеку.

— Не думаю, что вам нужно беспокоиться: он скоро уедет.

— К сожалению, недостаточно скоро для меня.

Отец тихо усмехнулся и вышел из кухни.

Рано утром на следующий день Нора появилась на втором этаже больницы. В сестринской Карен Джонсон заполняла больничные карты. Завидев Нору, она подняла голову:

— Значит, ты в курсе? Нора натянуто улыбнулась.

— И не могу сказать, что меня это радует.

— Я на это и не рассчитывала, но что мы могли поделать, если Его Высочество издал указ?

— Он уже проснулся? Карен кивнула.

— По-моему, уже давно. Просил, чтобы ты заглянула к нему, как только придешь, — добавила она, разведя руками.

Хотя Нора и злилась на Рауди, она не могла не улыбнуться обреченному жесту подруги.

— Как у него дела?

— Физически ему лучше. Но он все равно в плохом настроении. Ему совсем не нравится пребывание в больнице захолустного городишки, как он любезно величает Орчард-Вэлли. Думаю, что ему не понравилось бы и в раю. Больше всего ему хочется поскорее выписаться, и на всем этаже нет ни одного человека, который бы страстно не желал того же.

Нора засучила рукава своего белого халата и пошла в палату Рауди, мысленно готовясь к бою. Увидев ее, он по-мальчишески улыбнулся, что смутило и обезоружило Нору. Она не ожидала найти его в хорошем настроении.

— Доброе утро, — радостно приветствовал Нору Рауди.

— Хочу, чтобы вы знали, что мне не нравится, когда в мою жизнь вмешиваются ради своих личных целей.

— Что-о? — протянул он. — Вы говорите о том, что я попросил перевести вас на этот этаж? Вы сами подсказали мне, к кому обратиться. По-моему, вы ведете себя эгоистично.

— Я? А что тогда можно сказать о вас?

— Что мне одиноко. Вы — моя единственная знакомая во всем городке.

— Ваша знакомая — моя сестра, а вовсе не я, — напомнила ему Нора.

— В любом случае вы — единственная, с кем я могу поговорить. И я вам доверяю. Хотя, Бог свидетель, не знаю почему! Вы сами признались, что ничего не сказали Валерии о моей аварии, пока она не вышла замуж. Могу утешать себя тем, что вы приберегаете меня для себя.

Если он рассчитывал, что она станет с ним спорить, то он ошибся. Она сунула руки в карманы и вздохнула.

— Сейчас принесу ваш завтрак, — сказала она, поворачиваясь к нему спиной.

Когда через несколько минут она вернулась с подносом, Рауди уже сидел в постели.

— Мне нужна ваша помощь, — попросил он.

— По-моему, вы вполне можете поесть самостоятельно.

— Мне ужасно скучно.

— Поступайте как остальные — смотрите телевизор, — отрезала она. Одиноко ему или нет, она не станет развлекать его. Он сыграл с ней злую шутку, и она не собирается прощать его.

Рауди взглянул на серый экран телевизора:

— Пожалуйста, не обижайтесь на меня, Нора. Я серьезно.

— Я тоже. — Но она чувствовала, как ее сопротивление слабеет. Рауди нельзя было отказать в обаянии, не многие могли противостоять ему. Взять, например, Карен Джонсон… Нора не собиралась вести себя так же.

— Когда вы вернетесь? — С гримасой отвращения он рассматривал поданный ему завтрак. Гренки оказались холодными, яйца недоваренными, масло — плохого качества, а овсянка превратилась в размазню. Нора ему не завидовала.

— Кто-нибудь придет, чтобы забрать поднос, — ответила она ему.

— Вы можете сделать это прямо сейчас.

— Попробуйте съесть что-нибудь, — сочувственно предложила она.

— Что? Полусырые яйца или переваренную овсянку? Нет, спасибо. Я лучше обойдусь.

— Ланч будет получше, — пообещала Нора.

Он иронически поднял брови:

— Поспорим?

Нора вышла из палаты, но вскоре вернулась и принесла две домашние булочки с черничным джемом. Рауди удивленно раскрыл глаза, когда она положила их на поднос.

— Сама не понимаю, зачем я это делаю, — сказала она.

— А где вы их взяли? — Словно боясь, что она передумает, он схватил одну булочку.

— Испекла вчера вечером и принесла, чтобы угостить других сестер, когда будем пить кофе. Угощайтесь и вы.

— Обязательно. — Он развернул салфетку. Первую булку он проглотил почти целиком. — Они чудесны, — сказал он, облизывая пальцы, — как насчет того, чтобы продать рецепт?

Нора рассмеялась. Рецепт передала ей мать, и она сильно подозревала, что та просто выписала его из журнала.

— Как-нибудь потом.

— Если все же решите, сообщите мне сразу же. — Он собирался попросить ее еще о чем-то. — Кстати, Кайнкед заглянет ко мне сегодня после обеда, поэтому избавьте меня от этих проклятых обезболивающих уколов.

— Кайнкед?

— Мой юрист. Чертовски тяжело лежать здесь без движения. Вчера мы с ним разговаривали. Сегодня он принесет кой-какие бумаги, которые мне надо подписать, а для этого нужна ясная голова. Доступно?

— Да, Ваше Высочество.