Чтение онлайн

— Это ещё почему? — по-настоящему удивился я.

— Да потому! — скривился Герон. — Пять тысяч золотом! Ты хоть представляешь себе, сколько это?!

— Ну, я так думаю, на эту сумму можно откупить восточный городской квартал в личное пользование… — предположил я, сразу догадавшись к чему клонит Краб. И с ехидством поинтересовался: — А что, Ночная гильдия такая нищая, что у неё не наберётся и пяти тысяч золотом?

Герон поморщился так, будто кислющего яблока отведал. И раздражённо пробормотал:

— Был бы здесь такой прибыток, я бы давно собрал нужную сумму… — Оборвав себя, он предложил мне. — Могу дать тебе пять сотен. И разойдёмся на этом, стражник.

— Не пойдёт! — категорично отрезал я. — Выгребай всю свою воровскую казну, но пять тысяч мне набери!

— Да нет у меня пяти тысяч золотом, идиот! — выругался Герон. — Нет! От силы пара тысяч набралась за одиннадцать лет существования Ночной гильдии!

— Брешешь, небось? — прищурив левый глаз уставился я на Краба. — А как же "Серебряный звон"? Он один, наверное, под тысячу тянет.

— Клуб в восемь с половиной сотен оценён! — ощерился Краб. — И то за счёт того, что шесть сотен золотом в банке лежит для обеспечения ставок.

— Ну что ж… — на мгновение задумался я и решительно кивнул: — Раз Ночная гильдия находится в столь бедственном положении, я согласен пойти на некоторые уступки. Пусть будет четыре тысячи в векселях на предъявителя. И вдобавок отпишешь на меня "Серебряный звон"!

Герон аж задохнулся от негодования. Кулаки стиснул. Как же — на его любимое детище покушаются! Но сдержался. Хотя я был уверен, что он сорвётся и моя задумка потерпит крах. Нет, силён Краб, что и говорить. Успокоился, подумал и, подарив мне показавшую змеиной улыбочку, ласково сказал:

— Стражник, ты слушаешь, что я тебе говорю? У меня нет столько денег. Есть около трёх тысяч. Если учитывать и стоимость клуба.

Я внимательно посмотрел на Краба. Не врет, похоже. Да и прав он: пять тысяч золотом — действительно огромная сумма. А в казну Ночной гильдии отходит лишь часть добытого ворами и грабителями. Но мне-то до этого какое дело?

— Хорошо, давай всё, что есть, — согласился я. — Векселя на две тысячи и документы на клуб. — И безжалостно добил, мрачного как грозовая туча, Краба. — А что касается недостающей до пяти тысяч суммы… Ты, как-никак, человек серьёзный… Я готов принять подписанное тобой долговое обязательство на две тысячи золотом. А когда сбагришь поместье — отдашь.

Краба затрясло всего. А уж рожа какая у него бешеная стала… Прям читалось по побагровевшей физиономии, что больше всего Герону хочется не расплатиться со мной, а запинать ногами до смерти. Но силён, силён мужик… Удержался от соблазна убить меня на месте. Медленно поднялся с кресла, выбрался из-за стола и подошёл к шкафу. Чего-то там поскрипел-пошуршал, мне, к сожалению, не видно было, так как Краб загородил свой тайник спиной, и вытащил пачку бумаг. С коими и вернулся за стол.

Стопка переданных мне векселей оказалась куда внушительней прежней. Просто банковские обязательства были выписаны на куда меньшие суммы. В основном на полсотни-сотню золотых ролдо. А зачастую попадались и на два-три десятка монет. Но зато эти векселя были настоящими!

Разорил, похоже, казну Ночной гильдии Краб. И "Серебряный звон", молча, играя желваками, на меня отписал. А когда я выжидательно уставился на него, держа в руках векселя и документы на уже мой клуб, Герон криво ухмыльнувшись отписал долговую расписку на недостающие две тысячи золотых ролдо. Протянул мне и потребовал:

— Имя!

— Азар-Талгот! Великий и Ужасный! — выпалил я, резким движением выхватив из руки Краба расписку.

— Не врёшь?! — прищурившись, переспросил Рихард.

— А зачем мне врать? — удивился я. И потряс распиской: — Когда ты мне ещё две тысячи должен. — И максимально убедительно заявил. — Истинное имя демона действительно — Азар-Талгот. Но он предпочитает, чтоб его называли Великим и Ужасным.

— Очень, очень надеюсь, что ты не солгал… — с угрозой протянул Краб. — Иначе…

— Да не вру я тебе! Проверишь вот — и убедишься! — возмущённо выпалил я и, поднявшись с кресла, сказал: — Что ж, сделка заключена, обсуждать нам с тобой больше нечего… Пойду я, пожалуй…

— Да-да, иди, конечно, — сказал Герон и отчего-то раскашлялся не на шутку. Что аж слёзы с глаз выступили. Хорошо ещё, хоть рот кулаком прикрыл…

Чуть промедлив, я потихоньку двинулся к двери, с опаской косясь на развалившихся на полу псов. Хотя стоило бы поторопиться… Десять минут, того и гляди, истекут. И тогда придётся прорываться с боем. Но кто мог подумать, что всё пройдёт так гладко, что штурм дом Краба будет не нужен… Хотя, может, расправа ждёт меня за дверью…

Рухнувшая сверху "Воздушная плита" застала меня врасплох. Я и не понял в первый миг, что происходит, когда на меня навалилась неодолимая тяжесть, такая что ноги самопроизвольно подкосились. Да и что я мог сделать? Без какой-либо магической защиты. И я рухнул на пол. Распластавшись, как какая-то камбала. Или, скорей, морская звезда… Да придавило так, что не двинешься…

Заржав в полный голос, Краб с ехидством заметил:

— Что, стражник, тяжело золотишко-то? — И, посмеиваясь, продолжил издеваться: — Вижу, неподъёмным оказался для тебя этот груз… — С сожалением поцокав языком, этот подлый гад проговорил: — Нет, не упереть тебе столько… Да и неудивительно… Как-никак, пять тысяч полновесных золотых монет!

— Гнусный обманщик! — с трудом выдохнул я из себя.

— Да что ты, стражник, нет здесь никакого обмана, — притворно возмутился веселящийся Краб. И присоветовал: — Ты попробуй, брось бумаги, и вот увидишь — сразу станет легче.

— Не брошу, — отказался я от издевательского предложения. Потерплю чуток. Время вот-вот выйдет. А с "Воздушной плитой" справиться не проблема — простейшее ведь заклинание. Главное, чтоб маг потом чем-нибудь убойным не приголубил…

— Брось бумаги, стражник, — посуровел голос Рихарда, и этот мерзавец наступил подбитым каблуком мне на кисть руки, в которой я сжимал документы. — Брось, пока по-хорошему прошу…

— Ну и тварь же ты! — вознегодовал я, когда Рихард принялся крутить ногой, возжелав растереть мне пальцы в порошок. Жуть как больно ведь! И мешает сосредоточиться на слиянии со стихией Воздуха!