Чтение онлайн

Теперь Анисья поняла, куда делись их солдаты, почему они не вернулись. Но потери тех солдат и близко не стоят с потерей Зенона.

Люди Герасима тоже не сразу поверили в происходящее, но когда голова офицера была отсечена и хлюпая прокатилась по земле, а после застыла на месте, они победоносно заулыбались и вокруг повисли возгласы удивления и восхищения в сторону Герасима.

Герасим демонстративно наступил одной ногой на обезглавленное тело Зенона и надавил на него выпуская из шеи ещё больший фонтан крови.

— И где теперь твоя гордость!? Твоя уверенность!? — кричал Герасим виноватым тоном. Видом победителя его описать было нельзя, на лице была смешана скорбь и самодовольство. Ему пришлось, он хотел что бы его учитель остался жив, проиграл, но остался бы жив. — Стоило оно того!? А как же твои убеждения!? Или ты продал даже их!?

— Гер, тут ещё одна. — отвлёк толчком в плечо один из парней Герасима.

Герасим замолчал и обернулся в сторону Анисьи. Она стояла с поднятым мечём направленным на него.

— Убирайся. — пригрозил Герасим. — Если не хочешь закончить так же. Девушек мы не трогаем, разве что первыми.

Он не хотел убивать Зенона, а женщину и подавно, он не был убийцей, он никогда им небыл. И Зенон это знал, возможно поэтому он не мог поверить в то, что пропавшие солдаты дело рук Герасима.

На все угрозы Анисья стояла неподвижно, точнее, она уже была готова к бою. Она просчитала каждое движение, её скорость намного превышала скорость Зенона, поэтому она не попадётся на эту ловушку и не пропустит удар Герасима.

"Где же этот гриф когда он так нужен?"

Герасим принял это как за отказ и перехватив топор и намеревался встать в стойку.

Глаза Герасима округлились когда его нога дёргаясь ни в какую не хотела подниматься. Она словно прилипла к телу Зенона, сколько бы усилий не приложил Герасим, ноге словно не давали уйти.

Он опустил взгляд, посмотрел, в чём же проблема.

Его глаза задрожали а в горле застрял ком. Нечто невероятно мерзкое и отвратительное. Черная слизь с жилистыми кускам и миллионами жгутами внутри себя выглядела как после мясорубки. Чёрная густая слизь обволокла ногу Герасима и не давала ему сдвинутся и на миллиметр.

— Боже…

Молясь всем богам и демонам, Герасим видел как из горла Зенона выходила чёрная слизь, она как паразит стремительно тянулась к отрубленной голове своими жгутами. Она обволакивала каждый дюйм головы Зенона как хищник, поглощая его. Слизь цеплялась за сосуды, вены, хрящи и буквально впитывалась в поры лица и внутрь мышц.

Слизь толстой и мерзкой нитью шла от горла до головы. Она извивалась как десятки змей и хлюпала невероятно отвратительно и громко.

Герасим отчаянно пытался выдернуть свою ногу из мерзкой ловушки. Его дыхание сбилось. Парни позади делали неуверенные шаги назад, о таком речи не шло.

Тело Зенона с разведёнными руками начало подниматься, слизь как тяжёлый груз тянула его голову к шее собирая грязь и пыль. Тело медленно поднималось.

Слизь отпустила ногу Герасима и тот тяжёло упал на землю и тут же пополз назад раздирая свои ладони в кровь. Это была настолько мерзкая и отвратительная картина, что даже представить её художника никто не мог.

Это был не человек, уже давно не человек. Это было нечто, нечто хищное что скрывалось за оболочкой доброго и простого паренька.

Офицер, приближённый генерала, белолиций. Он выглядел как разорванное в клочья существо что теперь собирали по кусочкам, куски плоти так и отваливались от него а чёрная слизь хватала их и тонкой линией цепляла назад. Шёл мерзкий запах крови и гнили.

— Это уже давно не человек! — паниковал парень позади Герасима. — Гер!

— Прочь отсюда! — махнул рукой Герасим в спешке вставая с земли.

Голова с хлюпаньем и совсем не естественным костям хрустом встала на своё место задом на перёд и прокрутилась на 180 градусов. Чёрная слизь начала пропадать и впитываться обратно в лицо и шею Зенона исцеляя все раны и порезы. Ноги Зенона были подкошенны, а сам он сгорбился под тяжестью своего нового позвоночника и дышал совсем не ровно и спокойно, он глотал воздух так громко и сильно, что вот вот его грудь и лёгкие могли разорваться. Или может они уже разорвались и держаться лишь на паразите чёрной слизи.

Пальцы его больше не были похожими на человеческие. Они больше напоминали расплавленные когти. А вены парня в районе рук почернели и медленно пульсировали.

Это причиняло дикую, адскую боль.

— Боже-боже-боже! — панически говорил один из парней. — Гер, что это?.. Гер!?

Герасим стоял ровно, он смотрел на нечто, что выдавало себя за Зенона и держал в своих руках топор. Если он убил его один раз, то сможет это сделать ещё раз.

В отличие от своих людей, которым предстояло пройти долгий жизненный путь, Герасим видео достаточно, что бы не терять рассудок при виде того, кем стал Зенон. Ему хватило духу принять нового белолицего, забыть старого новобранца и принять нынешнего офицера.

Но пусть он и был так горд и уверенный в себе, источал надежду и силу. Ему было страшно, ему действительно было страшно. Этот частокол был возведен вокруг деревни что бы не позволить никакой нечести пробраться к людям, к жёнам и детям.

Теперь же монстр стоял здесь, внутри стен. Герасиму было страшно за себя и всех людей здесь которых он подвергнул такому. Он впустил кого то страшного в самое сердце деревни.

Ему ничего не остаётся кроме как принять бой, если он умрёт, то точно не зря, точно с чистой душой. У него нет выбора, он не может сбежать оставив здесь всех кого он знал на верную смерть. Сколько людей погибнут если он сбежит? Как он после этого будет смотреть в глаза жене и дочке? Если они вообще выживут.

— Бегите. Прячьте всех кого можете, я продержусь сколько смогу. — говорил Герасим парням перебирая пальцами по древку топора.

— Прятать?.. — неуверенно повторил один из парней.

— Они не будут жалеть наши семьи после такой выходки. Берите их и прячьтесь, прячьтесь и не смейте даже духу своего показывать!

— А… ты же умрёшь! — протестовал парень. — Не смей подвергать нас такому позору! Ты не понимаешь что говоришь!

Он действительно предлагал им запятнать свою честь, жалкий и позорный способ спастись. В их глазах горела ярость и огонь, они всем сердцем желали остаться. Ведь куда ещё они могут пойти?