Няня для злодея

– Виолетта Игоревна, всё не так уж и плохо, – сочувственно произнёс Евгений Павлович, пытаясь подбодрить.

– Несомненно, могло быть и хуже, – вздохнула я, оглядывая взглядом уже бывший кабинет.

Как так получилось, что в тридцать пять лет я осталась без всего? Бизнес, квартира, которую придётся продать, чтобы погасить долги. Именно сейчас меня радует, что нет ни детей, ни животных.

– Вы можете попробовать ещё раз. Остаток денег от продажи квартиры можно пустить в ход. Да, придётся начинать сначала, но такова жизнь. Бизнес может прогореть, что уж теперь.

– Евгений Павлович, но давайте честно, – фыркнула я, – Не войди корпорация Авдеева в город, моё дело не пошло бы ко дну. Увы и ах, но в том, что Партнёр Логистик разорился виноват далеко не случай.

– Виолетта Игоревна, ну вы поймите… – начал без пяти минут безработный юрист, но я остановила его, положив руку на плечо:

– Жень, а теперь серьёзно. Сколько останется от продажи квартиры? Миллион? Ну максимум два. Да, что-то сделать можно, но не в тех масштабах и не здесь.

Попрощавшись с бывшим работником, я направилась к своей машине, но у самых дверей передумала и зашла в ближайший супермаркет. Грузинское полусладкое – именно то, что мне сейчас надо. Да и парк неподалёку есть. Завтра… Завтра буду собирать вещи и думать, что же делать дальше, а сегодня отвлекусь хоть немного.

Но кто же знал, что именно в этот вечер некоему Амарану Берхельхов приспичит перенестись на Землю в поисках няни для маленького Альфреда третьего, оставшегося сиротой. И кто же знал, что именно в Ашман парк занесёт этого господина.

***

– И снова седая ночь! И только ей доверяю я! – негромко подвывала я Юре Шатунову, который голосил из динамика моего телефона.

– Позвольте полюбопытствовать, а почему ночь седая? – послышалось сбоку.

Я повернула голову в сторону говорившего и увидела пожилого мужчину лет семидесяти. Стариком его назвать язык не поднимался, хотя глубокие морщины на лице выдавали возраст. Но вот в целом… Строгий костюм тройка чёрного цвета в вертикальную, белую полоску, белоснежная рубашка, синий галстук и… трость.

– Неужели вы не знаете? Знаменитые белые ночи Санкт-Петербурга, – с улыбкой ответила я.

– Простите моё невежество, я не местный, – шутливо поклонившись, мужчина присел рядом, опираясь на трость.

– Ничего страшного, – успокоила я собеседника и усмехнулась. – А вот вы мне напоминаете знаменитого Воланда. Неужели тоже заведёте со мной разговор о боге?

– Нет, я далёк от местной веры, в моём мире не принято поклоняться какому-либо божеству. Лишь вечный лес стережёт наш покой. Он же и присылает нам подсказки в виде пророчеств.

Я удивлённо покосилась на старика. А дяденька, однако, с тараканами в голове.

– Понимаю, для вас это слишком неожиданно, – усмехнулся мужчина. – Позвольте представиться – Амаран Берхельхов, жрец первой ступени королевства Айларад.

– Виолетта Игоревна Демидова, – представилась в ответ, думая, как бы отделаться от странного собеседника.

– Виолетта Игоревна, я слышал, что вам нужна помощь. Потеря работы, жилья… – вновь заговорил старик, заставляя меня развеселиться. Мне бы напрячься, но больше половины бутылки красного полусладкого было уже во мне. – Если я не ошибаюсь, вам нужны работа? У нас как раз освободилась вакансия няни.

– Где я и где дети? – хохотнула я, отпивая вино. – Не смотрите так. Да, мне тридцать пять, но с детьми я никогда не сталкивалась настолько, чтобы стать няней. Полностью отсутствует опыт!

– Это именно то, что нужно, – усмехнулся старик, подсовывая свиток и перо.

Я пожала плечами и пробежалась по строчкам. А дедушка-то совсем того… Иначе как ещё объяснить тот бред, что был написан на старом пергаменте?

Некоему королевству Айлард требовалась няня для маленького принца, Альфреда Дириана Айлардского. Требования от соискателя: воспитывать и присматривать за мальчиком. По истечении трёх лет няню возвращают домой, выплатив не много не мало-сто тысяч золотых, что в переводе на местные деньги – пять миллионов рублей. Я мысленно прикинула, сколько это в месяц и присвистнула, а у дядечки фантазия работает как надо! Внимательно просмотрев договор и не увидев никаких данных, я поставила подпись, надеясь, что дяденька таки отстанет от меня.

– Замечательно, Виолетта Игоревна, просто прекрасно. Завтра я прибуду за вами к часу дня. Будьте готовы, можете взять всё, что вам заблагорассудится. Если не хотите переселяться с багажом – не проблема. Всем необходимым вас обеспечат в замке. Хорошего вечера.

Старик свернул свиток и положил во внутренний карман пиджака. Легко поднявшись со скамьи, он отвесил мне галантный поклон и пошёл в сторону выхода из парка.

– А ведь наверняка дедушку кто-то ищет, понимая, что он в очередной раз пристаёт к людям, – тихо сама себе пробормотала я и потянулась за телефоном. Да ну их всех, у меня тут Юрка не допел. – Знаешь седая ночь ты все мои та-а-айны!

Подвывая песне,я кинула взгляд на скамью, где одиноко лежал золотой перстень с изумрудом. Взяв его в руки, покрутила и выдохнула:

– Ну вот, завтра ещё и в бюро находок идти. Колечко старинное, денег стоит много. Как бы у дедули проблем не было.

Изумруд мигнул в свете луны, как мне показалось, несколько ярче, чем должен. Вздрогнув, закинула перстень в карман.

– Нет, я, конечно, в чертовщину не верю, но а вдруг Воланд? Эх, не разливает ли там Анка маслице? Нет, пора домой, и уж точно не пешком. Лучше такси вызову.

Выкинув пустую бутылку в мусорку, я побрела в сторону выхода из парка. Как бы ночь ни была хороша, а домой надо. Завтра остатки вещей собирать и… А что дальше? Съёмная квартира и начинать всё заново. Главное, не раскисать. Я же сильная! Я справлюсь!

– Твою же ма-а-а-ть, – простонала я, едва проснулась. Голова гудела, словно в ней не мозги, а улий. Во рту Сахара, в желудке ком, который стремится выйти наружу. – Никогда больше не буду пить.