Одержимость
Шрифт:
– Нужно спрашивать, откуда ты знаешь о покушении? – иронично поднимаю брови вверх.
– Все СМИ об этом твердят.
Класс. Только этого не хватало. Я, конечно, понимаю, что известный глава медиахолдинга вновь подвергся покушению, однако это не повод поднимать шумиху. Хотя кто меня спрашивал?
Воспоминания о том кошмаре сами всплывают в голове. Перед глазами появляется безжизненное лицо Себастьяна, его белоснежная рубашка окровавлена, а на мои крики никто не реагирует, даже пастырь застывает с перепуганным лицом.
– Мне страшно, Эндрю.
– Ты же говорила, что Себастьян защитит вас. Не сомневайся в нем.
– Стараюсь. Мы только начали нормально жить, теперь у меня возникает ощущение, что я вернулась на несколько месяцев назад…
– Не нервничай. Фарух мертв, его банда распалась. Они все в тюрьме, ожидают наказание. Тебе не за чем переживать.
Ага, только плохое предчувствие никуда не денется, Эндрю…
– Вдруг мы все же в опасности?
– Не бери в голову, хорошо? Просто расслабься и наслаждайся жизнью.
Стараюсь. Но никак не выходит. Ребята веселятся, радуются, моя малышка заливисто смеется, а я ощущаю ком в горле, представляя, что эта беззаботность может разрушиться на глазах.
Себастьян возвращается через пару минут, но уже без Адриана. Он садится возле меня, кладет руку на спинку моего стула, ласково поглаживает мое обнаженное плечо, играется с лямкой домашнего топа.
Я могу обмануть саму себя, расслабиться и забыть о беспокойстве, но не выходит. Даже рядом с ним. Даже когда Аманда привлекает к себе всеобщее внимание детской непосредственностью.
– А у тебя будет дочка? Я хочу подружку! – спрашивает у Эндрю, который моментально впадает в ступор.
– Милая, – подключается улыбчивый Алекс, – Мы мужчины, мы не можем родить ребенка.
– А что значит родить?
Так, начинается. Зачем они начали эту тему раньше времени? Алекс кидает на меня виноватый взгляд, чувствую, как Себастьян рядом со мной напрягается, убирает руку с моего плеча.
– Дядя Алекс потом тебе расскажет, когда у них появится ребенок, да?
Парни замирают. Переглядываются. Вот и нарвались на строгого папочку Себастьяна.
– Конечно, – улыбается Эндрю, но в его карих глазах я нахожу толику грусти.
Ребята еще недолго сидят у нас и покидают наш уютный домик в пригороде, Аманду клонит в сон от усталости. Пока Себастьян укладывает Аманду, я убираю со стола. Стараюсь опустить напряжение в груди, не думать о том, что происходит и почему на Себастьяна напали.
Эти мысли не покидают меня ни через десять минут, ни через двадцать. Они меркнут, но не уходят полностью.
Что происходит с нами?
От мыслей отвлекает входящее сообщение, которое заставляет напрячься. Знакомый номер, знакомые слова. Этого не может быть.
Это…
Глава 6
POV Элизабет
Незнакомец: «Поднимись наверх и закрой дверь в нашу комнату».
Оцепенение спадает со словами в сообщении. Растягиваю губы в улыбке, вспоминаю, когда именно получала что-то подобное от него. В старые добрые времена я гадала, кто прячется по ту сторону экрана и выбивает из меня тонны удовольствия.
Закончив на кухне, поднимаюсь в нашу спальню, действую согласно инструкции. Замок закрыт, передо мной пустующая в полумраке комната. На кровати лежит знакомая черная лента. Она отливает атласным блеском в свете бра, мягкая ткань приятна на ощупь.
Незнакомец: «Надень ленту и не двигайся. Жди меня, Донателла»
Он не забыл мое имя. Имя, которым я прикрывалась, когда зарегистрировалась на эскорт-сайте и переступила черту дозволенности. Я тоже не забуду, как мы встретились с ним, как он заплатил мне кучу денег, чтобы спасти жизнь брата. Но даже они не помогли мне, к сожалению…
Так! Нужно выкинуть грустные мысли. Они сейчас ни к чему.
Мир вокруг превращается в черную пелену. За повязкой не видно ни света, ни силуэтов. Едва прислушиваюсь к тихим, размеренным шагам. Они звучат не набатом, как в прошлом, а с ударами моего сердца, готового выпрыгнуть от предвкушения этой ночи. Что он задумал?
– Ты прекрасна, – на мою шею опускается мятное дыхание вместе с хриплым шепотом.
Сердце увеличивает ритм, мне не хватает воздуха. Пытаюсь вдохнуть побольше кислорода, но не выходит – его рука опускается мне на горло, контролирует подачу. Он сжимает не сильно, но ощутимо и толкает меня лицом на кровать.
– Руки перед собой. Не двигайся, – звучит следующий приказ, которому я подчиняюсь незамедлительно.
Крепкие ладони шарят по моему телу, поднимаются к шортам, спускают их вниз вместе с трусиками. На них наверняка остаются следы моего возбуждения. Чувствую, как тоненькая ниточка смазки тянется за нижним бельем, затем рвется, оставляя на мне влажную полоску.
Какое-то время мы совсем не двигаемся. Я замираю, в ушах стучит сердце, а мое тело плавится под темным, обжигающим взглядом любимого. Кожей ощущаю горячие влажные дорожки, проводимые от моих ног, вверх по бедрам. Он останавливается на попке, на той самой полосочке смазки, и слизывает языком.
– Ты идеальна, Долорес.
Я отвыкла от своего старого имени, но с его губ оно слетает как сладость. Как мед. Как самое желанное создание на свете.
И это я… я желанна для него…
Так порочно лежать с завязанными глазами и… чувствовать. Как в старые добрые времена, когда я не знала его личность и могла лишь фантазировать. И сейчас фантазию о его последующих действиях. Ожидаю, что он сделает в этот раз, предвкушаю его ласку, возбуждаюсь.
Его губы ласкают мою нежную кожу, язык очерчивает узоры на внутренней стороне бедра. Мужские руки, такие знакомые и родные, опускаются на поясницу и слегка надавливают, заставляя прогнуться. Кончиком языка он касается самого горячего места на моем теле. Там, где вот-вот все воспламенится от желания и помутнения.
Он здесь.
Со мной.
Хочет меня не меньше, чем я его…
Вздрагиваю, когда он касается языком возле складок. Совсем рядом. Там тоже влажно, но не настолько, как внутри.