Чтение онлайн

Крис выругался и провел рукой по лицу.

— Мне сейчас не до этого. Не хочу это обсуждать.

Он повернулся и хотел уже скрыться в доме.

— Подожди! — окликнула Эмили. В ее голосе слышались слезы, но она вздернула подбородок и скрестила руки на груди, чтобы они предательски не дрожали. — У меня… проблема. Видишь ли, я поссорилась со своим парнем. Я очень расстроена из-за этого, и мне захотелось поговорить со своим лучшим другом. — Она сглотнула и опустила глаза на черную землю. — Все дело в том, что и тот и другой — это ты.

— Эмили… — прошептал Крис и прижал ее к себе.

Она попыталась не думать о незнакомом запахе, исходившем от него, запахе духов и чего-то еще зрелого и пьянящего. Вместо этого Эмили сосредоточилась на том, как хорошо вновь быть рядом с Крисом. Две половинки одного целого…

Он поцеловал ее в лоб, поцеловал ее ресницы. Она зарылась лицом в его рубашку.

— Я этого не вынесу, — сказала она, сама не зная, что имеет в виду.

Внезапно Крис схватил ее за запястье.

— Господи боже, у тебя кровь!

— Знаю. Я порезалась.

— Обо что?

Эмили покачала головой.

— Пустяки, — ответила она.

И все же позволила Крису завести себя в кухню и усадить на стул, а сам он кинулся искать пластырь. Если он и заметил на руке Эм собственные инициалы, то благоразумно промолчал. Она закрыла глаза, пока он бережно касался ее, — она стала исцеляться.

Декабрь 1997 года

Личное пространство Криса — полтора на два метра.

Стены камеры выкрашены в странный оттенок серого, поглощающий весь свет. На нижней койке подушка, пластиковый матрас и казенное одеяло. Кроме того, имелся унитаз и раковина. Его камера находилась между двумя такими же камерами — словно часто посаженные зубы. Когда двери камеры были открыты (б'oльшую часть дня, за исключением времени приема пищи), Крис мог совершать прогулку по узкому коридорчику вдоль их блока. В одном конце располагался душ и телефон, по которому он мог позвонить. В противоположном висел телевизор, предусмотрительно расположенный по ту сторону решетки.

Крис много чего узнал в свой первый день пребывания за решеткой, даже не задавая лишних вопросов. Он обнаружил, что в тот момент, когда ты переступил тюремный порог, ты будто рождаешься заново. Место, где ты окажешься, начиная от строгости режима и заканчивая местом на шконке, зависит не от тяжести предъявленных тебе обвинений или того, как ты вел себя до ареста, а только от того, как ты себя поставил, как только попал за решетку. Хорошая новость заключалась в том, что комиссия по режиму заседала каждый вторник и заключенный мог подать ходатайство о смене места заключения. Плохая — в том, что сегодня был только четверг.

Крис решил, что сумеет продержаться целую неделю, просто ни с кем не разговаривая. Потом, во вторник, его наверняка переведут из режима строгой изоляции в режим средней.

Он слышал, что наверху стены желтого цвета.

Крис едва успел закончить прием пищи, которую принесли в камеру на одноразовом пластиковом подносе, как к двери приблизились двое заключенных.

— Привет, — поздоровался один, мужчина, с которым он уже вчера беседовал. — Как тебя зовут?

— Крис, — ответил он. — А тебя?

— Гектор. А это Деймон. — Крису кивнул незнакомец с длинными засаленными волосами. — Ты так и не рассказал, за что тебя посадили, — напомнил Гектор.

— Полиция считает, что я убил свою девушку, — пробормотал Крис.

Гектор с Деймоном переглянулись.

— Не заливаешь? — удивился Деймон. — Я думал, тебя повязали за наркоту.

Гектор почесал спину о решетку. На нем были широкие шорты и футболка с резиновыми ремешками.

— А чем ты ее?

Крис непонимающе смотрел на него.

— Ну, зарезал ножом, застрелил из пистолета?

Крис попытался протиснуться мимо них.

— Я не намерен это обсуждать, — заявил он.

Но не успел он потеснить Деймона, как почувствовал на своем плече руку здоровяка. Опустил глаза и увидел в руке Гектора самодельный нож, лезвие которого было прижато к ребрам Криса.

— А я намерен, — заявил Гектор.

Крис сглотнул и попятился. Гектор спрятал нож под рубашку.

— Послушайте, — осторожно начал Крис, — может, будем вести себя благоразумно?

— «Благоразумно»? — повторил Деймон. — Мудреное словцо.

Гектор фыркнул.

— Ты разговариваешь, как студентишка-заучка, — сказал он. — Учишься в колледже?

— Я еще хожу в школу, — ответил Крис.

При этих словах Гектор злорадно засмеялся.

— Откровенно говоря, студентик, ты сейчас сидишь в тюрьме. — Он стукнул рукой по решетке. — Эй! — радовался он. — У нас тут умник появился. — Он уперся ногой в нижнюю койку. — Тогда ответь мне, студентик: если ты такой умный, как же тебя поймали?

От ответа Криса спас один из надзирателей, который прохаживался вдоль зарешеченного узкого прохода.

— Кому-нибудь охота пойти в спортзал?

Крис встал. Гектор с Деймоном тоже потянулись к двери в конце отсека. Деймон повернулся и прошептал:

— Мы еще не закончили, чувак.

Они проследовали по коридору, утыканному камерами. Несколько мужчин поздоровались; это было единственное время суток, в которое они могли пообщаться.

Они зашли за угол, и Крис заметил, что Деймон принялся лавировать между заключенными, обгоняя одного за другим, пока на каком-то из поворотов не ткнул локтем в спину одного из сокамерников. Крис понял, что тут находится «мертвая зона».