Чтение онлайн

Она решила осмотреть свою комнату позже. Эту комнату ее родители оставили в том самом виде, в котором она была, когда Джем уехала учиться в медицинский колледж пять лет назад. Это случилось на два года раньше, потому что дома воспитание было чуть ли не спартанским. Они всегда надеялись, что она вернется, закончив обучение, как делали многие сенсор-демоны, пока не находили себе пару. Но Джем не была сенсором, и пока любила свою семью, которая принимала ее, вместо того чтобы убить за инфантилизм, она тем не менее нуждалась в личном пространстве, чтобы найти себя и свое место в мире.

Она не желала соглашаться на договорную помолвку, чтобы страдать потом всю жизнь рядом с нелюбимым существом.

Ее комната в черных, малиновых и синих тонах сводила маму с ума; впрочем, именно этого и добивалась неблагодарная дочь. Джем была бунтаркой с рождения и за свою двадцатичетырехлетнюю жизнь не раз давала родителям повод пожалеть, что вырастили ее. Но тем не менее они ее любили, и она ни разу не усомнилась в этом. Мама никогда не отправляла ее в постель без объятия, а отец каждую третью субботу месяца ходил с ней в какие-то особенные места, где они были только вдвоем. Зная, что она не такая, как все, они всегда старались обеспечить ей нормальное детство, которое включало в себя церковь, ночевки в гостях и лагеря отдыха. Если избегать запертого на все замки подвала, то можно притвориться, что она — и ее семья — люди.

Хотя она не ожидала ничего обнаружить, все равно обыскала свою спальню и нашла именно то, что ожидала. То есть ничего. Вампиры, сволочи, в самом деле схватили ее родителей. Она направилась к двери, но остановилась, проходя мимо буфета.

Нет.

Она слишком долго избегала этого.

С бешено бьющимся сердцем она открыла верхний ящик и пальцами нащупала тонкий фотоальбом, декорированный тесемками. Ее руки так дрожали, что затянутая в кожу книга чуть не выпала из рук.

Она почти не заглядывала туда. Альбом оказался тяжелее, чем она предполагала. Это призрак воспоминаний, которым так и не суждено было стать истинными.

Боже, она чересчур чувствительная.

Негодуя на саму себя, она открыла альбом и пролистнула сразу несколько десятков страниц. Это были фотографии людей, которые даже не знали, что их снимали с большого расстояния. Здесь была и Тайла Манкузо, и ее тогда еще живая мать.

Ей понадобилось три минуты, чтобы попрочнее зафиксировать Эйдолона на кровати. Было бы неплохо убить его, но Тайла знала, что эгисы могли бы извлечь много пользы, если он будет жив. По крайней мере она убеждала себя в этом. Все, что угодно, лишь бы не думать о том, что он спас ей жизнь и она его должница.

Тайла приняла душ, оделась в мышиного цвета джинсы и майку, проверила его дыхание и прочность замков. Она приковала его руки и ноги к раме кровати.

Лежа на постели, без сознания, Эйдолон был очень красив. Тайла сомневалась в том, сможет ли смотреть на него, когда он проснется и поймет, что она сделала. Сейчас же у нее было несколько мгновений, чтобы насладиться видом настолько безупречного тела, что она могла бы сравнить его разве что с фигурой спортсмена.

Мускулистый торс и накачанный пресс говорили о часах тренировок. Его подвеска с кадуцеем сбилась набок, как бы указывая на почти невидимый шрам на плече. Когда Тайла наклонилась поближе, то увидела множество шрамов.

Боже, он выглядел так, словно его порезали тысячью ножами для бумаги, раны затянулись, но шрамы все-таки остались.

Она провела пальцем по плечу, затем по правой руке, покрытой племенными татуировками, ощутив твердые мышцы. Эта рука обвивалась вокруг ее руки. Обнимала ее. Как никто никогда не обнимал. С тех пор как умерла ее мать.

Черт.

Укоряя себя за то, что мысли пошли совсем не в том направлении, в котором стоило, она выскочила из квартиры.

Снаружи стало прохладнее — очевидно, мать-природа заложила в нее ощущение, что весной в полдень должно быть тепло, — но у нее не было времени возвращаться за курткой. Ей хотелось вернуться до того, как Хеллбой проснется, если это возможно, конечно.

Она ехала на метро с пересадкой и еще на автобусе, и спустя сорок пять минут добралась до места, которое было в пяти кварталах от штаб-квартиры эгисов.

Штаб-квартира располагалась на дальней окраине пригорода Нью-Йорка. Это был большой трехэтажный дом, в котором находились два регента, семейная пара, которая возглавляла нью-йоркское отделение, и несколько дюжин Хранителей. Ближайшие соседи были на расстоянии по меньшей мере полумили, но стандартная процедура требовала от нее, чтобы она шла пешком через тайный проход. Подземный тоннель привел Тайлу в закрытый внутренний дворик, поросший деревьями, где двое Хранителей мужского пола практиковались в стрельбе по цели из арбалета. Трей не попал бы в океан, даже если бы стоял посередине его, но у вампира, который служил им мишенью, не было шанса уберечься от стрелы Уоррена, Хранителя из лондонского участка, которого недавно перевели к ним. Еще один Хранитель по имени Коул вертел что-то в руках.

Вдруг прогремел взрыв. Часть тела просвистела в воздухе. Она едва успела наклониться, чтобы избежать столкновения с чьей-то ногой.

Около домика для гостей, который служил пристанищем для девяти Хранителей, тлели останки манекена.

Тайла нахмурилась.

— Что это вы, парни, здесь делаете?

Коул ухмыльнулся.

— Пробую новую взрывчатку, она не пахнет и почти невидимая. Клевая. Ее можно спрятать в электронном приборе, например в МР3-плейере.

— Должно быть, ее разработала Стефани, — сказала Тайла, и Коул кивнул. Стеф была руководительницей их отделения, но специфика ее таланта заключалась в том, что она отлично ладила с электроникой. Она постоянно разрабатывала для них новое вооружение.

— Мы только что подорвали этого манекена МР3-плейером.

— Зачем нам это нужно?

— Всякое бывает, — пожал он плечами. — Мало ли мерзавцев. А теперь мы можем взрывать на расстоянии.

Тайла поморщилась.

— Можешь считать меня старомодной, но я предпочитаю действовать холодным оружием.

Она поднялась на крыльцо и без стука зашла в дом. Ее встретил взрыв смеха и шутки, которые обычно заполняли трехэтажный дом номер двести сорок семь. Посторонний видел группу дисциплинированных и счастливых подростков и молодежи, обитающих в здании, в котором поддерживался порядок, но Тайла знала, что любой из обитателей дома в любой момент мог превратиться в беспощадного воина.

Как обычно, кто-то что-то пек. Джуна Кливер, как любовно называли Лори, всех учила готовить, назначала кулинарные дни. Даже теперь аромат бананового хлеба настиг Тайлу, хоть она и не заходила на кухню. Она прошла через гостиную, которая была величиной с ее квартиру. Четыре Хранителя играли в видеоигры, а одна, особо впечатлительная, восемнадцатилетняя девчушка по имени Роуз просто прыгала.

— Тайла! Лори и Кайнан волновались!

Тайла прошла мимо телевизора, не обращая внимания на обращенные на нее любопытные взгляды.