Ноутбук
Шрифт:
Местные аборигены переглянулись.
– Под контролем.
– Точно.
– Что делать будем?
Главарь демонстративно пожал плечами и снова обратился к Алешу.
– Парень, эта тварь твоим другом только притворялась и пудрила тебе мозги, не дури!
– Это Тим-то притворялся? Да он мне жизнь спас и яичницу жарил! – Леш прижал ноут к груди. – И вообще, он не агрессивный, а ваши пушки могли меня прикончить!
– Электромагнитное оружие не опасно для людей. Максимум, что может случиться, это легкая боль, - мужчина нахмурился.
Местные вообще были бледными, словно солнца почти не видели, и, на взгляд Алеша, какими-то нервными. Нет, понятно, что война и все такое, но как тут смолчишь?
– То-то вы все такие психованные, что не вредит! Электромагнитое излучение, между прочим, угнетает нервную систему!
На этот выпад главарь никак не отреагировал, только коротко кивнул… словно подавая сигнал кому-то за спиной Алеша. Но обернуться парень уже не успел – на затылок обрушилось что-то тяжелое и твердое.
В глазах потемнело, и Алеш мешком свалился на землю, так и не выпустив безжизненное тельце ноутбука. Парня перевернули на спину, Тима брезгливо подцепили носком ботинка и отшвырнули в сторону. Что-то хрустнуло.
– Крепко же его приложило, - задумчиво сказал командир.
– Надо же, робот - и яичницу жарит. Начитался, небось, о временах до войны… Ладно, парни, хватаем этого и несём в госпиталь, там-то ему мозги на место вправят.
Люди ушли, забрав Алекса с собой. На ноут никто из них даже не взглянул, сочтя полностью и беспросветно выведенным из строя.
Поэтому никто и не увидел, как загорелось красным несколько светодиодов, а на мониторе проступил символ неизвестной операционной системы и полоска прогресс-бара…
…Голова болела страшно. Леш даже решил, что, наверное, вот так себя чувствуют люди с похмелья – сам он ни разу до такого состояния не напивался, у него голова утром вообще не болела. Не любил Алеш спиртное. Потом все-таки заворочались пришибленные болью мысли, которые напомнили, что напиться было негде и некогда, а вот по затылку словить – вполне себе да.
– Надеюсь, у меня не сотряс… - Леш всерьез задумался, тошнит его или нет. Думать было тяжко, так что определиться пока не получилось. – И где я вообще?
На свалку окружающая обстановка походила мало. Кровать, пусть узкая и больше смахивающая на койку, одеяло, ровные стены. А самое главное – отсутствие Тима!
Когда в голове чуть прояснилось, Алеш встал и попробовал выйти в коридор, чтобы осмотреться, но к своему неудовольствию обнаружил, что дверь заперта снаружи. Для изучения осталась только небольшая комната. Не то тюремная камера, не то больничная палата. Судя по окошечку в двери, это могло быть и то, и другое.
Но, когда дверь открылась, и в комнату прошла девушка в белом халате, сомнений стало куда меньше. Хотя мало ли какая тут у тюремщиков форма, да и для преступников предусмотрена медпомощь…
– Добрый вечер, - меж тем очаровательно улыбнулась девушка.
– Как ваше самочувствие?
– Голова болит, - Алеш глядел хмуро и слегка массировал виски. – У меня сотрясение?
На всякий случай Леш решил все отрицать и напирать на недопонимание. Если тут без разбора стреляют в любую технику, то пытаться донести, что Тим – друг и вообще не опасен, не стоит. А вот выбраться наружу и найти ноут нужно как можно скорее.
В то, что Тим скопытился от какого-то излучения, Леш не верил. Запрещал себе даже думать об этом.
– Где я?
– В госпитале. Вас сюда один из разведотрядов доставил, - девушка была сама любезность.
– Вас контролировал робот, поэтому им пришлось принять жёсткие меры, но не волнуйтесь, сотрясения у вас нет, обычный ушиб.
– А… мой друг? – Алеш надеялся, что растерянность и надежда вышли достаточно убедительно. – Он тоже здесь?
– Нет, - медсестра огорчённо покачала головой.
– Рядом с вами никого не было. Но, может быть, вашего друга ещё сумеют спасти от роботов.
Голос у неё был мягким, обволакивающим. Таким тоном врач, обнаруживший у пациента онкологию, уверяет, что болезнь плёвая и лечится курсом таблеток и уколов.
– Вы не понимаете! – Леш сжал кулаки. – Мы же там вдвоем были, на той свалке! Мы сбежали! А теперь Тим… он там, совсем один… а я здесь… Я не могу его бросить!
Парень заметался по палате, стараясь, однако, чтобы его действия выдавали только взволнованность, а не наводили на мысль об агрессии.
– Успокойтесь, - в ворковании медсестры проступила сталь.
– С вашим другом всё будет хорошо, и вы обязательно с ним встретитесь после того, как пройдёте курс психотерапии. Нам неизвестно, насколько сильно на вас повлиял тот робот, говорят, вы даже пытались его защищать.
– Ой, да та жестянка для маскировки была! – отмахнулся Леш. – А вдруг бы мы на роботов наскочили? Пожалуйста, дайте мне ваши лекарства, какие там нужно, и отпустите искать Тима! Или сами найдите… Но ваши разведчики ведь не пойдут искать незнакомого им человека, да?
– Не переживайте, вашего друга обязательно найдут. Мы же люди, а не какие-то железки! А вам необходим отдых. Завтра придёт доктор, вас посмотрит, - улыбнулась девушка.
– Но я ведь почти здоров! – Алеш подался вперед, умоляюще вглядываясь в глаза девушки. – А Тим ранен… Пожалуйста, помогите мне!
– Не волнуйтесь, я передам про вашего друга, куда надо. Профессионалы всё равно найдут его быстрее, чем вы.
– Только обязательно передайте! – Леш сделал вид, что смирился с обстоятельствами, но все равно беспокоится. – Мне нужно сдать какие-нибудь анализы?
– Пока нет, осмотр и исследования начнутся с завтрашнего дня, - сообщила девушка.
– Доброй ночи, пациент.
Улыбнувшись напоследок, медсестра вышла и, разумеется, закрыла дверь за собой.
– Подождите! – Алеш поспешил окликнуть девушку, пока она не ушла окончательно. – А нельзя погулять немного? Или хоть в комнату с приоткрытой форточкой… Просто у меня клаустрофобия.