Чтение онлайн

– Узнаем адрес, пробьем хозяина дома. Ну а дальше - классика.

– Пробьем... ну, допустим, пробьем. Хотя ни ты, ни я, в органах уже не служим.

Пластинин посмотрел на напарника, потом закурил. Подумал, что у того нет никакой уверенности в собственных силах, хотя утром рвался чуть ли не голыми руками придушить первого подозреваемого в смерти племянницы.

– Кто вообще живет в этом поселке?

– Как обычно - торгаши, фирмачи, директора... питерские еще строятся там.

Пластинин опять с удивлением посмотрел на соседа.

– Ну а что? У нас тут, конечно, не курорт, но зато и земля подешевле. Построил себе особняк в три этажа с внутренним бассейном, и приезжай отдыхать с любовницей. Ну или семьей. У кого на что совести хватает. Еще родителям покупают участки, чтобы те на старости лет в комфорте на грядках покорячиться могли.

– А к кому этот кент туда едет, интересно. Может сам живет? С каких шишей...

– А кто их подобрал? Почему едут все вместе? Внеклассные занятия?

– С таким качком-перекачком можно внеклассно только на тренажерах заниматься

или...

– Фу!
– сосед выругался.

– Это ты еще с ними не общался. Мутные оба.

– Вот, смотри, поворот в поселок, - сосед указал на уводящую с шоссе дорогу. Впереди было пусто, значит или внедорожник унесся дальше, или - свернул.

– Поворачивай!

Они въехали на длинную пустынную улицу, по обе стороны которой располагались обнесенные высокими глухими заборами коттеджи.

Роман выругался.

– Ну, извини, что не поспели, - саркастично заметил сосед.
– Я тебе не ФСБ, а всего лишь бывший провинциальный участковый...

– Ладно, кое-что все же выяснили.

– Погоди пока, давай покатаемся немного по поселку. Мало ли что.

“Копейка” медленно проползла вдоль заборов с торчащими из-за них башенками домов, флигелями, мансардами. Добралась до конца улицы и Т-образного перекрестка.

– Поехали обратно, нечего тут отсвечивать, - предложил Пластинин.

– Да погоди ты, - ответил сосед и хлопнул по рулю.
– Давай еще вон до конца этой улицы...
– И надавил на газ.

Они проехали еще, не встретив ни одной машины, ни одного прохожего. Все уже попрятались на своих участках и занимались вечерними бытовыми делами. Все, кроме пассажиров черного внедорожника. Пластинин чувствовал, что он где-то рядом, а вместе с ним рядом были ответы на вопросы.

“Копейка” развернулась и поехала обратно к перекрестку, когда с него на улицу вывернула машина, ослепив дальним светом.

– Вот урод, - не сдержался сосед.

Дорога была широкой и просторной, но машина ехала прямо на них, не желая подвинуться.

– Куда он прет?

– На нас, - Пластинин напрягся.
– Сконцентрируйся, только без глупостей. Осторожно, плавно, объезжаем их и на выезд.

– Разбежался, я не сверну, - сосед покрепче вцепился в руль.

Роман положил руку ему на плечо и как можно более спокойно произнес:

– Не сейчас. Не тупи.

– Руку убери и не лезь, - дернул плечом сосед.

Когда между автомобилями осталось метров двадцать, встречная машина чуть свернула и остановилась, практически перегородив обе полосы.

– Что за...?
– крикнул сосед и надавил на тормоз. "Жигули" заглохла.

– Спокойно, - продолжал Роман.

На несколько секунд ситуация встала на паузу. Никто не шевелился, не произнес ни слова. Потом, двери машины напротив открылись и из нее вышли трое мужчин. Двое держали одну руку сзади за поясом, недвусмысленно намекая, на имеющееся там оружие, третий был вооружен битой.

– Подонки, спалили нас, - рычал сосед, поворачивая ключ зажигания и выжимая сцепление.

"Копейка", словно испугавшись, реагировала слабым хрипом из-под капота, отказываясь заводиться.

Пластинин быстро оценил ситуацию. Расклад не обещал ничего хорошего. Но и безвыходных ситуаций не бывает. Главное, не пороть горячку, выиграть время, выгадать момент.

– Не психуй, - медленно сказал он.

Сосед отвлекся от зажигания и энергично закрыл свое окно. Роман поступил также. Вышедшие из машины приблизились вплотную. Человек с бейсбольной битой подошел к водительской двери. Остальные двое стояли чуть сзади: один - напротив водительской, второй - напротив пассажирской дверей.

Они жестами показали, что надо выйти из салона.

– Хрена тебе лысого!
– прокомментировал предложение сосед и сопроводил слова кукишем.

– Не пыли, братан, выходим. Их всего трое, разберемся по обстоятельствам.

У подошедших не было желания ждать долго, поэтому парень с битой поднял ее повыше, демонстрируя намерение выбить стекло, размахнулся и... тут “Копейка” завелась, взвизгнула лысыми покрышками и понеслась вперед.

Удар биты при этом пришелся совсем не по окну водительской двери, а скользнул по заднему стеклу рванувшей вперед машины. Парень оступился и потерял равновесие.

Двое оставшихся достаточно резко выхватили из-за пояса пистолеты, но выстрелить не успели: одному пришлось отпрыгивать, иначе его раздавило бы между двух автомобилей, а второй просто растерялся: куда стрелять? Сосед слегка не справился с управлением и вместо того, чтобы элегантно объехать преградившее путь препятствие - врезался в боковое крыло, разбив фары и частично погрузив собравшихся в ночную темноту.

Матерясь, сосед ломанулся через дверь, выхватывая из под куртки обрез.

Роман действовал на инстинктах. Видел стоящего напротив двери парня, слегка растерявшегося: тот заметил лезущего из машины соседа и направил пистолет в его сторону. Прежде, чем Пластинин открыл дверь и прыгнул на него, послышался хлопок выстрела через глушитель и шлепок пули по корпусу “Копейки” - не попал. Роман повалил его и вырубил двумя ударами.

Громыхнул обрез. Раздался пронзительный крик, от которого становилось физически больно. Обрез бахнул еще раз. Судя по тому, что крик, перешедший в завывания, не прервался, это была вторая цель.

Пластинин выхватил пистолет у поверженного противника, встал на колено и нацелился на машину: вдруг кто-то еще покажется.

Раздался глухой удар и стоны прекратились. В опустившейся тишине протяжно выли собаки из окрестных домов.

– Щенки, - проворчал сосед, засовывая обрез за пояс, в правой руке он уже держал пистолет. Из носа у него текла кровь - ударился при столкновении машин.