Чтение онлайн

– И мой шеф принадлежит к этой категории аристократов? К тем, кто продается?

– Конечно, ты в этом сомневаешься?

Олег некоторое время изучал свои пальцы, потом сказал:

– Нет.

После паузы он посмотрел Максиму в глаза, взвешивая все "за" и "против" в новой информации, которая стала ему известна. Он не любил нарушать правила и раскрывать имя клиента, но он помнил также о том, какие сведения может сообщить ему в обмен Максим.

– Глупо просить тебя держать язык за зубами. Тебе платят как раз за обратное. То, что ты говоришь, меня не удивляет, потому что банк этого олигарха в списке клиентов моего шефа.

– А какие услуги он оказывает?

– Он проводит разного рода финансовые анализы для Петра Ульянина перед инвестициями в европейские предприятия.

– Ну, вот видишь, - сказал Максим с победным видом.

– Но зачем ему поручительство в моральном смысле?

– Как же ты не понимаешь? Сэр Филипп - ведущая фигура в британском истеблишменте. Его жена занимает хорошее место в том, что называется британский Upper Class. Ты знаешь, как англичане осторожны. Они впускают в свой дом далеко не каждого. У них нет такого запанибратства, как у южных славян или испанцев. А сэр Филипп может выйти на кого угодно и везде будет хорошо принят. Его имя действует как "сезам".

– Но какая связь между сэром Филиппом и Урабанком, с одной стороны, и фотографиями, о которых ты рассказал, - с другой?

– Твой шеф далеко не глуп. Он очень влиятелен в этой части Европы. К нему хорошо относятся, его слушают, его уважают. Не исключено, что Петр о чем-то его попросил. Сэр Филипп отказался. Тогда Петр достал фотографии. И сэр Филипп стал очень любезен... Зная то, что о нем знают, он готов спеть и "Подмосковные вечера", и "...хруст французской булки".

– Похоже, что так. Не исключено, что Ульянин попросил его не вести о нем специального досье и в какой-то момент вообще стереть его из памяти компьютерной сети компании.

– Ты же все понимаешь. Не придуривайся, Олег. Неужели тебе непонятно, что именно сэр Филипп - залог доброй репутации Ульянина. Именно сэр Филипп распускает слухи о его респектабельности. Это высшая форма идеологического пилотажа. Если существует очернительство, то возможно и обратное. Хотя говорят, что черного кобеля не отмоешь добела. Но это тот самый случай. Он будет казаться белым. За дело взялся сэр Филипп. Все забудут, как Ульянин шел по трупам к своей карьере. Но будут помнить о его филантропической деятельности, о его качествах предпринимателя. Это большое искусство!

– А если здесь что-то более серьезное?

– Что, например?

– Все что угодно. Ты мог бы навести справки?

– Ты ненасытный! Это будет трудно, старик. Мое проживание здесь заканчивается через несколько недель. Я уезжаю, Олег.

– Куда же, если не секрет?

– Не секрет. В Среднюю Азию. Направление - Астана.

– Что ты там будешь делать?

– То же, что и здесь. Защищать Родину-мать. Точнее, следить за тем, чтобы интересы России были соблюдены со всей полнотой. Ни у тебя, ни у меня, Олег, нет детей. Страна наша куда-то движется, неизвестно куда. Ты говоришь, иностранные компании - это хорошо, а я думаю, что не очень. Мы очень зависимы. Не только от сильных стран, но и бог весть от кого. Внешне у России и Казахстана хорошие отношения. Но это внешне. Есть территориальные споры по поводу земли, где проживают русские. Есть споры и по поводу отношения казахов к мусульманам. Тут тоже не все ладно. В тот день, когда фундаментализм разрушит Казахстан, как это уже было в Афганистане и Таджикистане, мы соберем свои чемоданы и подадимся на север.

– Или к Лазурному Берегу!

– На Лазурном Берегу места нет. Там все скупили "новые русские". Разве что в Женеву...

– Послушай, а где Надя? В Женеве с Ульяниным?

– Сейчас, наверное, да.

Лицо Олега стало жестким. Максим понял, что задел его больное место, и потому спросил серьезно:

– После своего развода с Юрой она по-прежнему с Петром Ульяниным?

– Да. Я её видел два дня назад. У неё неприятности после убийства коллеги по работе.

– И?

– Что - и? Я только понял, какой я идиот, я жалею, что не женился на ней сразу после университета...

24

Начало 1991 года. Зима... Петр Ульянин пригласил друзей в первое частное кафе. Зал переполнен. За длинным столом сидят Петр со своей полногрудой подругой Машей, Олег и Надя. Рядом с Надей её будущий муж Юрий, а также Вася и Николай. Официант принес разные грузинские закуски: сациви, осетинский сыр, лобио. На столе нет свободного места.

– Боже мой, как я рад всех вас видеть, - оживленно говорит Петр.
– Мы сегодня собрались по очень серьезному поводу. Сегодня я наконец получил лицензию на открытие банка. Советский Союз входит в новую эру. Для всех начинаются другие времена, для меня и моего банка тоже... Скоро я буду миллиардером.

– Скоро все будут миллиардерами, если иметь в виду, как обесценивается рубль, вставил Юрий.

Надя засмеялась, глядя на него. Он за ней слегка ухаживает и сейчас явно хочет, чтобы она на него обратила внимание.

– Когда я говорю, что буду миллиардером, я говорю серьезно. У меня будут десятки, а потом, может быть, сотни миллионов долларов. Вы понимаете? До вас это доходит?.. И я предлагаю вам всем на меня работать... Или работать со мной вместе...

– Как работать?
– спросила Надя.

– Ну ты, Надя, например. Ты будешь работать в самом банке. Я думаю, твое место будет где-то близко к директорскому.

– А я что буду делать?
– поинтересовалась подруга Петра Маша.

Все засмеялись, кроме Олега. Он строго молчал. Надя не знает, с чем связано его болезненное состояние. Может, потому что он находится в ресторане, где цены намного превосходят заработки чиновника Министерства внутренних дел. Или виной его вечное соперничество из-за неё с Петром?..

– А для тебя, Олег, я как-то не могу найти должности. Однако надо поискать. Может, ты будешь охранять депозитарий. Или нет, лучше ты будешь поливать растения у нас на окнах. Обещаю тебе непыльную работу, поскольку мы приобретем много кактусов.

– Не нужно мне никакой работы у тебя в банке. Это идиотская деятельность, - сказал Олег.

– Может быть, она и идиотская, но она обещает многим большие заработки. Не будь идеалистом. И я тебе обещаю огромную зарплату...

– Оставь её себе. И чем твой банк будет заниматься, спекуляциями с долларом?

– Ты что, не веришь, что мне удастся раскачать экономику, что мне и другим, таким, как я, не удастся столкнуть с места эту неповоротливую громадину - Советский Союз?

– Не верю. Художественной литературы начитался. Я вижу, как тебе удалось получить лицензию. Ты обещал двум министрам часть капиталов твоего банка за управление счетами предприятий данной отрасли и счетами их министерств.