Чтение онлайн

– И что ты подразумеваешь под словами под “вышла на улицы”?

Эксцингус повернулся к Скавру.

– Именно так это и звучит. Он ведет войну на выживание, а на войне последнее, чего хочет командующий, это чтобы враг нашел и захватил его штаб. Он ушел в подполье, возможно, в буквальном смысле этого слова, и руководит своей армией из места, защищенного от нападения, поскольку никто не знает, где оно находится.

– И как узнать, где оно находится?

Информатор хитро ухмыльнулся.

– У меня есть ... коллега, скажем так, хотя общаться с ним все равно, что делать из гадюки домашнее животное. Он живет и занимается тем, что я завуалировано назвал бы его ремеслом, в районе Авентина, с некоторой принадлежностью к одной из небольших банд, поддерживающих Брута. Похоже, что с ними был заключен договор, тайно и под угрозой медленной и мучительной смерти, на обеспечение секретного убежища для Брута и его главарей, откуда они могли бы руководить битвой за свою территорию без риска быть потревоженными недружелюбными незнакомцами. Мой человек Силус, купленный за большие деньги, могу вас заверить, не только знает расположение этого места, но и согласился отвести туда небольшую группу мужчин, когда придет время. И до них дошли слухи, что Брут намерен занять эту подпольную штаб-квартиру на день или два, начиная с сегодняшнего вечера. Он остается в каждом безопасном месте лишь на короткое время, выбирая следующее местоположение наугад, но при каждом изменении он должен давать своим людям несколько часов, чтобы убедиться, что его сети агентов и солдат могут быть перестроены, чтобы держать его в курсе событий.., ну, и защищать, конечно. Итак, господа, завтрашняя ночь, по-видимому, может предоставить вам шанс, если вы хотите сунуть свои головы в пасть льву?

Чуть-чуть попозже тем же утром Юлий осмотрел помещение лавки, которую арендовал Котта, скорчив недовольную гримасу при виде состояния комнаты, в которой он стоял. Пол помещения представлял собой немногим большим, чем набор искореженных и разномастных досок, уложенных поверх грубой грязи под ними, в то время как слой штукатурки, который первоначально украшал стены, давным-давно превратился в несколько заплат, которые упрямо цеплялись за кирпичи, а фрагменты выцветшей краски давали некоторый намек на их первоначально яркий цвет.

– Что за гребаная дыра! Ремонт в этом месте не делался с тех пор, как Адриан сел на трон. И сколько мы будем платить за эту дыру?

Стоявший рядом с ним центурион-ветеран ухмыльнулся окружающим.

– Твои ожидания немного расходятся с реальностью Рима, примипил. То, что мы будем платить за это место в месяц, будет покрываться заработком в такой лавке в течение недели, хотя это не самое лучшее место, и, как ты говоришь, дыра...- Он махнул рукой на ветхое состояние помещения.
– Но а у нас есть человек, который быстро разберется даже с этим беспорядком.

Юлий посмотрел на него и недоверчиво фыркнул.

– Ты думаешь, мои солдаты смогут с этим разобраться? Мы воины, а не разношерстная компания сантехников и штукатуров.

Котта улыбнулся, похлопав по своему кошельку.

– В таком случае я заключу с тобой пари, что мы сможем привести это место в порядок, покрасить и подготовить к работе в течение дня, как только разберемся с мусором. Там стоят несколько солдат, которых ваш центурион Дубн, отобрал, как добровольцев, которые так наловчились подстригать своих товарищей, что от них в когорте нет отбоя. Предоставьте все дела мне, и я пришлю сюда первого клиента, и еще до завтрашнего заката его спросят, как бы он хотел подстричься, если ваши землекопы и мусорщики не запорят все это дело. Ну, так что поспорим на десять сестерциев?

Примипил поспешно покачал головой.

– Нет, мы, не будем спорить на десять сестерциев. Если ты так уверен, что сможешь заставить моих парней так усердно работать, то у тебя должно быть в рукаве какое-то секретное оружие. Тогда иди и работай, а мне нужно обсудить армейские вопросы, и у меня нет времени перебрасываться словами с человеком, который явно упустил что-то в жизни. Лавочником - вот кем тебе следовало стать.

Котта ухмыльнулся, вызывая с улицы своих добровольцев. Люди вошли в лавку во главе с солдатом с бочкообразной грудью, ветеран оглядывался по сторонам глазами, которые, как всегда, присматривались к возможностям ситуации, и его примипил понимающе приподнял бровь.

– Морбан. Я должен был догадаться, что ты сумеешь найти способ избавиться от работы до пота в своей центурии, для того, чтобы просто расхаживать с важным видом и притворяться солдатом. Будем надеяться, что наш новый коллега знает, во что он ввязывается, если собирается доверить свое новое предприятие твоей нежной заботе!

Знаменосец отдал честь и вытянулся по стойке смирно с четкостью, от которой расширились глаза людей, стоявших за его спиной, прежде чем они заметили выражение лица Юлия и поспешно последовали его примеру, когда он прошествовал мимо них на улицу, окликнув Авидуса, который пристально разглядывал местную архитектуру зданий с выражением недоумения на лице.

– В чем дело, центурион, это не то выражение, которое мне хотелось бы увидеть на твоем лице.

Инженер почесал в затылке, махнув рукой в сторону жилого дома, у подножия которого стояла лавка.

– Я просто пытаюсь понять, возможно ли сделать то, чего вы хотите. Хорошей новостью является то, что этот блок выглядит достаточно прочным, так что это облегчит нам кое-какую работу.
– Он посмотрел на здание с презрением профессионала. - Хотя потребовалось бы немногого, чтобы весь квартал обрушился сам по себе, поскольку он построен не на долговечно. Однако плохие новости ...
– Он снова огляделся по сторонам, покачав головой. - В том, что я абсолютно не представляю, что будет твориться, когда поднимем полы и начнем стучать, ведь, мы устроим такой шум и грохот, что вся округа сойдет с ума…

Юлий указал на главную дорогу, ведущую вверх по холму, менее чем в пятидесяти шагах от дома Фелиции на дальней стороне.

– Видишь ту улицу? Сейчас здесь достаточно тихо, но как только стемнеет, она превращается в непрерывную процессию повозок, со всеми стуками и крушениями, которые ты только можешь пожелать, чтобы заглушить любой производимый вами шум, не говоря уже о ругани и криках, когда лошадь или мул не выдерживают своего веса или просто падают замертво от переутомления. Вы, в таком шуме могли бы вырубить достаточно камня для баню, и никто бы ничего не узнал. Твои ребята готовы?

Авидус ухмыльнулся, а затем резко свистнул, и дюжина мужчин, прислонившихся к витрине лавки, поднялись на ноги, держа наготове инструменты для работы.

– Они нетерпеливы, как собаки, почуявшие запах мяса. После ночей, проведенных в борделях в течение месяца они станут работать как лошади в поте лица в любое удобное для вас время!

Юлий кивнул, молча приподняв брови

– Только не забывай, что под полом должна быть большая кладовая, которую можно будет заполнить щитами и оружием…