Обрученные
Шрифт:
Лиана чем-то восхищалась, охала, с удовольствием слушала тетю Карину, говорила свое мнение.
Вардан же и слова из себя выдавить не мог, оглушенный всем тем, что происходило в душе.
Лишь когда тетя Карина стала показывать роскошную кухню, обставленную массивной деревянной мебелью, все же не утерпел.
— Оставьте нас, пожалуйста, одних, — попросил он дальнюю родственницу.
— Хотите осмотреться? — зацвела новой улыбкой она. — Всегда пожалуйста. Я пока подожду в машине, а вы осматривайтесь сколько душе угодно. Не торопитесь, голубки…
С этими словами она и вправду выпорхнула из квартиры.
Вардан снова присмотрелся к Лиане. Она все крутила головой в разные стороны, подходила к шкафчикам белого кухонного гарнитура, открывала их и закрывала, любовалась работой доводчиков.
— Лианочка, как тебе квартира, нравится? — спросил он с ноткой грусти.
— Конечно нравится, я даже не знаю, кому она может не понравиться. Офигенная квартира, Вардан!
Она сказала это и наконец повернулась к нему.
— А почему ты такой грустный?
— Нет, не грустный, с чего ты взяла? — Он постарался придать лицу нейтральное выражение.
— А когда мы сюда переедем? — спросила Лиана с воодушевлением. — Сразу же или…
— Ты переедешь сюда одна, без меня. Я не буду здесь жить. — Он сказал это и почувствовал в груди резкую боль.
Боль невероятного сожаления, несбывшихся надежд, боль потери.
Снова…
Лиана уставилась на него непонимающим взглядом.
Он услышал, как она громко сглотнула, будто пыталась каким-то образом проглотить его слова, осознать их глубокий смысл.
— Ты меня бросаешь? — спросила она с дрожью в голосе.
— Нет, Лианочка, я тебя не бросаю. Ни в коем случае! Я тебя отпускаю…
— В смысле — ты меня отпускаешь? — Лиана уставилась на Вардана недоуменным взглядом.
Эти двое стояли посредине просторной кухни, смотрели друг на друга, сжигаемые изнутри чувствами. Вроде бы оба говорили на русском, но, как и много раз до того, не понимали друг друга.
Вардан попытался объяснить:
— Я никогда тебя не брошу, Лианочка! Всегда буду рядом. Мой ресторан совсем недалеко, если что я приду по первому зову. Стану помогать с ребенком, буду содержать. У тебя будет все, что захочешь. Возить вас буду, куда скажешь. Обеспечу всем, что только может понадобиться, и даже больше. Но вместе нам не нужно быть.
— Что это значит, Вардан? — Ее лицо скривилось. — Ты же так просил дать тебе шанс. Что изменилось за одну ночь? Ты передумал? Я не понимаю…
Вардан шумно вздохнул, попытался как-то успокоиться, унять разъедающую душу боль. Ведь каждое слово давалось ему с трудом.
Ответил как мог сдержанно:
— Пусть не сейчас, но когда-нибудь ты обязательно меня поймешь.
— Когда же должно случиться это твое когда-то? — хмыкнула она, обиженно поджав губы.
— Я не буду тебе цербером, Лиан. Ты не думай, — покачал головой Вардан. — Не стану следить, что ты делаешь, с кем встречаешься. Дам тебе жить своей жизнью. И когда-то ты непременно по-настоящему влюбишься… Вот тогда ты меня поймешь.
— Я влюблюсь? — Глаза Лианы отчего-то заблестели.
— Да, — кивнул он с ухающим сердцем. — Я искренне желаю тебе познать это чувство. Оно всепоглощающее, его нельзя измерить. Это когда ты любишь в человеке абсолютно все. Сердце полно только им, и ты костьми готов лечь, чтобы у твоего любимого человека все было хорошо. Когда ты и твои желания уходят на второй план, ты собой готов пожертвовать. Я люблю тебя так, Лиана. И если для того, чтобы ты была счастлива, мне надо отойти в сторону, я отойду.
Говоря это, Вардан о многом умолчал. Уж конечно, не стал расписывать, как от принятого решения стало тяжело и тошно на душе. Но ведь то решение во благо! Пусть и благо это не его.
Однако Лиана явно не разделяла его мнение.
— Офигенно ты придумал, — простонала она. — Взять и отойти…
— Лиан… — Вардан громко сглотнул. — Ты поймешь.
— Да, да, когда влюблюсь. Вот только одно ты не учел, Вардан! Мне не нужно ждать, чтобы влюбиться. Я уже люблю…
— Тарасова? — спросил он с надрывом.
— Тебя, идиот! — Лиана топнула ногой. — Я люблю тебя! И все это время любила, просто обижена на тебя была страшно… И давила в себе это чувство, ногами топтала, бежать пыталась. Но оно есть! Оно живое… Я очень сильно тебя люблю!
Сказала это и громко протяжно всхлипнула.
Слова Лианы на какие-то секунды выбили из Вардана дух. Оглушили, сделали немым, лишили способности мыслить здраво.
Девочка его любит! ЛЮБИТ!
Вардан уже даже не надеялся когда-то услышать это от нее.
Он тут же шагнул к Лиане, сгреб в объятия и замер без движения, боясь спугнуть момент, боясь очнуться и понять, что она пошутила или он попросту что-то не так понял.
Ему было так сладко и приятно от ее слов, что забыл, как надо дышать.
— Люблю тебя… — шептал он, покрывая поцелуями ее правый висок, скулу, щеку. — Лианочка моя драгоценная, ты не шутишь сейчас? Потому что если ты шутишь, то я…
Она не ответила, лишь плотнее к нему прижалась, обняла в ответ.
— Лианочка, знай, пожалуйста, что я сколько угодно готов ждать, — затараторил он ей на ухо. — Я не буду требовать от тебя никакого интима. Все будет, как ты захочешь. Мы к психологу пойдем, что бы там ни было, мы пройдем через это вместе. Я готов нести полную ответственность…
— Вардан, возьми меня, — вдруг заявила чертовка.
В первые секунды он даже подумал, что ослышался. Как-то не верилось, что Лиана в принципе может ему что-то такое сказать.
Разве можно после всего просто взять и… Взять?!
Однако Лиана действовала решительно. Встала на цыпочки, обвила его шею и сама впилась сладкими губами в его губы.
— Возьми! — попросила она настойчиво. — Пожалуйста…
И неожиданно вцепилась нежными руками в его ремень.
Ее просьба — чистейшей воды провокация, от которой сносило крышу.