Чтение онлайн

— А моя бабушка такой омлет с колбасками на завтрак мне в детстве готовила, — словно невзначай обмолвился он, но я-то знала, что это ж-ж-ж неспроста.

— Обойдёшься! — кинула ему, отпивая из кружки чай, то единственное, что умел делать Сладких. — Закатай губу.

— Какой же он был только вкусный, — не унимался он. — Может, всё же хоть как-нибудь… когда-нибудь? — поднял на меня свои глазки, ну точно кот в сапогах на минималках.

— Вкусный — это потому что с колбасками и… мой ответ нет! — отрезала я.

Не хватало ещё ему завтраки готовить. С такими темпами и раскладушку притащит и жить у меня останется. А уж его оргий с силиконовыми Франкенштейнами я точно не вынесу.

— Вот! Значит, ты понимаешь, что всегда всё дело в колбасках? — затряс он в воздухе своим указательным пальцем. — Не хлебом единым женщин кормят! Ой, не хлебом…

— Так! Где тут лежал половник, что ты мне в прошлом году подогнал? — прорычала я, делая вид, что собираюсь применить его не по назначению.

— Хватай скалку, — скомандовал он, смеясь. — Она понадёжнее будет. Заодно и пельмешек своих фирменных налепишь, с собой заберу.

Он не исправим. Просто непробиваемый. Тряхнув головой, продолжила поглощать свой ужин, надеясь на то, что, как только мы с ним покончим, наконец, останусь одна.

— Плов выше всяких похвал, Лика! — опустошив тарелку, провозгласил он. — Хочешь, покажу тебе мое огромное спасибо? — растягивая слова, подался ко мне, касаясь дыханием моей щеки.

— Уйди, — вскочила я на ноги и стала складывать грязную посуду в раковину. — Показывай его своим лахудрам блондинистым, а я как-нибудь обойдусь. Фу…

Брезгливо поморщившись, открыла кран с горячей водой и принялась отмывать тарелки, чтобы скрыть румянец, появившийся от стыда.

Чуть что сразу эти пошлые шуточки, от которых я всякий раз вспыхивала как спичка.

— Ну, ты и извращенка, Мединская, — заржал он, приняв своё прежнее положение. — Вот! — показал мне экран своего мобильного телефона, на котором была изображена какая-то картинка. — Посудомоечная машина. Заказал сегодня. Скоро доставят.

— Рехнулся? — спросила его, выпучив удивленно глаза. — Зачем?

— Ну как же? — хмыкнул он. — Ходить я к тебе планирую ещё долго, так что это просто продуманный ход.

Жук! Наглый, нахальный жук! Но отчего-то удержать улыбку всё же не сумела.

— Ну, разве что только ход… — произнесла задумчиво. — Тогда… поторопи их там. Мне не терпится.

Ну, вот как на него можно долго сердится?

В прошлый раз я только лишь обмолвилась, что неплохо бы иметь эту чудо-машину, и вот… он уже всё обкашлял. Повезёт же той, что сумеет обуздать и захомутать этого жеребца. Что не говори, а жлобом его было назвать сложно.

— К выходным доставят, приду, подключу всё сам, — отхлебнув свой кофе, который мог пить тоннами и днём, и ночью, заявил он.

— Чёрт, а мне нужно к родителям смотаться. Обещала уже, — с досадой в голосе проговорила я.

Лучше бы ключи гаечные Сладенькому подавала, чем слушать всё то, что будет говорить моя мама — Вера Аркадьевна.

Артистично закатив глаза к потолку, тяжело вздохнула.

— А как же футбол? — неожиданно произнёс мой друг. — Ты же обещала составить мне компанию. Наши — в полуфинале, и я без твоих сырных палочек ну вот никак!

Дьявол. А вот об этом я грешным делом, правда, забыла. Побег Ваньки совсем меня выбил из колеи.

— Даже не знаю, что теперь делать, — виноватым голосом сказала я. — Родители ждут. Ты же знаешь, что теперь не получится отвертеться.

Мои родные были люди строгих нравов. Перечить им — себе дороже.

Не просто так я, едва мне стукнуло восемнадцать, как тут же выпорхнула из семейного гнезда. Жить под вечным гнётом было просто невыносимо.

Чёрт! Мне уже больше тридцати, а я до сих пор боялась из гнева.

— Мне жаль, Сладенький, но придётся тебе тут без меня.

— Не придётся. Я, кажется, кое-что придумал! — лукаво подмигнул он, заставляя меня напрячься.

Глава 9.

— Нет, — сглотнув, произнесла я. — Даже не думай…

И без слов было понятно, что он хотел предложить. Достаточно было сложить дважды два. Ну, или всего лишь посмотреть на его наглую ухмылку.

— Напрасно отказываешься, — расслабленно откинувшись на спинку стула, сказал он. — Мне не трудно притвориться твоим парнем. Даже будет забавно…

— Тебе лишь бы развлечься, — фыркнула я, принимаясь рьяно намыливать тарелки. — Это же мои родители. Не представляешь, что потом начнётся, покажи ты у них свой нос. Точно женят, — усмехнулась, краем глаза заметив, как скривился от последнего слова Сладких.

— Жениться не обещаю, но предложение всё же в силе… — не отступал он.

Если для Сладенького это было всего на всего развлечением, то для меня всё серьёзно и могло вылиться в проблему или, ещё хуже, обернуться настоящей катастрофой.

Последние четыре года мои родители, а в частности мама, только и делали, что донимали меня, желая устроить мою личную жизнь.

Стоило мне только к ним приехать, как тут же слышала: “Как хорошо, что ты приехала, тетя Шурочка тебе такого парня отыскала!” В эту минуту хотелось притвориться мёртвым опоссумом или в ответ крикнуть: “Чтоб эту тетю Шурочку черти унесли… вместе с её брачным агентством и всеми, кто туда захаживал”.

И надо ж было такому случиться, что мамина подруга имела своё брачное агентство. Для меня этот факт стал настоящим наказанием небес. Не один мой приезд к ним не обходился без попыток познакомить меня с “таким замечательным парнем!”