Чтение онлайн

Улыбнувшись, со смесью любви и веселья в душе, Элида обернулась к своему названому деду, наставнику и другу. Этот человек помог ей встать на ноги после смерти отца: он всегда готов был выслушать ее излияния — иногда ей так хотелось пожаловаться на тяжкую ношу, волею судьбы взваленную на ее хрупкие плечи. И не кто иной, как Барни, помог перенести Элиде другую страшную утрату — смерть мужа, когда жизнь показалась ей вдруг лишенной всякого смысла.

— Как дела, дедушка? — спросила она с любовью в голосе.

Старик все еще крепкими пальцами потряс ее руку.

— У тебя все нормально? — ответил он вопросом на вопрос, критически оглядывая приемную внучку.

— Я в полном порядке, — сказала Элида и призналась: — Просто я очень много работала все это время и очень мало отдыхала. Зато я рада видеть тебя живым и здоровым.

На морщинистом лице Барни появилась задорная ухмылка.

— Мэри присматривает, чтобы я не особо-то залеживался.

Словно чертик из табакерки, из-за полога вынырнула Мэри Уэйд. При виде Элиды лицо ее расплылось в улыбке.

— Мы так рады, что ты снова дома, — сказала она, приветственно протягивая руку.

— И я тоже, — полушепотом призналась Элида, утопая в теплых, материнских объятиях старой женщины. На лице у нее играла блаженная улыбка — она снова была дома.

— Как провела выходные? — спросил Логан, как только Элида с мокрыми от измороси волосами вбежала в понедельник утром в мастерскую.

Элида неопределенно махнула рукой.

— А ты?

— Ездил на рыбалку, — откликнулся Логан, с любопытством рассматривая Элиду в военной, защитного цвета, куртке. Случайно она ее надела или нет, но в хаки его помощница выглядела невероятно женственной.

— Ну, полагаю, надо поскорее за работу. — Все ее мысли были сосредоточены на лодке, с которой она работала прошлую пятницу. Не заметив тени разочарования, пробежавшей по лицу Логана, Элида сбросила с себя куртку и с головой ушла в работу.

«Это просто идиотизм какой-то», — констатировал Логан, обнаружив, что добрых десять минут пялился только на нее. Покачав головой, он поднялся к себе на террасу и погрузился в чертежи.

А Элида увлеченно превращала грубую поделку в произведение искусства. С некоторых пор она уже не стеснялась пользоваться инструментами, доставшимися ей от отца: они выглядели немного старомодно, но в деле были выше всякой похвалы — не то что нынешние приспособления для плотницкого труда, красивые, но бестолковые.

— Уже полдень, — донесся вдруг из-за спины голос Логана.

Вздрогнув, Элида обернулась. Снова он застал ее врасплох и теперь возвышался над ней — невероятно красивый, гладко выбритый, источающий запах мужского одеколона и тонкий мускусный аромат. У Элиды чуть закружилась голова.

— Вот как? — растерянно отозвалась она, бросая взгляд на большие настенные часы.

— Приглашаю тебя на ленч. Я открыл неподалеку отличный греческий ресторан. — Сунув руки в карманы джинсов, Логан чуть покачивался, ожидая ответа.

Элида беспомощно заморгала глазами. Два сваренных вкрутую яйца и грейпфрут в ее рюкзачке не шли ни в какое сравнение с изысками греческой кухни. «А диета?» — подумала она.

— Греческая кухня! Звучит просто соблазнительно, — сам собой произнес ее язык. Против этого невозможно устоять.

«К чертям все, — подумала она. — Есть и пить, и наслаждаться жизнью — имею я на это право или нет?»

Логан подал ей куртку, и они направились к дверям.

На улице вовсю хлестал дождь. Элида невольно вздрогнула: у нее осталось ощущение, что она так и не отогрелась после поездки к Голубому озеру.

— Такое впечатление, что эти дожди вообще никогда больше не кончатся, — недовольно бросил Логан, всматриваясь в серое небо. Плохая погода — плохой бизнес. Если бы не долгосрочные заказы, они бы давно вылетели в трубу.

А Элида уже улыбалась. Она радовалась, что вовремя привезла своим людям спальные принадлежности и теплые вещи, благодаря которым им теперь не была страшна непогода.

Греческая кухня оказалась фантастически изысканной, и Элида, расслабившись, сверкнула таким фейерверком остроумия, что Логан временами хохотал как сумасшедший.

Они переговорили обо всем на свете, и, лишь допивая свой кофе, Логан вдруг сообразил, что как на ладошке выложил своей даме всю свою родословную от Адама и Евы, умолчав лишь об истории с Лорой Конуэй, в то время как Элида умудрилась ни словом не обмолвиться о себе. Он начал задавать вопросы, и из ее легких и в то же время уклончивых ответов узнал, что к судостроению она приобщилась благодаря мужу, за которого в двадцать два года вышла замуж и который год назад утонул в результате несчастного случая.

— А кто руководит вашим делом в Порт-Анджелесе сейчас?

От сияющей беспечности Элиды не осталось и следа.

— Я продала дело одному своему знакомому, — почти враждебно сказала она.

— И тем не менее ты так отчаянно нуждалась в работе, что готова была драться за место у меня в мастерской? — приподняв брови, спросил Логан.

— У меня есть кое-какие обязательства. «Двенадцать прожорливых ртов, двенадцать раздетых тел, не считая платных медицинских услуг и прочей белиберды», — мысленно закончила она.

— У всех у нас обязательства, — пожал плечами Логан.

— Но не такие, как у меня, — хлестко ответила Элида и, скомкав салфетку, швырнула ее в тарелку. — Ты скажи мне вот что: почему твой предыдущий помощник слинял от тебя?

Логан слегка пожал могучими плечами:

— А кто его знает? Мне он сказал, что хотел бы поглядеть мир, прежде чем жениться и осесть до конца жизни.

В глазах Элиды блеснула усмешка.

— Ой ли? А может, он просто хотел отвязаться от какой-нибудь девчонки?