Чтение онлайн

— Уходит? О чем вы?

— Несколько лет назад к нам пришел один Аляракулл.

— Кто?

— Бродяга, не знающий покоя и своего места на земле. Он похож на вас, Странники, тем, что ходит по Дебрям и Твари не видят его, но, в отличие от вас, он ищет дом и не может найти. Так вот, этот Аляракулл увел за собой трех Меченых.

— Меченых? — спросил Димитрий, опередив Алана. — У них был знак на лбу?

Владычица Оазиса кивнула.

Алан захлестнуло волнение.

— Как давно это было?

— Кажется, два года назад. Нет, два с половиной.

Алан задумался, а сердце громко билось в грудной клетке. Путь Рыцаря Дебрей вырисовывался более-менее четко. Осаму — Клейменый, сбежал с Либеры и, бредя по Дебрям куда глаза глядят, оказался в Зэн Секай. Там дзёнин Рафу, увидев в нем сына, научила его смертельному искусству. Осаму ушел из Зэн Секай спустя шесть лет вместе с караваном Стефана Кровака и пропал на подступах к Амазонии и Хэйдиалу. Теперь ясно, что двинулся он все-таки к Амазонии. Здесь он уговорил пойти за собой троих Клейменых и где-то в Дебрях обучил их ниндзюцу. Вчетвером они двинулись к Санти, купили непонятно на какие деньги — украденные? — у продажного Нараяна помощников для перетаскивания Черного камня и уничтожили Хоу Верден.

Но зачем Рыцарю Черные камни?

— У Аляракулла был знак на лбу?

— Нет, — сказала королева.

— Как? — изумился Алан. — Точно?

— Я еще не выжила из ума, — надменно произнесла Шэди. — Я знаю, что Странники плохо воспитаны, но всему должен быть предел…

— Я не то хотел сказать, — отмахнулся Алан. Он был возбужден донельзя. Если у Рыцаря нет Клейма, значит, он не из Либеры! Кровак и другие правы: Либера — не такой Оазис, чтобы из него сбегать порядочному гражданину. Но тогда откуда он? Дальше на северо-запад только Парадайз и Галльфран… — Нам нужно знать точно! Это крайне важно.

— У него не было знака, — твердо сказала Шэди.

— Как он выглядел? У него были отличительные особенности?

— Нет, он ничем не отличался от обычных людей. У него были светлая кожа и темные волосы. Он был молчалив и скрытен. Он был молод. Вот и все.

“Что имела в виду Рафу, когда называла Осаму особенным?” — подумал Алан. Неужели это другой человек? По времени всё вроде совпадает.

— И вы разрешили Меченым уйти? — перевел он тему.

— Как удержать тех, кто может ходить по Дебрям? Не держать же их в клетке? Хотят уйти — пусть уходят.

Королева погрузилась в свои мысли, и Алан догадался, что она думает о сыне.

Небо наполнилось синевой, солнце клонилось к закату, басовитое жужжание пчел поутихло.

— С закатом начнется Праздник Сватовства, — встрепенулась королева. — Вы приглашены. Ваши друзья, которые прибыли в Оазис ранее, тоже будут там. Если желаете больше узнать об Аляракулле, спросите Аннису, она была с ним хорошо знакома. Танвира скажет, где искать Аннису.

— Анниса? — переспросил Алан. Ему вспомнилась проигравшая Танвире амазонка. А еще вспомнился ее гневный взгляд, когда она унеслась в бешенстве на коне. Вряд ли она захочет говорить с ним или Танвирой. Хотя шанс есть, если сослаться на приказ королевы. Да и что взять с Алана, он ведь просто мужчина? — Хорошо, спасибо, ваше величество.

— Когда вы намерены отправиться в Парадайз?

Алан быстро прикинул: нужно найти Стефана и остальных, объясниться с Кассией, забрать ее в свой отряд, поехать в Парадайз, оставить там принца и заодно навести справки о Рыцаре. Задерживаться в Амазонии нет смысла.

— Завтра в первой половине дня, — ответил он.

Его спутники промолчали — обещание королевы заплатить за одного как за десяток настраивало на покладистый лад. К тому же они, видимо, почуяли, как и Алан, близость врага.

— Отлично, — отозвалась Шэди. — Плата и мой сын будут готовы рано утром. Они будут ждать вас на той же тропе, что ведет в наш Оазис и из него. Эта тропа — единственная. Возле Черной тропы, на площадке с Ликами Предков.

Она позвонила в колокольчик. Мгновением позже явилась Танвира.

— Отведи их в гостевую деревню, — велела ей королева. — И прикажи Аннисе, чтобы она прибыла туда же. У наших гостей есть к ней разговор.

Танвира поклонилась ей, не поведя и бровью.

Гостевая деревня, расположенная среди цветочных полей возле гор, являла собой два десятка домиков, выстроенных по кругу. Алан с разочарованием узнал, что в Оазисе несколько гостевых деревень и Кровак с остальными гостят где-то в другом месте.

Домики в деревне были одинаковыми, круглыми, деревянными, с открытыми окнами, фундамент каменный. Из короткого коридора можно было пройти в шесть маленьких, но уютных комнат с низкими деревянными кроватями. В одном из деревенских домиков была баня, в другом — столовая. Алан, Матиас, Димитрий и Тэн оказались единственными гостями целой деревни.

Когда Танвира ушла, Пилигримы собрались в столовой за длинным столом возле широкого распахнутого окна, из которого поддувала вечерняя прохлада. На столе, в деревянных блюдах лежали уже знакомые “котлетки” амброзии.

— Ну что, Тэн, — сказал Матиас. — Как это сообразуется с твоей житейской мудростью? Женщины здесь вполне счастливы, хотя их мужики не владеют миром. Они даже своей судьбой не владеют.

Тэн огрызнулся:

— Они владей еда — без еда тут все умри! Поэтому они владей не только своя судьба, но и судьба всех!

— Друзья, — заговорил Алан, которого подобные споры волновали в настоящий момент мало, — нам подвалила неплохая работка — всего один пацан по цене десятерых…

— Надо было взять аванс, — перебил его Димитрий. — И вообще, посчитать хорошенько монетки…

— Шэди должна хорошо знать наши ставки, — сказал Матиас. — Не думаю, что персона королевской крови бросает слова на ветер. Или хочет обмануть.

Димитрий фыркнул — больше из упрямства, нежели настоящего желания спорить:

— А Твари их знают, персон королевской крови. Эта царь-баба, конечно, попроще, чем надутые индюки из Санти, но и ей я не стал бы доверять.