Чтение онлайн

Зато в последних стихах Тимура Кибирова в том же номере плохо, на мой взгляд, решительно все. Кроме мысли. Она — очень внятная и вызывает сочувствие. Ему, как и многим из нас, нехорошо. Ну и зачем его так подставили, выдавливая это все в подборку? Или он был в курсе дела и сам все отобрал для печати? Бог весть.

Бела Хамваш. Предисловие к «Преступлению и наказанию». — «Вопросы литературы», 2002, № 1, январь — февраль.

«Альтернативный взгляд на мир» — так называется вступительная статья Ю. Гусева к публикации, очевидно, значительнейшего венгерского философа и литературоведа, историка культуры — Белы Хамваша (1897–1968). Читаем такое: «Может быть, если нам повезет, Хамваш научит нас читать, смотреть, судить так, чтобы наше зрение, наши суждения включали в себя хотя бы долю высшей и вечной (божественной? космической?) истины. То есть были бы — объективными». Очень искренние нащупывания. Сам же Хамваш предлагает один-единственный философский термин осквернение бытия, этим самым определением соединяет философию Родиона Раскольникова с философией социализма и пишет страстную проповедь, за которую у нас еще пятнадцать лет назад давали 58-ю статью УК.

Александр Шаталов. Путешествие в страну мертвых. — «Дружба народов», 2002, № 2.

Настоящей современной прозы нет (Б. Акунин, В. Сорокин, Баян Ширянов и другие штукари не считаются). Хотя в прошлом году она (проза) еще была. Но вся — о смерти. То есть проза вроде бы есть, но поскольку она о смерти, значит, авторам нечего сказать. Стало быть, прозы нет. А всю эту прозу, которой нет (которая о смерти, улавливаете?), писали, оказывается, некоторые известные женщины (вроде Людмилы Улицкой). Но они же одиноки и беспомощны, они как бы смерть свою метафизическую описывали. И знали отлично. Что на самом деле их нет. Так что как ни крути, прозы нет. Есть идея: страна мертвых.

Вставляет, как говорят иные ширяновы.

А. Л. Шемякин. Никола Пашич. — «Вопросы истории», 2002, № 2.

Обстоятельный очерк о легендарном сербском вожде, возложение цветов на могилу которого в Белграде еще недавно тоже могло закончиться арестом. Этот человек прожил 82 года, знал и любил Россию (даже переводил Данилевского!) и умер в 1926 году, так и не сумев воплотить в жизнь свою единственную мечту: конституционально единое югославянское государство, за которое сражался как лев.

Иван Шмелев: отражения в зеркале писем. Из французского архива писателя. Подготовка текста, примечания и публикация О. Н. Шотовой и В. П. Полыковской. Предисловие В. Сахарова. — «Наше наследие», 2001, № 59–60.

Переписка с З. Н. Гиппиус, К. В. Деникиной и — невероятная по высокому любовному дыханию — с О. А. Бредиус-Субботиной. «Я знаю, наши п<исьма> увидят свет, войдут в „истор<ию> рус<ской> литературы“. И знаю, что это будет — „лирический шедевр“. Миллионы будут читать, увидят, как раскрывались души, огромный мир увидят… неповторимый… я отлично знаю. Это будет „роман романов“, чистый, тончайший…» — писал Шмелев своей обожествленной. Они, между прочим, и встретились-то один раз всего. «Миллионов читателей», как мы теперь понимаем, не будет. Но те немногие, кто прочтет несколько писем (и в одном из них найдет литературный этюд-шедевр Ивана Сергеевича — «Свете тихий»), вряд ли забудут эпистолярную орнаментовку этой любви — ни с чем не сравнимую словесную мелодию, складывающуюся то в гимн, то в мазурку. Публикация иллюстрирована множеством фотографий и автографов писем.

Здесь же напечатано исследование Г. М. Бонгард-Левина (с привлечением архивных материалов Нобелевского комитета) о шмелевской «нобелиане». Замечательно рекомендательное письмо Томаса Манна, в котором он выдвигает Германа Гессе и пишет, что «если Комитету может быть угодно когда-нибудь присудить премию русскому писателю», то он бы назвал Ивана Шмелева. И тут же дает блестящую характеристику последнего.

Сам же номинант (кстати, очень нуждающийся) позднее писал так: «Я бы не отказался, правда, но, по совести, но, правду сказать, не в „форме“ на такую скачку. Да таким, как я, никогда не дадут: таких обычно не признают „в европейской орбите“, — не утешители это, а „теребители“, что ли. За это по головке не гладят, шершавых…»

Валерий Шубинский. Взгляд и некто. — «Новое литературное обозрение», 2001, № 52 (2001, № 6).

О феномене русского эссеизма. Автор цитирует «лучшее эссе», которое «не читал — слышал» однажды на открытии литературного салона в Петербурге. Речь идет о Василии Кондратьеве, погибшем в 1999 году.

В. Г. Щукин. Блеск и нищета «позитивной эротологии». (К концепции любви у Н. Г. Чернышевского). — «Вопросы философии», 2002, № 1.

«Зрелая положительная любовь — так можно назвать ее разновидность (высшую, четвертую по счету В. Г. Щукина. — П. К.), иллюстрацией которой в романе служит чувство, связывающее Веру Павловну и Кирсанова, — осуществляется как бы сама собой, спонтанно и вполне органично, как бы без сознательного усилия любящих, без обязательной рациональной регламентации. Душевные порывы неотделимы в ней от плотских наслаждений, а те в свою очередь сопровождаются интенсивной работой мысли и общественной деятельностью». Во как.

Составитель Павел Крючков.

.

ДАТЫ: 12 июня исполняется 75 лет со дня рождения прозаика Виталия Николаевича Семина (1927–1978).