Чтение онлайн

— Силой, да? — Ламира посмотрела на Тенероса снизу вверх. — Ты называешь себя Воплощением, а поступаешь так, как поступил бы маленький неразумный детёныш. Лучше скрой свою волю и дай поговорить с теми, кто не утратил возможность думать и поступать рационально. Намира и Варлад сделали для процветания Тьмы больше, чем ты мог бы разрушить.

— Когда ты была детёнышем, ты считала иначе, — ответил ей Варлад, отходя к двери. — Прислушайся к мнению тех, кто опытнее тебя на две жизни и больше.

— Лучше всего Тьму чувствовала Арма Наур. Пусть она нам объяснит, как поступать — и жертв будет меньше. Как раз то, к чему ты стремишься, — Артара оглядела зал, но так исне нашла своей бывшей наставницы. — А если её тут нет — выходит, от Тьмы можно убежать?

— Никто не выбирает меня вопреки своей воле, — сухо произнесла Намира.

— Но по своей воле можно её избегнуть, — Герусет покосилась на молчавшего Мирдала. — Впрочем, я удивлён, что вы тратите на нас время, а не прикончили до сих пор.

— Тебе надоело пользоваться жизнью, которую я тебе подарил? Так и быть, — Тенерос отвернулся от Герусет, который вдруг на глазах сгнил до костей в вонючих ошмётках плоти. — Это его выбор. Теперь я жду ваших.

— Обычная сущность Тьмы — пугать всех, мечтая подстроить под свои планы, вогнать в рамки, — Агнар привстал из-за стола и вышел к Тенеросу, подёргивая крыльями. — Но то было раньше. Она уже имела возможность убедиться в силе воли драконов, как и в том, что они преданы ей, когда она ведёт себя так, как и подобает. А ты, Тенерос, всего лишь самозванец — тень прошлого, пришедшая в этот мир только ради того, чтобы…

Он не закончил. Тихий смешок донёсся с места Нараты — дочь Инанны встала одной лапой на стул, вытянув лапу в сторону остатков Герусет — послушные движению одной её кисти, те встали и как ни в чём не бывало уселись на стул.

— Убивать мёртвого — пустая затея, — Нарата тем временем оборотилась к Тенеросу. — Почти так же глупо, как и тратить время на разговоры, вместо того, чтобы действовать. Или ты забыл, жалкая кукла, кто здесь настоящая Тьма?

— Я бы прислушался к своей воле в тебе, но я чувствую в тебе слишком много Света, — Таймург перелетел к ней ближе, подпрыгнула над вздрогнувшими драконами. — Если ты желаешь повелевать Воплощениями, прежде откажись от него.

— Не буду. Больше вас потому, что во мне и Свет, и не умею отделять одно от другого. А в вас мало меня, вас ко мне привело лишь желание власти. Вы потому и выбрали дочь Инанны, чтобы проще было владеть Нашаром, будто Инанна станет к своей дочери благосклоннее, — повернувшись к драконам, она слегка расправила крылья. — Тенерос и Варлад идут со мной. Один знает былое, второй разбирается в новейшем. Герусет, тебе надо многое обсудить с Мирдалом, а ему стоило бы подумать над тем, что иногда стоит вступать в разговор, когда тебе есть, что сказать, — раскрыв пасть и странно оскалившись, она быстро перевела взгляд с одного дракона на другого. — Со мной также идут Хубур, Агнар и Зареслава. Намира, ты задержишь Амрафета, вдруг он захочет предупредить своих собратьев. А ты, — Таймург оскалился, но покорно сделал шаг в сторону Нараты. — Укажешь нам дорогу. Вперёд.

— Я жду Герусета, — он с насмешливым рыком кивнул на труп.

Нарата закатила глаза.

— Тьма взяла — Тьма отдала. Не задерживай МЕНЯ.

— Слышал, Мирдал? — с довольной улыбкой Тенерос ткнул крылом в золотого. — Тебе придётся самому идти к сар-володу Иркаллы. Или тащить его сюда. Если будешь воскрешать, а не дохнуть — не забудь ей пол поменять, чтобы не Герусет разорял свою страну на большие дозы зелья.

Ликдульцы, несмотря на издевательства Тенероса, выдохнули с облегчением. Их ещё не покидал страх, их поразил в тяжёлом ступоре факт, что над воплощениями распоряжается недомерка — но она, по крайней мере, была милостивей, чем "старая Тьма". Но Мирдал не был доволен — и не потому, что ему предстояло в очередной раз восстанавливать убитое по чужой прихоти тело. Воплощениям удалось вывести Нарату из себя и ввести во Тьму.

— В отличии от Тьмы, я могу на тебя положиться, — Зорат не разбрасывался подобными заявлениями. Тем более он не мог отдать кому попало Книгу Истинных Звёзд, отобранную у деструкторов, при помощи которой Зорат побеждал ложные воплощения Тьмы в прошлом. Сейчас именно с такими и отправлялась бороться Арма, поэтому ей можно было доверить артефакт.

— Не забывай, кто я, премудрый Зорат, — съязвив, заметила Арма. — Но могу ответить так же — ты пока что единственный, на кого смогу положиться я.

— Не забываю. Тебе всё равно, Тьма ты или нет, на какой ты стороне, потому что ты заботишься о мире в целом. Другие народы воспринимают то, в чём мы живём, под другими образами. Даже у навов есть нечто похожее. Если напомнить им это — вражды будет меньше, хоть она и не исчезнет полностью.

— Пока Тьме поклоняются, у неё будут фанатики, — Арма положила Книгу на кристаллический пол Дворца Сталагмитов и раскрыла её на самом тёмном развороте, похожем на безлунное ночное небо с редкими звёздами. — Пока драконы живут, им будет хотеться иметь больше. Это в Тенеросе от дракона, а не от Тьмы.

— Разве Тьме не может хотеться больше? — Зорат сел подальше, почти подле стены. — И можно ли проповедовать истину из безвестности и слабости?

— Ты рассуждаешь с драконьей точки зрения. Это не исправить даже через тысячи лет, — Арма слегка улыбнулась, проводя когтем по рунам на странице. — Но быть может, мне удастся показать, чего хочет Тьма на самом деле. Мы с тобой вступили на собственный, но опасный путь, Зорат — готов ли ты к этому?

— Ты поздно спрашиваешь, — проводил сар-волх бывшее Воплощение, что прыгнуло в книгу и захлопнуло её за собой, заставляя исчезнуть.

Бывшее Воплощение — но, возможно, новую Тьму.

Чёрное небо теперь было сверху — а снизу темнел, поблёскивая, лёд, почти чёрный от мрака Тени, где он находился, и от той темноты энергии, которая в него была заложена за тысячелетия. Вокруг замка, вытесанного холодными ветрами последних выдохов покойников, вились души мертвецов, спасённые Тьмою из мира, от поглощения и безрассудной траты, и принятые в свою армию. Руководила этим войском самая Тёмная душа из всех — единственная, ставшая Тенью по своей воле. Арма знала Намиру при жизни. Но чем она стала теперь — уже позабыла.