Очищение
Шрифт:
Девушка удивилась, несмотря на то что она была постоянным гостем этого кафе и хорошо знала весь персонал, но своего имени она никогда не называла да и ни с кем особо не разговаривала.
– Да. А как вы узнали?
– Мне сказал тот самый молодой человек и ещё попросил, чтобы я тебе передала, когда ты придёшь, что он ждёт тебя на вашей лавочке с грустными пончиками. На твоём месте я бы пошла на встречу, – в очередной раз подмигнув, игриво дала свой совет хозяйка кафе.
Сердце бешено застучало в груди. Надя, конечно, старалась взять себя в руки, но самообладание напрочь покинуло её. По пути к лавочке она несколько раз поправила свою густую косу, в колледже над ней часто смеялись из-за причёски, но отец не разрешал ей носить другую. Она увидела на скамейке знакомого парня, только в этот раз в его одежде было нечто странное, издалека из-за плохого зрения она не смогла рассмотреть, что именно. Было похоже, что он одет в какую-то форму, и, только подойдя ближе, она поняла, что это форма полицейского.
– Привет, Надя! Рад, что ты пришла. Я купил твои любимые пончики.
– Здравствуйте. А как вы узнали, что они мои любимые?
– Ты же их вчера ела, а люди обычно едят то, что им нравится.
– Спасибо, – принимая из рук Питера пончик, застенчиво произнесла Надя. – Я могу сесть?
– О, конечно, конечно! Да, джентльмен из меня отвратительный.
– Я думала, что после вчерашней беседы мы больше никогда не увидимся, ты так поспешно ушёл.
– Я подумал, что если твой отец тебя всё-таки убьёт, то меня будут допрашивать как свидетеля, а я не хотел в этом участвовать, – снова смеясь над собственной шуткой, сказал Питер. – Но так как ты всё ещё жива и опасность миновала, я решил продолжить общение. Так ты учишься в колледже?
– Да, в Колумбийском. А ты полицейский?
– С чего ты взяла? – Надя вопросительно смотрела на Питера. – А, ты про форму? Да это сценический костюм, как раз иду на девичник. Я стриптизёр, – Надя продолжала недоумевающе смотреть на парня, не зная, как реагировать на его слова. – Я несу чушь. Извини. Всегда так себя веду, когда нервничаю. Да. Я полицейский. Уже несколько лет как закончил полицейскую академию и служу на благо родины. А Колумбийский колледж – это очень круто!
– Наверное. Круто для моих родителей, но я не этого хотела.
– А чего?
Ответить на этот вопрос девушка не могла. Она сама не знала, чего хотела, но точно не этого. Надя решила мягко сменить тему разговора:
– А тебя не смущает, что мои родители – выходцы из страны, с которой ведётся холодная война?
– Пусть это смущает политиков и руководителей моей страны. Здесь демократия, и все имеют равные права, то есть, понимаешь, здесь все равны. Я наоборот рад, что твой отец решил трудиться на благо моей страны. То есть, понимаешь, он нам помогает, и я благодарен, тем более я благодарен ему за такую красивую дочь.
– Спасибо, – пухлые щёки постепенно покрывал багровый румянец. Ей редко делали комплименты представители противоположного пола, а этот парень обладал какой-то всепоглощающей харизмой. Он не был красавцем, и чёрные круги под глазами даже немного пугали, но он был слишком обаятельным, чтобы обращать внимание на изъяны. – А тебе разве можно уходить с поста?
– По секрету скажу: нельзя, но меня прикрывает напарник. И мне уже пора бежать, как ты смотришь на то, чтобы мы вечером встретились и погуляли где-нибудь?
– Это невозможно, – не веря своим ушам, сказала Надя. Эти слова вырвались на автомате, и теперь она стремительно пыталась всё исправить. – То есть я очень бы хотела, но у меня очень строгий отец. Он не отпустит меня с незнакомым парнем.
– Нет проблемы. Скажи мне, где ты живёшь, и я отпрошу тебя у твоего папы, мамы, брата, да у кого угодно.
– Ты готов познакомиться с родителями на первом свидании… То есть если это свидание… Нет… Я хотела сказать… Ты хочешь отпросить меня?
– Это нормально, что отец боится отпускать свою дочь с незнакомцем в огромном городе. Я просто приду, представлюсь, я не собираюсь ужинать у вас или ещё что.
– Думаю, это может сработать, особенно если ты с порога скажешь, что полицейский.
– Значит, стоит испытать удачу. Так ты скажешь мне, где живёшь?
ГЛАВА 6. Собрать всё воедино
Неоднозначная победа. Хотя в жизни всё неоднозначно: для одного приз, для другого проигрыш, для одного жизнь, для другого смерть. Всегда кто-то стоит на вершине мира, вымощенной на костях менее удачливых. И что тому виной? Да, жизнь слишком случайна. Мы можем думать, что контролируем её, но это фальшь. Фальшь, навязанная нам с раннего детства нашим же окружением.
Тайнова шла к машине, на ходу набирая номер телефона Левина, она понимала, что лучше сейчас поехать к себе в кабинет и разложить по полочкам всю вновь полученную информацию, но время слишком торопило её. Ей для начала хотелось закрыть все вопросы со священником этой несчастной церкви, где по воле злого случая обнаружили тело девушки.
Левин долго не решался брать трубку, и Ева понимала, почему. Она твёрдо знала, что он вчера так окончательно и не допросил отца Брендана.
Наконец на том конце воображаемого провода раздался недовольный голос Чекушки.
– Привет, это Тайнова.
– Привет. Слушай, я пытался вчера его допросить, но у них там сабантуй начался, что-то типа проповеди, не знаю, как у них это там называется, так что я… – Ева не дала ему договорить:
– Забудь. Тот список, о котором я тебя вчера просила, ещё у тебя?
– Нет. Мне его не дали. Я же говорил.
– Понятно. Больше не буду тебя отвлекать.
– Так от меня больше ничего не требуется?
– Нет. Спасибо. Пока.
Тайнова надеялась застать священника на месте без лишних ушей. Она гнала на своей скромной машине по магистрали города. Мысли блуждали среди гор новой информации, пытаясь зацепиться за хотя бы одну существенную деталь, но, не находя её, снова рассыпались, перемешивались в бесформенную груду отдельных событий. Сказывалось и физическое состояние: болезнь, бессонница, бесконечная абсолютная усталость.
«Нужно не забыть составить список обязательных дел и записать их в блокнот на телефоне. Если он не будет мне напоминать о еде и приеме лекарств, то я точно сдохну уже завтра вечером».
С этими мыслями она подъезжала к церкви.
На сей раз ей сопутствовала удача. Она заметила священника на подходе к главным воротам и поспешила окликнуть его:
– Отец Брендан?!
Мужчина в характерном для католического священника наряде обернулся на голос. По направлению к нему бежала знакомая девушка, ему казалось, что после их последней встречи она выглядела ещё более худой и осунувшейся. Подождав, пока девушка поравняется с ним, он доброжелательно ответил: