Облако рая
Шрифт:
Фома: «Да мне, даже жутко иногда становится пить с Колей, вроде он живой и одновременно мёртвый.
Коля: «Да, есть такое, я до этого мёртво жил, а сейчас как человек, и рыбалка, и девушка, и отдых, всё есть.
– Все мы мёртвые в будущем будем, - заметил Сергей, - Америка на нас войну готовит. Нанесут ядерный удар, и всё, и мы с Колей будем на том свете.
– Не, сказал Фома, - это мы Америку звезданём, век воли не видать,
– Как звезданём, зачем, она нам.
– А говорят, там жизнь шикарная, не все равны, но, ведь это хорошо - заметил Серёга.
– Ой, опять краснопёрка - сказал Фома.
– Так, пора уху делать, поставили котёлок, налили в него воды, подожгли дрова и почистили рыбу, вода закипела, и бросили рыбу, картошку.
– Самогона, сколько осталось?
– спросил Фома у Сергея.
Тот: «Две бутылки».
– А хватит?
– Да, рыба не клюёт, чего-то.
– Да жара, потому что, Фома.
– Да, нам и этой, что поймали, хватит, уха готовится, давай лей Серёга, в рыбалке главное спиртное, а остальное это ерунда, главное напиться и рыба сама, приплывёт в дом.
– Да, - заметил Сергей, - рыбка без бухла не клюет, вот, не было бы у нас самогона, рыбка вообще бы не клевала. Колю всё радовало, раньше на него никто не обращал внимания, а сейчас, лидеры двора пригласили на рыбалку, и он, чувствовал в душе какую-то радость, не ущемлённую. Фома достал сигареты и поделился с товарищами. Коля лёг, расслабился, в голове и теле мягкое расслабление, или нет, большоё расслабление, после алкоголя. Коля потягивался и курил, - эх, хороша сигаретка. Все тоже легли, уха кипит, огонь догорает, и все прикрывшись кепками, шапками от солнца, уморились и заснули. Коле, опять снилось облако рая, оно было почему-то грустное, Коля это почувствовал, оно было какое-то тяжёлое и цвет его был, как у тучи грозовой. А он смотрел на облако, и ему становилось от этого, очень хорошо, сердце наполнялось любовью, верой, счастьем, миром и блаженством, он смотрел во сне на облако рая, и не мог, оторвать от него своего взгляда, а из облака рая, звучала Колина песня «Облако рай».
– Уха готова, кто-то, над ухом Коли крикнул. Коля проснулся, это, крикнул Сергей, он, уже разливал её в миски.
– Эх, похлебаем под самогончик - закричал Фома.
– Хорошо природа, но только, даже пляжа нет, - заметил Сергей. Фома, хлебнув ухи, заметил: «Эх, уха, тоже хороша.
– Да, в рыбалке это главное, - уха.
– Разливай Сергей, пьём. Фома и все проверили червей на крючках, всё на месте.
– Даже червя не ест, эта голодраная рыба, - Фома плюнул на крючок, - эх, ловись селёдка морская и икра красная.
– А я, бы, здесь вообще остался - сказал Коля, попивая уху.
– Да, ещё сходим на рыбалку - сказал Фома, - обязательно Колян, две недели ещё, сходим, ты не переживай, мы, тебя в обиду не дадим.
– Спасибо друзья, спасибо.
– Ну, пьём, вздрогнули братья и сестры - сказал Фома. Выпили, и на душе стало, всем троим хорошо, просто песни запевай. Коля сказал, что ему опять снилось облако рая, правда, оно, было почему-то очень грустное.
– Колян ты не дрейф, это облако тебя ждёт вот, оно и грустит, что ты, не так скоро покончишь с собой. Вот, уверяю тебя, перед тем, как будешь кончать с собой, тебе ещё приснится весёлое, озорное облако, ты же ни куда-нибудь идёшь, а к святым, вообще Коля, тебя церковь канонизирует, и станешь ты святым, нашего родного, советского народа.
– Да, - сказал Коля, - я не разбираюсь в этих церковных законах. Они, поели ухи и пошли домой. Коля открыл дверь, Наташа какая-то подавленная, вся в слезах.
Она: «Ой, Коля, где ты был, я уже подумала, ты того, покончил с собой».
– Да нет, Фома утром пришёл, и взял меня на рыбалку, поели ухи, рыбу половили.
– А ты, что записку, не мог написать?
– Ой, не подумал.
– Ой, простофиля, мама сказала, тебя убить, такого пройдоху, если, вечером вернёшься.
– А как ты думаешь, мне кончать с собой?
– Если, всё сделают, то и не надо, кончать с собой.
– Да, ты, так думаешь?
– Да, только маме не говори, а то, она меня убьёт. Коля сел написал песню «Звёздочка моя» и запел её: Звездочка моя, где ж ты милая?
На небе вечном, на небе темном,
На небе вечном, на небе темном.
Звездочка моя, ты мне откройся,
Чтоб сиял и я, жизнь свою любя,
Чтоб сиял и я, жизнь свою любя.
Звездочка моя, есть ли ты на свете?
Или грешник я, живу на свете зря,
Или грешник я, живу на свете зря.
Звездочка моя, где ж ты милая?
На небе вечном, на небе темном,
На небе вечном, на небе темном.
– Эх, хорошо поёшь ты мой Коля перекати поле. Голос у тебя, почти, как у живого. Пришёл Сан Саныч, принёс помидоры, консервы, грибочки.
– Я вас, буду снабжать едой, пока Коля не окочуриться.
– Ну, что вы несёте, Сан Саныч, Коля не окочуриться, а покончит, ради города и меня.
– Да, ладно, мне всё равно, как это называется, Коля поправляйся и ешь до отвалу, только помни, говорят толстые в рай не влезают, дверь узкая.
Коля: «А мне бы священника, чтобы исповедоваться».
Сан Саныч: «Я Фоме скажу, он, что хочешь, может достать, ешьте, и в общем, делайте ребенка, я бы конечно, вместо тебя сделал Коля, но стар уже.
– Иди, иди старый хрыч, но за угощения, спасибо - сказала Наташа.
– Да, делаем, - ответил Коля.
– Я скажу Фоме про священника, а как ты, Коля думаешь с собой кончать.
– Да, вот сегодня на рыбалке решили, что я застрелюсь.
– А где пистолет возьмёшь?
– Да, вот Сергей сказал, что у Саши-афганца есть, такой наградной.
– Отлично, а если не даст, может, повесишься Коля?
– Нет, меня только пистолет устроит.
– Так, понятно, хорошо достанем мы тебе пистолет. Ты Наташа с Колей пока, жить будешь?
– Да, а что?
– Если придут с психбольницы то беги к нам, нас зови, мы их быстро упакуем в дурдом, сделаем психами и говори, Коля не писал, тяни время, а если придут с райкома, говори: «Мол, так и так, за родину и город, я мол Коля Квакушкин хочу, покончить с собой, если требования не выполнят».