Чтение онлайн

Напрасно Раус ждал какого-либо намека на просьбу проводить ее до номера. Монике было тридцать с небольшим, она была самостоятельной и неглупой женщиной. Если бы у нее возникло такое желание, она бы дала понять ему. Если же нет, то глупо портить вечер. На прощанье Моника улыбнулась Раусу и ушла. Раус заказал еще чашку кофе, отвернулся от тройки ирландцев и снова стал смотреть на черные холмы. Вскоре по звукам он понял, что ирландцы опять ушли в бар, поближе к своему любимому виски.

– Я же говорил вам, что здесь просто великолепно, – произнес низкий голос за спиной Рауса.

Хаким аль-Мансур, как всегда, безупречно одетый, занял свободный стул за столиком Рауса и жестом приказал официанту принести ему кофе.

На противоположном склоне долины Дэнни опустил бинокль и тревожно пробормотал несколько слов в микрофон радиопередатчика. Сообщение Дэнни принял Маккриди. Он сидел в «форде-Орионе», который поставил рядом с главным входом в отель «Аполлония». Маккриди не видел ливийца, но ведь тот мог приехать много часов назад.

– Немедленно сообщайте мне обо всех изменениях, – сказал он Дэнни.

– В самом деле говорили, мистер Азиз, – спокойно отозвался Раус. – И вы были правы. Но если вы хотели побеседовать со мной, почему вы выдворили меня из Ливии?

– О, прошу вас, не выдворил, – протянул аль-Мансур. – Всего лишь отказал в разрешении на въезд. И причина моего отказа в том, что я хотел побеседовать с вами в такой обстановке, где нам никто бы не помешал. Даже на моей родине существуют неизбежные формальности, нужно составлять рапорты, удовлетворять любопытство вышестоящих персон. Здесь же… ничего, кроме спокойствия и мира.

И еще возможность, подумал Раус, незаметно ликвидировать меня и предоставить возможность кипрским властям разбираться с трупом гражданина Великобритании.

– Итак, – сказал Раус, – я должен поблагодарить вас за то, что вы согласились помочь мне в сборе материалов.

Хаким аль-Мансур негромко рассмеялся.

– Думаю, мистер Раус, что эта ваша глупая выдумка себя изжила. Видите ли, прежде чем некоторые… животные… прекратили его мучения, ваш покойный друг герр Кляйст стал очень разговорчивым.

Раус резко подался к аль-Мансуру и злобно выпалил:

– Газеты сообщили, что его убили наркобароны. Это была их месть за то, что он сделал им.

– Увы, это не так. Те, кто занимался Кляйстом, действительно связаны с продажей наркотиков. Но их любимое занятие – прятать бомбы в людных местах, особенно в Великобритании.

– Но почему? Чем Ульрих так заинтересовал этих проклятых ирландцев?

– Он их совершенно не интересовал, мистер Раус. Они хотели узнать, зачем вы на самом деле приезжали в Гамбург, и решили, что это может быть известно вашему другу. Даже если вы не сказали ему, он мог догадаться. И он-таки догадался. Очевидно, он полагал, что болтовней о «вымышленных» американских террористах вы лишь прикрываете совершенно иную цель. Эта информация, а также некоторые сообщения, полученные мной из Вены, убедили меня, что вы – именно тот человек, с которым было бы интересно побеседовать. Я надеюсь, что это так, мистер Раус, очень надеюсь – для вашего же блага. И время разговора пришло. Но не здесь.

За спиной Рауса появились двое смуглых громил.

– Нам предстоит небольшая поездка, – сказал аль-Мансур.

– Это та поездка, из которой возвращаются не все? – поинтересовался Раус.

Аль-Мансур встал.

– В очень большой мере это будет зависеть от того, сумеете ли вы ответить на несколько простых вопросов так, чтобы ваши ответы меня удовлетворили, – сказал он.

Ливийская машина выехала из дворика отеля «Аполлония». Маккриди, которого Дэнни предупредил по радио, лишь проводил машину взглядом. На ее заднем сиденье он увидел двух ливийских головорезов, а между ними – Рауса.

– Поедем за ними, босс? – спросил Билл.

– Нет, – ответил Маккриди. На узких горных дорогах пытаться преследовать ливийцев, не включая фар, было бы самоубийством. Включить фары – значило выдать себя. Аль-Мансур умело выбрал место. – Если Раус вернется, он все расскажет. Если же нет… Что ж, по крайней мере, теперь он в игре. Жертва изучает приманку. К утру мы узнаем, клюнет она на нее или заподозрит неладное. Между прочим, Билл, вы сможете незаметно пробраться в отель?

Билл посмотрел на босса так, словно тот нанес ему смертельное оскорбление.

– Подсуньте вот это под дверь, – сказал Маккриди и протянул сержанту проспект для туристов.

Они ехали около часа. Раус заставил себя не смотреть по сторонам, но два раза, после особенно крутых поворотов на горном серпантине, ему удалось бросить взгляд назад. Он не заметил света фар или подфарников других машин. Дважды водитель останавливал автомобиль на обочине дороги, выключал все огни и минут пять выжидал. Никто их не обогнал. Когда до полуночи оставалось несколько минут, они затормозили у большой виллы и въехали в кованые стальные ворота. Рауса высадили и подтолкнули к двери, которую открыл еще один ливиец-тяжеловес.

Значит, вместе с аль-Мансуром их было по меньшей мере пятеро. Силы явно неравные.

В просторной гостиной, куда втолкнули Рауса, их ждал шестой человек. Это был грузный мужчина с двойным подбородком, отвисшим животом, жестоким, грубым лицом и крупными красными руками. На вид ему было под пятьдесят. Он определенно не был ливийцем. В сущности, Раус сразу узнал его, но не подал виду. Его фотографию он видел в галерее негодяев, которую демонстрировал ему Маккриди. «Если вы согласитесь окунуться в мир террористов Среднего Востока, – сказал Маккриди, – то можете столкнуться и с этим человеком».

Когда-то Фрэнк Терпил работал в ЦРУ, но его выгнали еще в 1971 году. Вскоре он нашел свое истинное – и очень прибыльное – жизненное призвание: он стал советником по теории и практике терроризма угандийского диктатора Иди Амина. Заодно он поставлял Амину пыточные инструменты. Потом кровожадного угандийского диктатора свергли, его кошмарное Государственное бюро расследований распустили, и Амин рекомендовал американца Муамару Каддафи. С тех пор Терпил, иногда вместе с другим американским ренегатом Эдвином Уилсоном, оставаясь верным слугой ливийского диктатора, специализировался на поставке разнообразных технических средств для организации террористических актов наиболее активным экстремистским группировкам на всем Среднем Востоке.