Чтение онлайн

Согласные кивки всей команды; похоже, добавить никто ничего не хотел.

– Отлично!

Ребекка встала с места и нарочито тщательно собрала свои бумаги, что для остальных стало сигналом расходиться. Руки не тряслись, ни капельки. Видимо, как и сказал врач, это было что-то временное. Она достала телефон и поменяла звонок с тихого на обычный. Дисплей пару раз мигнул и засветился голубым светом. Пробормотав что-то про себя, Ребекка нажала на кнопку отключения. Третий раз за неделю, надо все-таки его починить перед приездом Блэка, но если она будет держать телефон включенным и не будет менять настройки, то он, по идее, должен работать нормально. К тому же вся внутренняя коммуникация происходит по рации.

Вернувшись к себе в кабинет, на письменном столе Ребекка обнаружила конверт. Она мгновенно поняла, что это за письмо, и вскрыла его.

Решение относительно предоставления «Сентри секьюрити» лицензий на ношение оружия.

Куча бюрократической воды, а внизу в правом углу штамп.

Одобрено.

Йес!

Это означает, что теперь они имеют право носить оружие на службе, точно так же, как в СЭПО, и что те пистолеты, из которых они тренировались стрелять там, внизу, в новом тире, теперь наконец-то можно взять с собой наверх.

Одной проблемой меньше, причем немалой, и тревога, сдавливавшая грудь, немного ослабла.

Оружие – очень важный аспект, без оружия ты только телохранитель light [45] , и стоишь всего на маленькую ступеньку выше, чем накачанные вышибалы, разгоняющие фанатов на пути поп-звезд и прочих знаменитостей. А с оружием ты – профессионал, специалист, который может до конца защищать и себя самого, и охраняемое лицо.

В обосновании решения не было ничего написано о том, почему лицензионное ведомство изменило свое решение, но значения это уже не имело. Но Ребекка и так знала.

Тут ожил телефон. Она прокрутила записную книжку в поисках нужного имени, написала: «Спасибо за помощь!» – и нажала на «отправить». Ответ пришел уже через пару минут.

Ребекка начала писать ответ, но остановилась на полпути. Конечно, было бы неплохо отдать все это на откуп дяде Таге. Похоже, что он в состоянии решить любые проблемы, а револьвер тревожил ее больше, чем она была готова себе в этом признаться. И вдруг ей почему-то так не захотелось выдавать некоторые вещи, прежде чем она узнает все о прошлом отца.

Ребекка стерла недописанный ответ и заменила его на единственное предложение:

А затем вернулась к своему компьютеру, чтобы распространить добрую весть среди коллег.

Он осторожно посмотрел на улицу сквозь щелку в жалюзи. Конечно, следовало бы дождаться вечера, но шведская летняя ночь не наступит раньше одиннадцати. А так долго ждать он, безусловно, не может!

Аккуратно приоткрыв свою скрипучую входную дверь, Эйч Пи высунулся на лестничную клетку и прислушался. Откуда-то снизу доносились слабые звуки работающего телевизора, и это все.

Ступив пару шагов в одних носках, он приложил ухо к соседской двери. Тихо, как в склепе. В первый раз за много дней, что, по идее, должно означать, что квартира пуста. Ведь даже у агентов «штази» есть семьи, которые ждут их дома.

Сев на корточки, Эйч Пи осторожно заглянул в щель для почты. Темно, гораздо темнее, чем на лестнице, что означает, что окна в квартире закрыты шторами. Запах тот же, что и в прошлые разы, когда он принюхивался. Опилки. Видимо, они сделали там нешуточный ремонт…

Он выпрямился, сделал еще несколько шагов вперед и на всякий случай посмотрел вниз на лестницу. Затем просунул руку в рукав свитера и достал фомку.

Все получилось на удивление легко. Просунул фомку в щель чуть повыше замка, Эйч Пи хлопнул по ней ладонью, чтобы она встала на место, а затем – сильный рывок, и все в ажуре!

И ничего странного в этом нет. В отличие от его собственной двери, эта – из дерева, из старого дерева. Лет за пятьдесят-шестьдесят доска сильно ссохлась, поэтому между дверной коробкой и косяком приличная щель.

Легкий скрип, за которым послышался глухой хлопок, когда отщелкнулась задвижка замка.

Open Sesame! [46]

На двери даже не осталось вмятин.

С секунду Эйч Пи постоял, прислушиваясь. Помимо телевизора, по-прежнему никаких звуков, ни с лестницы, ни из квартиры. Он осторожно отмел в сторону ногой в носке несколько мелких-мелких стружек и запихнул их поближе к плинтусу, чтобы они не бросались в глаза на каменном полу. После чего достал из кармана маленький фонарик, вошел в квартиру и острожно прикрыл за собой дверь, насколько это было возможно.

Внутри запах стружки ощущался еще сильнее, и он пару секунд стоял на месте, пытаясь включить свой фонарик.

И вдруг в голове у него всплыла картина. Он сам и Ребекка перед костром… нет, перед камином.

Треск искр, сыплющихся на каменный пол… Он пытается их ловить, схватить их, пока они не погаснут. Ее смех…

От внезапно загоревшегося фонарика Эйч Пи вздрогнул.

Возьми себя в руки, парень, мать твою! Воспоминания подождут. Он провел фонарем вдоль стен темной маленькой прихожей. Квартира напоминает его собственную, планировка почти такая же. Здесь он побывал минимум раз сто, когда еще тут жил Лось. А теперь квартира кажется незнакомой, и он пошел вперед на цыпочках, светя перед собой на голый пол.

Ни тебе вещи какой-нибудь, ни чертовой табуретки или забытой коробки. Квартира кажется на удивление заброшенной, и все равно он слышал, как сердце билось все быстрее. Присев на корточки, он посветил фонариком вдоль пола, точно так, как делают криминалисты в сериале «C.S.I.: Место преступления».

На пыли отчетливо видны следы. Протоптанная дорожка посередине комнаты, почти никаких ответвлений. Эйч Пи обернулся, посветил во всех направлениях. Следы вели от входной двери, через прихожую и дальше через гостиную к спальне. Он различил как минимум три разных пары обуви, две – что-то вроде кроссовок, третья – на более гладкой подошве, больше напоминающей элегантные ботинки.