Огненные тени
Шрифт:
Их просьба удовлетворена!
— Я прямо с ума схожу от этих запахов. — Вместе с голосом в кухню вплыл сам Логан.
Вид у него был умиротворенный.
Он объявлял ей о своей капитуляции!
— Предлагаю начать мирные переговоры. Назови свои условия; я немного поломаюсь для виду и приму их.
Издав радостный вопль, Элида вихрем налетела на парламентера и через секунду уже повисла на нем. Руки Логана сомкнулись в кольце вокруг Элиды. Он совершенно не понимал причин ее поведения, да это и не имело значения. Элида в его объятиях, а все остальное — пустяки!
И вдруг его озарило.
— Ты получила известие о решении собрания? — спросил он и, когда Элида кивнула, расплылся в улыбке.
— Вот видишь, все обернулось как нельзя лучше.
— Да, — согласилась Элида. — Теперь нет никакой необходимости встречаться с этим противным агентом.
Логан помрачнел.
— Ты дала мне слово, — напомнил он.
Элида окаменела.
— Но зачем мне с ним встречаться? Объясни, какой смысл в нашем с ним разговоре? — упрямо спросила она.
— Боюсь, что смысл все же есть, — возразил Логан, чувствуя себя не в своей тарелке. Помолчав, он тряхнул головой и натянуто рассмеялся: — Ваша вражда настолько въелась вам в плоть и кровь, что ты продолжаешь воевать с ним даже во сне.
— Я?
— Представь себе. Ты осыпаешь его бранью и пытаешься вырваться, говоришь про какую-то пощечину…
Элида покраснела.
— Меня это не волнует, — поспешил вставить Логан. — Я просто хочу, чтобы ты избавилась от этого наваждения, а заодно дала старику спокойно уйти на пенсию.
— Хорошо, — сказала Элида и улыбнулась. Ее переполняло ощущение успеха, и сейчас она могла согласиться и не на такую жертву, если это доставит удовольствие Логану.
Логан же, воспользовавшись ее рассеянностью, накрыл ее губы своими — сначала неуверенно, выжидая, какой будет ее реакция, но, когда Элида обмякла в его руках, поцелуй стал лихорадочно-страстным.
С томным вздохом Элида обвилась руками вокруг его талии и призывно изогнулась в объятиях Логана. Тот скользнул руками по бедрам Элиды и рывком прижал ее к себе.
— Только не надо больше никаких принципов, умоляю тебя, — сказал он, осыпая поцелуями лицо Элиды и прокладывая огненную тропу к ее шее. — Ты не представляешь, какое это мучение — целыми ночами лежать рядом с тобой и не сметь даже прикоснуться. Удивляюсь, как я только с ума не сошел…
— И я с ума сходила.
— Господи, Боже! — взревел Логан. — А я-то, грешным делом, начал подозревать, что единственная страдающая сторона — это я.
Элида приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать его, и в голосе у нее послышались слезы.
— Конечно нет. Ты даже не представляешь, как тяжело мне было быть с тобой рознь и не знать, как примириться, не уронив при этом своей гордости.
— Гордости?
— Скорее даже гордыни, — со вздохом сказала Элида. — Теперь все это кажется такой глупостью, а тогда…
— Слава Богу, что нашелся человек, первым пославший свою гордость ко всем чертям, — прошептал он, прижимаясь к ней все теснее и теснее. — Так что — мир?
— Мир!
Голова у Элиды снова чуть закружилась, а Логан, подхватив любимую на руки, уже нес ее в свою спальню — в их спальню.
Когда он осторожно опустил ее на кровать, Элида шепотом спросила:
— Ты берешь меня в жены, Логан Теннер?
— Беру ли я тебя в жены? Конечно!
Элида лукаво усмехнулась.
— Теперь, когда мои соплеменники обустроены, мне нужен мужчина, который пристроил бы под свое крыло меня, — сказала она, заглядывая ему в глаза.
— Этот мужчина перед вами, леди!
Эпилог
В феврале Логан Теннер и Элида де Леон обвенчались в церкви и прошли через индейский свадебный церемониал.
Взявшись за руки, как влюбленные школьники, Логан и Элида пришли в ресторан, где их ждал агент. Одного взгляда Фрэнку хватило, чтобы понять — молодые бесконечно счастливы.
Со странным чувством Элида усаживалась за столик напротив человека, которого привыкла считать своим непримиримым врагом. Сложив руки на столе, она без малейшей доли злорадства в голосе сообщила агенту, что сумела определить судьбу своего племени, и теперь оно находится под покровительством собрания резервации макахов, где и будет в ближайшее время зарегистрировано для внесения в федеральные списки переписи населения.
— Как вы понимаете, в связи с этим вы можете считать свою миссию оконченной, — заключила она.
Мак-Адам кивнул и устало улыбнулся.
— Мы столько лет играли с вами в кошки-мышки, миссис де Леон…
— Миссис Теннер, — поправила Элида.
— Простите, миссис Теннер… От души поздравляю вас! Не представляю, как буду жить теперь, когда мне не за кем гнаться и некого преследовать. Я целиком одобряю ваше решение, но почему вы не пришли к нему сразу, еще до того, как разгорелась наша вражда? Сколько нервов, сил и времени мы бы тогда сэкономили!
— Думаю, я слишком увлеклась игрой в прятки, — ответила она честно.
На душе стало необычайно легко, и она подумала, что Логан прав и этой непримиримой вражде с престарелым агентом — грош цена. А потом, она выиграла и может позволить себе быть великодушной.
— Я дал вашему супругу обещание, что не предам гласности ни одного слова из нашего разговора. Еще раз хочу заверить: вы можете рассчитывать на мое молчание. Хотя, положа руку на сердце, жалею, могла бы получиться истинная сенсация.
Логан подтолкнул локтем Элиду, напоминая о ее обещании поблагодарить агента за его молчание.
— Я вам очень признательна за вашу порядочность, мистер Мак-Адам, — снова расцвела улыбкой Элида. — И кстати, хотела бы извиниться за давний инцидент с пощечиной.
Агент, чуть побагровев, кивнул.
Логан встал, чтобы пожать на прощание руку Мак-Адаму.
— Желаю вам наслаждаться заслуженным отдыхом, — сказал он. — Теперь вы можете уходить в отставку со спокойной душой.
— Боюсь, все же нет, — качнул головой Мак-Адам. — Теперь меня будет грызть досада от того, что ваша очаровательная супруга обвела меня вокруг пальца. Но слово есть слово — пресса не узнает о нашей встрече.