Чтение онлайн

Угораздило же меня столкнуться с семейкой свинтусов нос к носу. Штук тридцать! Еле ноги унёс, плеская кровью налево, направо…

– Нет, спасибо, дядька. Я тебе заказ тут принёс, – стал я выкладывать на стол различные зелья. Лечащее скот снадобье, закваска для увеличения надоев и тому подобные вещи, что у меня покупали за полцены. Выгода как мне, так и им. Если же сдавать в городе, то получались сущие копейки. Туда лучше относить что подороже, скупаемое серьёзными людьми, а не крестьянами.

Особо староста порадовался выделанным мной мехам, что я отдавал за треть цены от базарной, соку золотистой берёзы, что давали грудничкам и детям от болезней и для повышения иммунитета, чуть ли не до вампирского. Ну и, конечно, найденным у озера камням, что таинственно светились. Так-то это обычные булыжники, но, пролежав в том святом для животных месте, они стали неплохими оберегами, как от злых духов, так и от тварей ночи. Такой камешек может от многого уберечь!

– Любо! Любо, – светящимися от радости глазами наблюдал за выкладываемыми предметами староста. – Не ожидал, Хан, – кивнул он на камни, что не просто достать, да и купить. Берегут их для себя. Для родных и близких.

– Повезло, – небрежно кивнул я.

Дядька Макар вышел в соседнюю комнату и вынес оттуда приятно звякнувший мешочек.

– Вот! За прошлую поставку, – вручил он мне денежку.

– Пасиб, – в тридцать два зуба улыбнулся я, пересчитывая. Деньга счёт любит, как говорит учитель магии разума, в коей он меня натаскивает за звонкую монету, так как преподавать он должен лишь своей группе, а нас, выбравших этот предмет как дополнительный, – лишь экзаменовать. Вот и пришлось мне искать, как заработать относительно честно. Ему я плачу монеткой. Зельевару – травками редкими. Самые дорогие редиска забирает! Из тех, что я ему показываю, конечно… Все, как и в прошлой жизни. Везде хотят обдурить!

Лекарка наша ничего не просит взамен. Добрая душа! К жизнюку же с телекинетиком и на хромой кобыле не подъедешь. Самому до всего приходится доходить. У их учеников совета просить. Не бесплатно, ясное дело. Конфетами отдариваюсь. Хорошо, что они ещё дети.

Так что в петлицах у меня пять вставок! Разумника, лекаря, зельевара, телекинетика и жизнюка. Вот так! Осталось лишь сдать экзамены по ним, подтвердив ранги, и вуаля! Я не лань подзаборная, а серьёзный, подающий надежды молодой человек, что вырастет и станет витязем. Так-то!

Ближе к вечеру, пройдя ворота Староместа, я направился в городскую зельеварню, где распродал часть добычи. Потом, петляя меж прохожих, что так и норовили меня раздавить, заглянул на рынок, где купил сладкого, так любимого любым ребёнком. Восточные сладости, всяких разных расцветок! В этой жизни у меня просто голову сорвало от сладкого! Может, я психически нездоров?

– Мелкий! Ходь сюды, – подозвал меня проныра Дюк, что стоял на углу улицы со своим лотком. Продавал он один хлам. По крайней мере, официально.

– Достал? – Сразу взял я быка за рога. Знаем друг друга как облупленные, незачем тянуть.

– Ты бы ещё громче спросил! – Тревожно заозирался тот, после чего выложил бесформенный свёрток на прилавок. – Как и договаривались. Плюс наша обычная сделка. С тебя двадцатка.

Дюк был вором, как и Миха, что нас и свёл. Точнее, он думал так. Не хотелось мне признаваться, что давно верчусь в этой среде. Подворовываю…

В училище нам, конечно, выдали учебники, только вот информация там была для первого, второго ранга. Да и то не вся. Знания всегда требовали денег или чего более ценного, так что я стал скупщиком ворованных книг: по магии и другим интересностям, что шли мне по цене один золотой за штуку. Чуть не по весу брал! Таков наш уговор. Больше никто и не возьмёт. Проверят и поймут по клейму, что краденые. Заявят, как пить дать! А я безбашенный!

– Сколько?

– Десять книг. Плюс защитный амулет третьего ранга и коньячка пара бутылей. Всё чётко, братуха, без обмана. Сам не пей. Рано тебе, – проявил он заботу о покупателе.

– По рукам! – Выдал я ему уговорённое и пошёл домой, пританцовывая.

Какой дом, спросите вы? Тут всё просто. Книг да другого добра становилось всё больше и больше, из-за чего хранить их по захоронкам было опасно. Могут и найти! Расхитители гробниц чёртовы! А так как зарабатывал я прилично или очень прилично, с учётом ингредиентов из особого списка, что уходили через Дюка, то вот и снял себе дом. Хорошо, что законы наши позволяют всё или почти всё, если у тебя есть деньги.

На пять лет маленький домик по улице Одуванчиков теперь мой. Купить дом в собственность или другую недвижимость нереально, так как вся она принадлежит императору или родам боярским. Смерды же арендуют себе жильё, как и землицу. Под пашни там или огородики. Владеть же не могут.

Один из сотни таких же, одноэтажных кирпичных домов в квартале у рынка гостеприимно распахнул свою дверь перед хозяином. Хоть и временным. Спальня, кухонька да прихожая с туалетом, вот и всё. Дворцом и не пахнет. Да и не живу я здесь. Он для другого мне нужен.

Не задерживаясь в дверях, я скинул верхнюю одежду, прошёл мимо кухни и зашёл в комнату, сразу направившись к сундучку, что обошёлся мне в цену даже чуть большую, чем дом. Гораздо большую! Светить такую дорогую вещь в училище не следовало. Да и друзья знали лишь то, что я зарабатываю себе на конфеты да другие мелочи, рискуя в лесу. О суммах и речи не было. Незачем им знать. Паранойя, она такая. Побит я прошлой жизнью…

Тёмно-красный, обитый фигурными полосами из бронзы, и с выжженными рунами, сундучок производил сильное впечатление. Удивляло и количество замочных скважин. Три. Состоятельные люди бы сразу сказали, что это работа мастеров рода Лисьиных, чьи сундуки в Империи нарасхват.

После того, как я провернул ключ, висевший до того на простой шерстяной верёвочке, в первой скважине и открыл крышку, глазам предстало приятное зрелище золотых и серебряных монет, разделённых внутри сундука перегородкой. Ссыпав туда заработанное за неделю, я закрыл крышку, переставив ключ в другое отверстие, и снова открыл:

– Чудеса-а-а! – Заблестели у меня глаза. Никак не привыкну к проявлению магии. Всему удивляюсь. И это хорошо!

Невероятно, но содержимое сундука изменилось! Там теперь были не россыпи монет, а порошки, колбочки, засушенные или заспиртованные растения или окаменелости. Самые ценные, что у меня были! Продать их рука не поднималась. И к ним добавилась пара камней и растений.