Оборот
Шрифт:
– Да, госпожа Ямина, это тот о ком я говорила.
– Ну проходите во двор.
Мы занялись огородной работой. Милка помогала Ямине пересаживать цветы, а я таскал удобрения в мешках. По сравнению с предыдущими "квестами" это был просто отдых. Потянуло поговорить. Женщины были заняты разговором о чём-то своём, бабском. Ну, у меня тоже баба есть. В голове.
– Слава богу нормальная работа, - начал я мысленно.
– То есть ты считаешь нормальным рыться в человеческий останках?
– тут же отозвалась Квадра.
– Ты про что, тёмная?
– То, что ты таскаешь раньше было плотью людей.
Я побледнел и выронил мешок. Причин не доверять тёмной у меня не было.
– Что с тобой, дорогой, - участливо спросила Ямина, - ты как будто приведение увидел.
– А из чего это?
– я показал рукой на мешок.
– Ах, это. Смесь конского навоза и опилок.
– Понятно, - ответил я.
Продолжил таскать мешки. Женщина отошла в дальний угол сада.
– Милка, девочка моя, подойди ко мне.
Девчонка подбежала и присела на одно колено. Когда никто не видел, она демонстрировала своё почтение.
– Что вам угодно наставница?
– Ты кого мне привела, дорогуша?
– проговорила женщина ласковым голосом, весьма ловко срезая засохшие стебли с кустов.
Несмотря на дружелюбное обращение, девушка побледнела.
– Это дурачок Калеба. Он с далёкой деревни. Его уже Бан использовал. Он безобиден и ни о чём не догадывается.
– Ну как-то же твой "дурачок" догадался про секретный компонент нашего удобрения.
– Госпожа?
– Милка удивлённо посмотрела на женщину.
– Да, да, догадался. Ты тоже должна уже научиться читать то, что думают люди по их лицам.
– Мне с ним покончить?
– сжав губы спросила прилежная ученица.
– Ну что же ты так торопишься? Сначала узнай, откуда он такой проницательный.
– Слушаюсь госпожа наставница.
– Умничка, - старая женщина улыбнулась, - и не забывай улыбаться. Улыбка - это залог успеха в нашем деле. А теперь иди.
Работали пока солнце не встало в зенит. Хорошее настроение улетучилось. Хозяйка пригласила на обед, но мне в горло кусок не лез, так что сославшись на неотложные дела, быстро свалил. Милка, на удивление, тоже быстро засобиралась, и пришлось домой идти с ней.
– Почему ты не остался? Госпожа Ямина готовит очень вкусное жаркое, - начала она.
При мысли о мясе меня замутило.
– Нет, спасибо. Дома поем, - ответил я, - слушай ты ничего странного за этой женщиной не замечала?
– Нет, госпожа Ямина очень добрая. Она помогает многим сиротам. Берёт над ними опеку. А что не так? Ты что-то заметил?
Блин, скользкая тема, надо с неё съехать.
– Да нет, просто спросил.
– Ты какой-то странный, Алекс. Ничего не хочешь о себе рассказать? Мы живём под одной крышей, но почти ничего о тебе на знаем.
– Нечего рассказывать. Я такой же сирота, как и вы. Родился и вырос в глухой деревушке. Сюда пришёл работать. Всё.
– Ну не хочешь разговаривать, не надо.
Дальше мы шли молча. Некрасиво как-то с девчонкой получилось, но не рассказывать же ей всё про меня.
Дома молча съел свой обед и поднялся к себе. Ни с кем говорить не хотелось. Чувствовал напряжённую атмосферу вокруг себя. Походу скоро придётся отсюда съехать.
В дверь постучали и вошёл Калеб.
– Что такой грустный?
– начал он.
– Да так, устал что-то.
– Понятно. Слушай, хотел спросить, а как часто ты грибную настойку пьёшь?
– Чего?
– Ну, настойка, которой после Лаги лечатся. Тебе разве Анорд не говорил?
– Да нет. А что такое?
– Да ничего в принципе, - однако Калеб задумался, - слушай тут дело одно есть. Мне твоя помощь требуется. Поможешь?
– Ну ладно, когда?
– Да прям сейчас.
Блин, сильно не хотелось вставать и непонятно куда и зачем тащиться. Но Калебу, в отличии от всех остальных, я был обязан.
– Ладно пошли.
Мы пустились вниз. Нильштан и Бан проводили меня взглядом, причём последний как-то улыбнулся не хорошо. Ладно, хрен с вами.
Вышли из дома и направились к окраине города. Шли по не широкой улице. Ремесленный квартал. Дома здесь простые, чуть ли не на грани бедности. Наконец мы подошли к самому неказистому на вид домику. Вошли внутрь и спустились в подвал. Калеб зажёг факел.
Мы стояли возле лаза перекрытого толстенной решёткой.
– Помоги мне, - Калеб отодвинул засов на решётке и теперь пытался её поднять. Я встал рядом и вместе мы её подняли.
– Смотри вон там, - сказал мне товарищ, тыкая пальцем куда-то вниз.
– А что там?
– я ни хрена не видел.
– Да вон же!
Я наклонился ниже и всё равно ничего не видел. Вдруг почувствовал сильный толчок в спину и ощутил, что лечу вниз.
Что за херня?
Приземлился на что-то мягкое. Сверху раздался грохот упавшей решётки.
– Калеб, ты что творишь?
– заорал я.
– Успокойся Алекс, поговорить надо, - раздался невозмутимый голос сверху, - ты должен сделать для меня кое-какую работу.
– Я тебе ни хрена не должен, выпусти меня, - продолжил я по инерции, хотя прекрасно осознавал, что хрен он меня отпустит.
– Ещё как должен. Я дал тебе крышу над головой, кормил, обеспечил защиту и взамен ничего не просил. А ты подставил моих друзей. У них из-за тебя большие проблемы.
– Да ты чё гонишь? Это из-за них я постоянно получаю.
– Ты не прав. Слушай, - "товарищ" немного помолчал, - это место было домом самого успешного здешнего воровского авторитета. Пару лет назад его логово вычислили и устроили облаву. Но вор, вместе с большей частью награбленного, ушёл через подземные ходы. Никто не может выжить под землёй. Так что всё, что он унёс с собой, лежит где-то внизу, вместе с его костями. Принеси это мне и твой долг будет прощён. И ещё даже останется. Будешь состоятельным человеком. Больше не придётся по подвалам шариться.