Чтение онлайн

— Ты действительно понятия не имеешь, с чем тебе предстоит столкнуться, — я сочла необходимым предупредить его. Снова.

Он снова похлопал меня по ноге.

— Не беспокойся. Я разберусь с этим.

Он подъехал к моему многоквартирному дому и припарковался на улице, затем выключил машину, и мы сидели и ждали. Окна быстро запотевали.

Не прошло много времени, как подъехала потрепанная «тойота» и припарковалась в нескольких местах от нас.

Она была шлюхой. Не было другого способа сказать это. Эгоистичной, титулованной, никчемной шлюхой. У нее, наверное, были собраны все ЗППП в медкарте. Она предоставляла мне держать ее за руку во время тестов, точно так же, когда она делала аборт в старших классах. Это то, кем на самом деле была Реджи. Я наблюдала за ней и ее новым мужчиной через боковое зеркало. Они болтали в машине, как мне показалось, несколько часов, пока я вдувала в руки длинные струи горячего воздуха, просто чтобы согреться.

Я практически могла слышать разговор. Я была на ее стороне. Мне стало жаль этого парня. Я знала, что она очаровывала его той или иной историей о том деле, которым так гордилась. Я могла представить, как она бессвязно бормотала об этом, добираясь до Верховного суда, и ни разу не упомянула, кто печатал ее заметки. Я никогда не забуду тот раз, когда она пыталась приписать себе мое искусство. С Реджи ничто не было запретным. А эта награда «Золотой ключ»? Она была не ее. Она была моей. Никто другой не смог бы нарисовать такой великолепный закат.

Начиная со школьных проектов и заканчивая помощью ей в изучении физики в колледже, Реджина никогда не ставила мне это в заслугу. Я не могла себе представить, где бы она была, если бы меня не было рядом, чтобы поймать ее. Но это не имело значения. Вместо этого, в машине с новым мужчиной, с которым она в конце концов бы рассталась и о котором бы пожалела, Реджи делала то, что у Реджи получалось лучше всего — была в центре внимания.

У нее был комплекс героини. В этом я была уверена. Классический нарцисс, у меня не было сомнений в том, что ее нового мужчину — приятного на вид — ни разу не спросили о нем самом. Ему бы повезло, если бы она хотя бы знала, как его зовут. Учитывая это, было невозможно не думать о Поле. Парень, с которым у меня были дети, мы поженились и в конце концов развелись. Пол, наверное, был единственным, кто действительно понимал мои испорченные отношения с Реджиной. И все же, он был последним в длинной очереди, кто выбрал ее сторону, а не мою.

Мой развод? Во всем виновата она. Если бы она не нуждалась во мне так сильно, я могла бы уделять больше времени и внимания своему собственному дому. Это была ее вина, что мне не звонили Ханна и Эмили. Там, где я могла бы помогать своим детям с государственными проектами, быть веселой мамой и даже баллотироваться на пост казначея родительского комитета, всегда была Реджина, которая превосходила людей в моем собственном доме. Если бы я не пыталась помочь своей подруге выйти из одних плохих отношений после других, я, возможно, даже смогла бы удержаться за Пола.

Пол. Я сожалела о нем чуть ли не больше, чем о своем договоре с Реджи. Более десяти лет с ним наша совместная жизнь закончилась после того, как Реджина решила увлечь его гольфом. Если бы она не вмешивалась в это, мы могли бы все еще быть вместе, и суки, чье имя я никогда не произнесу вслух, никогда бы не случилось. Ладно, какая разница. Мой бывший муж и его шлюха не стоили того, чтобы о них думать.

Наблюдая, как Реджина цепляется за руку своей новой жертвы, я плюхнулась за руль. В прошлый раз она заметила машину. В тот раз я бы удивила ее в самую последнюю секунду. Этого может быть достаточно, чтобы сбить ее с толку и, как последней идиотке, дать мне больше информации о том, к какому дерьмовому шоу она приведет нас в следующий раз. Она понятия не имела, как сильно я ее поддерживала, и я ненавидела ее за это. И все же, договор есть договор.

Держа одну руку на ручке, а ключи от «тойоты» в правом кармане моих специальных джинсов в голубой горох из Уолмарта, я подождала две минуты, прежде чем Реджи и «парень недели» оказались у двойных дверей, ведущих в ее шикарное здание. Стянув с себя шапочку «Дженерал Доллар» и, дернув дверную ручку, я вошла на стоянку моей лучшей подруги, полностью уверенная, что смогу остановить то, что наверняка станет еще одной ошибкой, на исправление которой у меня не было ни сил, ни желания.

— Реджина! — крикнула я. — Подожди! Я оставила свою зарядку у тебя дома.

На самом деле, я оставила около десяти зарядных устройств и всю одежду, которую Эмили не хотела видеть, в доме Реджины. Это были оправдания, в которых я нуждалась в такие времена. С различными личными вещами, размещенными в таких местах, как диван Реджи, у меня всегда была бы причина вернуться. Мой инвентарный список состоял из шестидесяти предметов. Для нее думать, что она избавится от меня так же легко, как сменила замки, было просто нелепо — если она не хотела называть себя доброй тетей.

Я видела, как напряглась спина Реджины, когда ее сопровождающий обернулся, чтобы взглянуть на меня.

— Реджина! — я позвонила снова.

Я не позволяла какому-то мужику на одну ночь остановить меня. Партнер или нет, мне было наплевать, что думал этот парень.

— Она сейчас занята, — крикнул он мне в темноте. — Двигай отсюда.

Ярость затопила меня изнутри. Дело было не в том, что у нее хватило наглости отмахнуться от меня, а в том, что у моей лучшей подруги, коей она являлась на протяжении тридцати лет, даже не хватило порядочности ответить мне самостоятельно. Подбежав к ним, я наблюдала, как Реджи возится с ключами в тусклом свете входа в здание; затем мужчина повернулся ко мне, расправив плечи.

Что за инструмент орудия. Что, по его мнению, я собиралась делать? Я не могла представить, что она сказала обо мне. Должно быть, она что-то сказала. Иуда. И, насколько он знал, все, чего я хотела, — это вернуть свое зарядное устройство. При росте пять футов четыре дюйма и весе 129 фунтов я вряд ли представляла угрозу. Парень напомнил мне Пола, когда парень Ханны — фрик группы — пришел на выпускной. Та же самая тучная грудь. Хмурый взгляд. Руки скрещены на туловище. Это совершенно лишнее.