Обречённый на Бесконечность

В самом сердце большого города расположились башни, возвышающиеся в бескрайнее небо. Всего за сотню лет человечество достигло небывалых технологических новшеств, поэтому малого стоило лицезреть такую картину.

Но, с другой стороны, видеть каждый день из панорамного окна просторы столь ничтожного по размерам мира — та незначительная крупица покоя, которого он удостоился за прожитые года.

Находясь, словно над обрывом, ему только и оставалось взирать вниз с восемьдесят третьего этажа, легонько прикасаясь к холодному стеклу. Сколько продлится такое счастье? Столь мимолетный момент свободы ещё раз заставил вернуться в прошлое.

— «И смысл сейчас думать об этом…» — отпустив руку от окна, словно прощаясь с навязчивым человеком, он снова взглянул на исписанные бумаги.

Его работа — быть человеком. Простым существом, что проживет свободную жизнь без всяких пристрастий. Ради несбывшейся мечты о незримом покое. Найти душевное равновесие среди людей, жить с ними плечом к плечу, забывая с каждым днем впившиеся мелодии смертей и погибели.

Купив квартиру на такой высоте, он действительно стал отдаляться от прошлого. Около семи тысяч лет вечной нервотрёпки и скитания по мирам, разрушенные мечты и амбиции народов, терзания, подобные отчаянию — все это превратилось в цикл беспрерывного однотипного дня.

Тем не менее с каждой новой навязчивой попыткой вспомнить свои истоки, смотря на тяжелые словно камни руки, он возвращался сюда. Двоякое чувство. Зачем ему опять вздумалось взяться за эти рукописи, почему ему так хочется изменить то, чему и существовать не следовало…

Если бы вселенная не подарила ему этот шанс…

— Не надоело? — сказала девочка, лежащая на просторном диване.

Шанс не остаться одиноким до конца своей жизни.

Беатрис — та, кто составил ему компанию на нелегком пути. Маленькая девочка, что не вышла ростом из-за одного феномена, расположилась вместе с ним в одной квартире. Их жизнь, это единый механизм, который не сломать даже словами или эмоциями. Они не близкие люди, не лучшие друзья или товарищи по несчастью.

Даже слово «семья» меркнет перед связью между этой парой.

— Я не делаю это ради других, забыла? — мельком взглянув на разлегшуюся соню, он вновь стал перебирать бумаги на столе. — Я делаю это ради себя.

— Да-да… Как же я могла забыть? — сказав с сарказмом, Беатрис перелистнула страничку блокнота.

— Не паясничай. И вообще… Раз уж тебе лень встать с кровати, то почему бы писать не в планшете? К чему тебе этот старомодный блокнот?

— А тебе? Ты тоже можешь взять и купить стилус, — нервно дернув по листку пером, она вновь напомнила ему о своей манере речи.

Разные, хоть и похожие смыслом хобби стали неким развлечением для них двоих. Беатрис решила жить настоящим: писать книги о жизни людей, зарисовывать пейзажи, ходить и рассматривать часами не совсем понятное ей современное искусство. Тогда как он решил наверстать прошлое: изобретать узоры для магических кругов, изучать досконально пробелы в этой стезе.

Они оба решили жить только для себя.

— И правда… Стоит стать более человечным… — быстро сложив листы с магическими кругами в пустотный ящик?, он направился к выходу. — Я пошел на работу. И тебе пора вставать с кровати…

— Да-да, иди уже давай, — не отвернув взгляда, безэмоциональными словами Беатрис отправила его «куда подальше».

Уже почти закрывая дверь, ему так и хотелось сказать эти слова. Все-таки, душевная теплота к ней не дает просто наплевать на «закрытый» образ жизни… Но, словно полностью вжившись в привычки человека, он не устоял перед подобной шуткой.

— И да… Если соберешься выходить на улицу, то не забудь накинуть очки. А то люди и так тебя не понимают.

Быстро закрывая угодья маленькой бестии, в просторном коридоре подъезда послышались глухой удар о дверь и странные крики. Беатрис просто решила запульнуть рукопись прямо в него…

— «Сегодня неожиданно темно, хоть и туч почти нет. Этот мир не перестает удивлять», — шагая по узкой улице, он устремил взор на чистое небо.

Это Земля. Планета людей без всякой магии. Место, что стало пристанищем для блуждающих душ было спокойным и умиротворенным. Хоть эмоции часто и подводили жителей этого мира, наращивая ненависть между странами, заставляя идти на необоснованные моралью войны, но вмешиваться в их жизнь они не стали.

Не те это проблемы, что коим-то образом порочат покой иноземцев.

Всё, чего они хотят — поступать так, как им прикажет сердце. И, разбираясь в чувствах и переживаниях как никто другой, он решил стать психологом. Философом, что может отыскать любой ответ на будоражащий вопрос человеческой души.

Словно забыв всё пространство в округе кроме ясного неба, он не спеша шел на привычное место работы. Правда, сегодняшний день был поистине особым. Совсем скоро из долгого путешествия по мирам вернется его сестра. Второе и последнее на этой земле существо, что может подарить ему радостные ощущения в груди.

— Может хоть цветы или заколку какую на память ей купить?.. — остановившись прямо посреди улицы, он заметил, как рядом с лавочкой столпились люди. — Ей всегда нравились ветви из таикуны?. Думаю, их с лихвой можно заменить на белые розы…

Его сестра всегда любила различные вещи, что мимолетно напоминали родину. Поэтому такой странный, на первый взгляд, подарок по прибытию, будет лучшим решением. Пройдя мимо всей толпы, он закинул пару купюр на кассу и молча указал пальцем на необходимый ему товар.

Буквально спустя минуту флорист собрал пышный букет цветов, которые на взгляд отдавали небольшим холодом. Белые розы, шипастые, словно неприкосновенные, и ему смогли напомнили о своей родине.

— До свидания! — помахав рукой, сказал продавец.

— До… встречи… — забрав букет и пройдя всего десяток метров, он внезапно остановился. — Обертку стоит убрать… Без острых шипов совсем не похоже на таикуну.

Лишь один факт наличия красивого оформления вызвал у него некую неприязнь к такому подарку. Тем более, когда их встреча совсем скоро состоится. Быстро покрутив букет в поисках стыка ленточки, он только-только начал отрывать маленький кусок…