Чтение онлайн

В машине был установлен защищенный от подслушивания радиотелефон. Внешне он выглядел как обычный автомобильный телефон, разве только чуть побольше. По нему можно было без опаски разговаривать с Лондоном. По ходу опроса Орлова могут возникнуть вопросы, которые потребуют проверки в Лондоне.

Почти всю поездку Маккриди молча смотрел в ветровое стекло на проносившиеся мимо сельские пейзажи Англии. Он снова и снова восторгался своей страной, особенно привлекательной поздней весной.

Он перебирал в памяти те сведения, что сообщил ему Кипсек. Несколько лет назад Кипсек принимал участие, правда, очень ограниченное, в подготовке грандиозной операции по дезинформации. Той операции присвоили кодовое наименование «Потемкин», а ее завершающим этапом вполне мог оказаться побег Орлова.

Такое название дали неспроста, размышлял Маккриди. Мрачный юмор КГБ. Определенно при этом имелся в виду не броненосец «Потемкин» и даже не фельдмаршал Потемкин, в честь которого был назван тот боевой корабль, а потемкинские деревни.

Много лет назад императрица Екатерина Великая, безжалостный монарх многострадальной России, решила посетить недавно завоеванный Крым. Ее фаворит, князь Потемкин, не хотел, чтобы по пути императрица увидела грязные развалюхи, в которых дрожали от холода вечно голодные крестьяне. Князь послал плотников, штукатуров и художников, чтобы те на пути императрицы спешно строили и разрисовывали фасады чистых, добротных изб, в окна которых выглядывали бы сытые, довольные крестьяне, с улыбками машущие вслед императрице. Картины сельской идиллии произвели на близорукую старую Екатерину неизгладимое впечатление. Потом декоративные фасады разобрали, а за ними оказались те же убогие развалюхи. Фальшивые деревни стали называть потемкинскими.

– Операция нацелена на ЦРУ, – сказал Кипсек.

Он не знал, кто будет конкретной жертвой и каким образом будет нанесен удар. Операцией руководил не его отдел, Кипсека лишь изредка просили оказывать содействие непосредственным исполнителям.

– Должно быть, наконец-то начался завершающий этап операции «Потемкин», – сказал Кипсек. – Результат операции будет двояким. Во-первых, выданная Орловым информация не нанесет серьезного непоправимого ущерба интересам СССР. Во-вторых, вы станете свидетелями невиданной деморализации внутри ЦРУ.

Пока никакой деморализацией и не пахнет, рассуждал про себя Маккриди. Оправившись после серьезного замешательства, вызванного побегом Юрченко, американские коллеги вновь воспрянули духом, главным образом благодаря только что приобретенному высокопоставленному перебежчику. Маккриди решил переключиться на другие темы.

У главного въезда на базу ВВС США Маккриди предъявил свое удостоверение (выданное на другое имя) и по внутреннему телефону вызвал Джо Роута. Через несколько минут подъехал джип летчиков, в котором сидел Роут.

– Сэм, чертовски рад снова видеть тебя.

– Я тоже, Джо. Твой отпуск затянулся.

– Мне очень жаль, но у меня не было выбора. Не было даже возможности объясниться. Вопрос стоял просто: или брать парня и бежать вместе с ним, или бросить его.

– Все в порядке, – успокоил друга Маккриди, – все уже объяснено, все улажено. Разреши мне представить моих коллег.

Роут нагнулся к машине и обменялся рукопожатиями с Гонтом и Долтри. Он чувствовал себя очень раскованно. Он не предвидел никаких проблем и был искренне рад, что британцы получат свою долю информации. Роут поговорил с начальником охраны, и они двинулись через территорию базы к отдельно стоящему зданию, где расположилась бригада ЦРУ.

Подобно многим служебным зданиям, его нельзя было назвать шедевром архитектуры, зато оно было очень функциональным. Единственный коридор тянулся вдоль всего здания; двери из коридора вели в спальни, столовую, кухни, туалеты и зал совещаний. Здание охраняли с десяток вооруженных военных полицейских.

Перед входом в здание Маккриди остановился и осмотрелся. Ему бросилось в глаза, что их приезд не вызвал особого интереса у американских летчиков, зато они с любопытством поглядывали на кольцо вооруженной охраны.

– Чего они определенно добились, – пробормотал он Гонту, – так разве только того, что теперь любая команда КГБ с одними биноклями запросто узнает, где этот чертов дом.

Роут провел их в комнату в середине здания. В этой комнате все окна закрыты плотными ставнями, а освещение было только электрическим. В центре комнаты стоял кофейный столик, вокруг него – легкие кресла. К стенам были придвинуты стулья и столы, предназначенные для наблюдателей.

Роут жестом пригласил англичан садиться в кресла и распорядился, чтобы принесли кофе.

– Если вы не хотите сначала поболтать между собой, – сказал Роут, – то я приведу Менестреля.

Маккриди покачал головой.

– Давай приступать к делу, Джо.

Когда Роут вышел, Маккриди попросил Гонта и Долтри пересесть на стулья у стены – их задача будет заключаться в том, чтобы наблюдать, слушать и ничего не упускать из виду. Джо Роут оставил дверь открытой. Из коридора доносилась навязчивая мелодия «Bridge over Troubled Waters». Потом музыка прекратилась: кто-то выключил магнитофон. Вскоре вернулся Роут. Он привел с собой коренастого, крепкого на вид мужчину в кроссовках, широких брюках и водолазке.

– Сэм, разреши представить тебе полковника Петра Орлова. Петр, это Сэм Маккриди.

Русский смотрел на Маккриди ничего не выражающим взглядом. В то время большинство высокопоставленных офицеров КГБ уже слышали о Сэме Маккриди. Но Орлов не подал виду. Маккриди пошел ему навстречу с протянутой рукой.

– Очень рад вас видеть, дорогой полковник Орлов, – с приветливой улыбкой сказал он.

Подали кофе, и все заняли свои места. Маккриди сел напротив Орлова, Роут устроился сбоку. Включили стоявший на другом столе магнитофон. На кофейном столике не было микрофонов, но это ничего не значило, магнитофон не упускал ни одного звука.

Маккриди начал задавать вопросы, сначала очень вежливо и даже с нотками лести. Орлов отвечал четко, без запинки. Когда пошел второй час опроса, Маккриди, казалось, стал все больше и больше недоумевать.

– Все это великолепно, все – отличный материал, – сказал он. – У меня осталась нерешенной только одна крохотная проблема, и я уверен, не только у меня. Все, что вы нам сообщили, – это только клички агентов. Итак, где-то в Министерстве иностранных дел сидит агент, которого зовут «Дикий гусь», а в королевских ВМС есть то ли офицер, то ли гражданский чиновник по кличке «Пустельга». Видите ли, полковник, моя проблема заключается в том, что вы не сказали ничего, что помогло бы нам обнаружить и арестовать агентов.