Чтение онлайн

– Я же говорил, что он мой, - услышал я за спиной голос Тиля, и тут же почувствовал, как он, схватив меня за плечи, оттолкнул в сторону. Он взял Олафа, который лежал без сознания, за ногу, и потащил на середину корабля. Свен все еще продолжал неистово избивать Тода, который уже не защищался.

– Свен перестань!
– крикнул Тиль, - они не заслужили легкой смерти.

Я остановил Свена, так как он даже не слышал, что ему говорил Тиль. Тод лежал, не двигаясь, лицо его было похоже на кусок мяса, глаз не видно было вообще. В это время спустился Руди. Подошел к нам и надменно посмотрел на своих бывших товарищей. Мы завязали руки изгоям и посадили их. А сами начали думать над тем, как лучше всего наказать их, пока они не пришли в себя.

– Может, мы тоже завяжем их под деревом?
– предложил я.

– Возможно, Тода и завяжем, но если Карл не выживет, то я убью этого изгоя, - ответил Тиль, показывая на Олафа.

– Этот ковчег построили мы, - сказал тихо и неожиданно Тод, - и он принадлежит только нам.

– Без Рагны, вы бы даже не знали, что такое ковчег и не знали бы о потопе, - ответил я, хотя чувствовал себя немного неудобно, так как в действительности ковчег построили изгои. Но мысль о том, что они бездушно завязали нас на улице, перечеркивала все их труды.

– Руди!
– обратился Тод к изгою, не обращая внимания на мои слова, - иди сюда, посмотри на меня, я хочу посмотреть, какие они бывают, глаза предателя.

Руди осторожно приблизился к Тоду, хотя Тод был завязан и избит, Руди все равно боялся его.

– Руди, - протянул Тод хриплым, срывающимся голосом, - помнишь, когда вас с Олафом изгнали из города, за вами гнались люди, чтобы убить вас, помнишь?

– Помню, - ответил Руди почти шепотом.

– Скажи мне, сколько их было тогда?

– Семь или восемь...

– И что они сделали с вами?

– Они схватили нас с Олафом и начали избивать, хотели убить.

– Кто тогда вас спас? Кто?!
– немного подождав ответа Руди, которого не последовало, - я, Руди, я спас вас, когда вы уже лежали и молили о помощи. Не боги, не Свен, не Ларс, а я, понимаешь?! Я тогда, рискуя своей жизнью, спас вас от лап этих кровожадных убийц. А помнишь, когда мы чуть не умерли от голода, кто, рискуя своей жизнью, охотился на кабана с одной лишь палкой в руках, чтобы прокормить вас? Помнишь, когда вам с Олафом негде было жить, кто вас приютил?

Руди молчал. Он даже не смотрел на Тода.

– И после всего, что я сделал для тебя, ты предал меня. Я уважаю своих врагов больше, чем тебя. Убейте меня!
– крикнул Тод, - убейте меня, лучше умереть, чем жить с тем фактом, что я был, обманут одним из самых близких мне людей.

Я отвел Тиля чуть дальше, чтобы никто не услышал наш разговор.

– Я со Свеном пойду обратно в хижину, за Карлом и девушками, ты с Руди оставайтесь здесь. Присмотри, чтобы ничего не натворили тут, к тому же ты устал, трудно будет тащить Карла тебе.

– Почему Свен не остается?

– Если честно, я не хочу оставить изгоев наедине.

– Понял, правильно мыслишь, - улыбнувшись, ответил Тиль и направился к изгоям.

Я и Свен покинули ковчег и побежали в хижину. Дождь, как мне казалось, начал лить еще сильнее. В хижине все с напряжением ждали нашего возвращения.

– Где Тиль?
– спросила тут же Гретхен, увидев, что его нет с нами.

– В ковчеге, все прошло как по маслу, сейчас они с Руди в ковчеге ожидают нас.

Рагна сидела рядом с Карлом. Он лежал, покашливая, лицо было у него совсем бледным, он потерял слишком много крови. Кожа вокруг раны побагровела, а в некоторых местах обретала зловеще черный оттенок. Я вместе со Свеном подошел к нему.

– Как все прошло?
– спросил Карл очень тихо.

– Ковчег наш, мы спасены Карл.

– Это хорошо, я рад, что вы сможете спастись, я рад.

– Перестань говорить так, будто ты умрешь, я не хочу ничего слышать об этом. Мы спасены, Карл, - сказал Свен, взяв его за руку.

– Я рад, что все получилось, - повторял Карл. На его лице появилась едва заметная улыбка, он был счастлив оттого, что его друзья будут спасены.

– Карл, держись, сейчас мы все вместе пойдем в ковчег, слышишь?

В ответ Карл ничего не ответил, просто смотрел на нас, улыбаясь. Свен дергая его руку, снова и снова повторял его имя, но он уже не отвечал. Его глаза были словно стеклянные, легкие перестали дышать, а сердце уже перестало биться. Я заметил, как слезы подступили к глазам Свена. Гретхен, сидевшая дальше, кусала ногти и тихонько плакала немного покачиваясь. Лиза и Рагна, не отрывая свои застывшие взгляды от Карла, сидели и не знали что делать. Все мое тело покрылось ледяным холодом, и я смотрел на лицо Карла, которое застыло в вечной улыбке. Я закрыл глаза Карла и констатировал:

– Мне очень жаль, но мы потеряли его.

Глава 45

– Мне очень жаль, Свен, - сказал я, дотронувшись до его плеча и пытаясь оказать ему моральную поддержку. Смерть близкого нам человека порождает пустоту в нашей душе, которую люди пытаются заполнить словами утешения и соболезнования. Лиза и Рагна вслед за мной тоже высказали соболезнования, и только Гретхен сидела, продолжая плакать.

Я не знал, какие существуют ритуалы погребения в Норбурге, поэтому я отвел Рагну в сторону и шепотом спросил ее об этом:

– У нас нет определенного ритуала. Каждый прощается с покойником по-разному: кто-то сжигает тела, кто-то хоронит их в земле, а те, кто побогаче, оставляют их дома, выделяя отдельную комнату. Думаю и мы можем оставить его здесь. Эта хижина мне больше не понадобится. И Свен будет только рад такой почести для Карла.

Вернувшись к Свену, я рассказал ему, что Рагна предложила оставить Карла в хижине. Свен одобрительно посмотрел на Рагну, и поблагодарил ее. Мы с Рагной начали собирать сумки, забирали все, что могло нам пригодиться в ковчеге. Простившись с телом Карла, мы покинули хижину и направились в ковчег. Молнии, сверкавшие, словно фотовспышки папарацци, оглушающие раскаты грома создавали жуткую атмосферу. Деревья наклонились под тяжестью дождя, словно уставшие после тяжелой работы. Кое-где слышались трески и последующий шелест листьев, от не выдержавших и падающих деревьев. Уже рассветало, когда на горизонте показался ковчег. Подойдя ближе, я с облегчением обнаружил, что дверь ковчега открыта. Несмотря на то, что мы почти не спали, мы ускорили шаг.