Чтение онлайн

— Я скажу ей правду.

— Это было много лет спустя. Ты был слишком молод, чтобы помнить, когда умер младенец и все это началось, но эксгумация была более десяти лет спустя… — она покачала головой, — … нет, даже больше. Думаю, что ты был дома после службы в Мичигане. Я не знаю точно, когда это было… время идет быстро, и за ним трудно угнаться.

Она стояла у окна, глядя на город и озеро, но, казалось, не видела ни того, ни другого. Ее мысли вернулись к тому времени, когда я еще не был у власти, времени, которое я никак не мог вспомнить.

— На это ушли годы, — задумчиво произнесла она, — Но, в конце концов, МакКри снова стал работать с Рубио, а иногда и с Аллистером, убеждая окружающих в своей преданности. С помощью Рубио Аннабель была назначена федеральным судьей. Рубио проводил больше времени в Вашингтоне, чем в Чикаго. Дела шли в гору для всех. Однажды ночью твой отец был расстроен, взволнован больше обычного. Обычно он почти ничего не говорил при мне, но мы все знали, что что-то происходит, независимо от того, было это сказано или нет. В ту единственную ночь он был пьян. После того, как Руди ушел из дома, Аллистер был в ярости, и я была единственной, кто присутствовал при этом. Твой отец разглагольствовал о том, что его обыгрывает Дэниел. Он сказал, что потребовал от Руди подтверждения того, что похороненного младенца не было… — Она глубоко вздохнула. — Позже Аллистер сказал мне, что его люди эксгумировали тело. У него были врачи, которые делали анализы. Они подтвердили, что это останки ребенка Аннабель и Дэниела.

— Видишь ли, — умоляюще произнесла она, — Никаких публичных записей нет. Это не было осуществлено правительственным учреждением. Скажи ей правду.

Вздохнув, я покачал головой.

— Мой отец лгал тебе, мама.

Ее голубые глаза повернулись в мою сторону.

— Нет, потому что потом, когда… — она снова отвернулась к окну, — что-то опять пошло не так с МакКри. Как и во время ее рождения, обе семьи снова были в ссоре.

Я откинулся на спинку стула, наблюдая за отражением матери в стеклянном окне, за тем, как напряглись ее губы и нахмурились брови.

— Это было при МакКри… — она прикусила накрашенную губу и покачала головой. — … Я знаю, что было объявлено публично, но это было столкновение. Мне всегда было интересно, связано ли это с информацией о ребенке. — Она покачала головой. — Но твой отец клялся, что это не от Спарроу. Он даже встретился с Рубио, чтобы подтвердить, что это не Спарроу.

— Неужели ты не понимаешь? Если бы он этого не сделал, началась бы такая война, какой Чикаго никогда не видел. Но в этом не было никакого смысла. Если это не Спарроу, то подразумевалось, что Рубио санкционировал ужасную смерть своего собственного шурина. Это было опасное время. Наконец, был сделан вывод, что зачинщиками стала семья из Филадельфии или Нью-Йорка, наживающаяся на наших распрях. Как мы только что сделали, мы, леди, собрались вместе и обратились с просьбой о мире, пока не стало слишком поздно.

Я встал и подошел ближе.

— Аннабель знает, что ты мне только что сказала? Знает ли она, что мой отец разрешил эксгумацию тела, которое она считала своим ребенком?

Моя мать покачала головой.

— Нет. Эксгумация не подтверждена. Церковь, где похоронена эта малышка, находится в маленьком городке в глуши Висконсина. Несколько месяцев спустя с Аннабель связался кто-то и сказал ей, что, по их мнению, могло быть вмешательство — они обвинили в этом детские шалости. В церкви ей сказали, что земля вырыта. Они не знали, достали гроб или нет. Понимаешь, это случилось глубокой зимой. Об этом не сообщили Аннабель, пока не растаял снег, почти через три месяца после смерти Дэниела. Аннабель не занималась этим.

— То есть ты хочешь сказать, что она никогда не получала этой информации.

— Господи, нет. Результаты анализа ДНК вряд ли являются темой для разговоров на светских мероприятиях. Полин, Марта, Рут и я были единственными, кто знал правду.

У меня завибрировал телефон. На экране появилось имя Патрика.

Я провел пальцем по экрану.

«ОНА ВСЕ ЕЩЕ ВНУТРИ. Я НИЧЕГО НЕ СЛЫШУ.»

Какого хрена?

Я набрал ответное сообщение.

«Я ЖЕ ПРОСИЛ ТЕБЯ НЕ ВЫПУСКАТЬ ЕЕ ИЗ ВИДУ.»

— Стерлинг, — спросила мама. — Все в порядке?

Я прищурился.

— Нет, не все в порядке. Мы закончили. Аллистер солгал тебе. Арания — это та, за кого я ее принимаю. У меня есть доказательства.

Затем я отправил Арании сообщение.

«У ТЕБЯ ЕСТЬ ПЯТЬ СЕКУНД, ЧТОБЫ ДОБРАТЬСЯ ДО ПАТРИКА, ИЛИ ТВОЯ ЗАДНИЦА БУДЕТ МОЕЙ.»

Блять, последуй чертову указанию. Хоть раз.

Арания была не единственной, кто мог прислушаться к этому.

Какого черта Патрик выпустил ее из поля зрения?

Глава 2

Арания

Имя Стерлинга высветилось на экране вкупе с текстовым сообщением. Я снова посмотрела на агента Хантера, а затем на Винни.

— Винни, нам нужно уходить. — Я положила руку ей на плечо. — Пожалуйста, пойдем со мной.

— Я… Я… ты все еще хочешь общаться со мной?

— Нам нужно обсудить это наедине.

— Мисс Хокинс, — сказал агент Хантер, — это предложение перестает действовать, как только вы переступите порог.

Я выпрямилась.

— Оно может исчезнуть немедленно. У меня нет никакой информации. Я признаю, не для протокола, что мне рассказывали древнюю сказку о том, что у меня действительно что — то было, но вы должны понять, я была младенцем. Каким образом младенец получает и сохраняет информацию, полученную до его рождения?

— Вам сказали, что это за информация?

— Мне не сообщили подробностей.

Он потянулся к папке с фотографией Стерлинга.

— Я могу показать вам подробности.

Я подняла руку.

— Я ухожу.

— Возможно, вам будет не так легко отказаться от моего предложения или добровольно вернуться в лапы Стерлинга Спарроу, если вы уделите минуту осмотру жертв. Мы здесь не обсуждаем преступление без жертв. Это были и остаются дети.

Остаются… это заставило мой желудок перевернуться, но Стерлинг обещал, что он больше не участвует.

Почему он должен платить за то, что сделал его отец?

Мои мысли вернулись к Яне и Мисси, сестре друга Стерлинга. Я сомневалась, что Яна была единственной жертвой, которой он помог. Было так много преданных ему людей. Может быть, есть и другие, кого он спас?