Обрученные
Шрифт:
Все случившееся выжигало ей нутро, не давало ни спать, ни есть, ни мыслить здраво.
Ей безумно хотелось сбежать от всего этого куда подальше. Но куда? И на что? К тому же ее в два счета найдут. И вернут.
Ей бы было и вполовину не так обидно, если бы и вправду не влюбилась в Вардана. Если бы жених не стал для нее всем.
А теперь только и оставалось, что выть от боли.
Больше ничего…
Кроме всего прочего, ей было безумно обидно от того, как он ее теперь наказывал — своим тотальным безразличием. Словно Лиана перестала быть хоть сколько-то важна для Вардана, словно он вообще забыл о ее существовании.
Как так можно? Она не знала.
И как выходить за такого человека замуж, не знала тоже.
Возвращаясь к себе, Лиана все-таки остановилась у дверей гостиной, поняв, что там творилось что-то странное.
Виола, Галя и Анфиса сгрудились над какой-то коробкой, которую поставили на стол, и давай спорить наперебой:
— Я бы смогла его натянуть… — утверждала Виола.
— Уж конечно смогла бы… на одну ногу! Оно мне будет как раз! — спорила Галина.
Мачеха, как обычно, брала авторитетом:
— Такое красивое платье не про вашу честь, девочки. Оно скорее для более зрелой женщины.
С этими словами она схватила серебристую коробку и вознамерилась исчезнуть с ней в своей спальне.
— Вардан что-то прислал, да? — спросила Лиана с екнувшим сердцем.
— Принесла ее нелегкая… — сдула со лба челку мачеха. — Шла б ты к себе!
Раньше Лиана, без сомнения, послушалась бы приказа мачехи. Тут же шмыгнула бы к себе и носа не казала в коридор. Ни боже мой не стала бы спорить.
Да и не нужен ей новый подарок от Вардана. Вот совершенно не нужен! Сто лет в обед не сдался.
Но…
Сколько ж можно забирать то, что предназначено ей?
Мачеха с сестрами совсем обалдели!
Годами забирали все-все.
Даже отцу это надоело, он как-то раз крепко отругал мачеху — это произошло после случая с косметикой. Анфиса клятвенно обещала, что больше вообще к подаркам Лианы не прикоснется, и тут опять за свое.
Наверное, Лиана должна была сейчас сдержанно протянуть что-то из разряда: «Вардан же это мне прислал, отдайте, пожалуйста».
Но…
Она слишком устала от того, что ее не считают за человека, что обращаются, как с вещью, у которой нет и не может быть своего мнения.
С криком «Отдай» Лиана бросилась к мачехе.
Схватила коробку с другой стороны и потянула на себя.
Анфиса не отдала, тоже потянула.
Лиана не отступила, и в результате они разорвали коробку в считанные секунды. Мачеха хотела схватить загребущей рукой выпавшее оттуда серебристое платье. Но Лиана оказалась быстрее. Схватила и спрятала за спиной.
— Не отдам! — зарычала она на мачеху.
В коридор тут же выскочили сестры. Во главе с мачехой они принялись наступать на Лиану.
Трое на одну — нечестно.
Силы были не равны. Но в кои-то веки Лиане было плевать.
— Гиены! — шипела она на родственниц.
А те шипели на нее:
— Нахалка! Дрянь! Жаба!
Лиана смерила их бешеным взглядом, готовая к любому исходу дела. Дала понять, что не отступит. И не получат они ни ее платья, ни чего-либо еще, кроме достойного ответа на свои гадости.
Возможно, дело даже кончилось бы дракой.
Но…
Как бы сводные сестры ни ненавидели Лиану, приближаться к ней, когда она в таком состоянии, попросту не решились. Ибо кожа на лице не казенная, а у той внезапно обнаружились острые коготки.
Анфиса, как обычно, стала давить авторитетом:
— Ты как себя ведешь, Лиана? Как же тебе не стыдно? Я тебя растила, ночей не спала…
В этот знаковый во всех отношениях момент вдруг громко хлопнула входная дверь.
Притихли все.
Вжали головы в плечи, обернулись в сторону прихожей.
В дверях появился отец и с порога стал распекать жену:
— Анфиса, что случилось? Я вас всех за километр слышу! Что за ругань на всю улицу, зачем вы меня позорите?
— Папа! — простонала Лиана. — Они хотели забрать платье! Мне Вардан на выпускной обещал. Ты же запретил им забирать подарки Вардана, а они все равно…
— Вовсе ничего мы не забирали! — запищала мачеха. — Лиана, ты зачем так нагло врешь? Я приложить к себе хотела, посмотреть, только и всего. А потом отдала бы тебе, и чеши ты в нем на свой выпускной, кому ты нафиг сдалась вообще…
— Да если бы я мимо не проходила, вы бы мне даже не сказали, что Вардан что-то прислал! — голосила Лиана.
— Она врет, — твердили сестры. — Мы уже собирались за ней пойти, позвать, а то она целый день бока отлеживала как обычно, пока мы подвал драили…
От последнего высказывания сестер у Лианы вытянулось лицо.
Как это она бока отлеживала, а они подвал драили? Это же она там каждую баночку прибрала, пол три раза вымыла, потому что кто-то — свинка Пеппа и разбил там банку клубничного варенья. И этот кто-то, разумеется, не Лиана, а Виола. Ведь это она тосты с вареньем любит.
— Я никаких боков не отлеживала, — заявила Лиана с грозным видом.
— Еще как отлеживала, — скривила губы Виола.
— Молчать! — гаркнул отец. — Всем молчать! Еще я в ваши бабские разборки не лез, зарекся это делать годы назад, у вас же правды не сыщешь.
Женщины сразу замолчали, потому что, когда отец ругался, на орехи могло достаться всем.
— Значит так, — процедил он сквозь зубы. — Лиана, ты идешь в свою комнату готовишься, надеваешь это платье и приходишь ко мне. Я лично делаю фото, которое ты отправишь Вардану. И поблагодаришь его за платье! Потом пойдешь на выпускной. А ты, Анфиса, выдай ей драгоценности к платью!