Чтение онлайн

Но пока молчать — можно. Можно лениво смотреть на воды близкого океана, слушать неумолчный лепет мелких волн, с шепотком набегающих на песчаный берег…

Кирилл мягко поднялся — судя по всему, зайти в дом. Его движение было так бесшумно и неожиданно, что Хантер, задумавшийся и смотревший в этот миг на воду, кажется, только краем глаза уловил его. Возможно, из-за того что оно оказалось для него внезапным, он и вылетел из своего кресла — мгновенно встать в боевую стойку.

Кирилл резко развернулся к нему, ссутулившись в той же стойке — только явно оборонительной. Они стояли так долгие мгновения. Оба потрясающе красивые: высокие, сильные — два зверя. Разве что Хантер выглядит более диким, а Кирилл — обтёсанным игровыми правилами светского общества, к которому принадлежит.

Мы с Ледой довольно нервно переглянулись. Подойти — не подойти? А вдруг наше движение заставит их перейти к делу мордобития?

Кажется, мужчинам не хватает лишь намёка на агрессию со стороны противника, чтобы перейти к действию. Глаза у обоих холодные, изучающие.

Леда встала первой. Изящной лёгкой бабочкой, как могут вставать только островитянки. Проплыла-прошелестела мимо меня лёгкими одеждами и остановилась спиной к Кириллу, не глядя на него, — лицом к мужу, взяла Хантера под руку. Запрокинув лицо, всмотрелась в его глаза, постепенно теплеющие. Всё молча и уверенно. Я поднялась следом за ней и приблизилась к Кириллу, переплела его твёрдые пальцы со своими и тоже заглянула в его жёсткие глаза. Обернулась к Солнечному Шторму: заштормит ли? Но Хантер уже смягчился. И выглядел почти таким, каким я его увидела впервые: в глазах горела свирепая радость пополам с насмешкой над собой, оттого что его, огромного и сильного, стреножила маленькая грациозная женщина — его жена. Наконец он расхохотался вслух: сообразил, что именно его напугало.

— Прости, Кирилл! Ты ж просто встал, а мне показалось…

— Показалось — что-то из прошлого? — не выдержал Кирилл, и я предупреждающе дёрнула его за руку: ну не надо!

— А как она меня… — уже не обращая внимания на нас, ласково сказал Хантер и неожиданно нежно погладил Леду по голове.

Мой муж надменно вздёрнул подбородок и, вырвав ладонь из моей руки и не оборачиваясь, ушёл в дом. Меня этим не смутил. Ничего страшного. Сейчас провожу гостей, а потом разберёмся, что именно произошло.

— Малышка, — позвал меня Хантер, слегка смущённый, когда понял, что мой муж чем-то обижен, но всё ещё добродушно посмеивающийся, — мы уж пойдём. Ну не может меня твой муж принять. Что уж тут поделаешь. Нет — так нет. Ты… зови нас как-нибудь, когда его не будет. Мы тут без него такую вечеринку закатим — по всем волнам прозвенит!

Леда, стоящая бок о бок с мужем, хладнокровно сказала ему:

— Вам подраться надо. Мужчины всегда свои проблемы решают легко, если дерутся. Только будет ли Кирилл драться?

— Я спрошу! — пообещала я, удерживая смех.

— Он проиграет, — снисходительно заметил Солнечный Шторм. — Он ещё слишком много злится, а личная злость часто ведёт к поражению. Эй, Рольф! — крикнул Хантер, завидев мальчишку. — Мы уходим! Проводишь?

— Ты обещал покатать на яхте! — крикнул Рольф на бегу к нам и, остановившись рядом со мной, прижался ко мне, обняв за талию. Впечатление, что за последние несколько месяцев он сильно вытянулся. Похудел при этом! Ростом-то точно стал выше меня. Но обычно, испытывая обиду или злость — на старшего брата, по привычке многое запрещающего ему — чаще из боязни за него, продолжал обнимать меня или прижиматься ко мне, будто в поисках защиты. Впрочем, её-то он у меня всегда находил.

— В следующий раз, когда твоего старшего брата не будет! — смеясь, отозвался Хантер и помахал рукой мне, прежде чем снова зашагать к моему личному причалу.

Обернувшись ко мне, Рольф обескураженно сказал:

— Вот так легко — отказался. А мне так хотелось…

— Скальный Ключ, — сказала я и подняла бровь. — Если он согласится быть на яхте с тобой, я не возражаю против вашей прогулки.

Солнечный Шторм остановился, как будто услышал. Хотя каким образом — с такого-то расстояния, если он уже отошёл к причалу?

В воздухе как будто щёлкнули зажигалкой, и лёгкий огонь взвился на берегу. Так неожиданно возник на песке Скальный Ключ. С радостным воплем Рольф изо всех сил помчался к старику. Шаман взял счастливого мальчишку за руку и повёл к захохотавшему Солнечному Шторму и улыбающейся Леде…

Я вошла в дом и в тёмных коридорных переходах при входе увидела Кирилла. Стоял спиной. Всё слышал? Как расслышал, что и я вошла?

Мягко ступая, я подошла ближе, улыбаясь. Ну, ты сейчас получишь…

— Почему ты ему разрешила?.. Я ему не доверяю… — недовольно начал он, не оборачиваясь. Расслышал.

Приблизившись к нему, приласкалась носом к его спине, словно кошка, только сцепив руки на его животе — чтобы не сбежал раньше времени. Мальчишка мой большой. Обидчивый. Но мальчишка мой любимый…

— Потому что Рольфу хочется. А что Рольфу хочется, я разрешаю, потому он этого недополучил в своё время. Мне нравится его баловать. И потом… Там Леда. Проследит. Она мальчика тоже любит.

Сунула ладони под его лёгкую тенниску, подержала немного на животе, погладила сухую тёплую кожу, вдыхая её терпкий аромат со спины и чувствуя, как сжимаются мышцы под моими пальцами.

— Зато я не хочу… — И зашипел сквозь зубы, прогнувшись от лёгкой ласки.

— Мало ли чего ты не хочешь, — пробормотала я, отнимая ухо от его спины и приподнимая тенниску, чтобы щекой приложиться к его тёплой спине. Ровная — кожа-то. Скальный Ключ постарался все шрамы заживить. — Мало ли чего мы не хотим.

— Ты знаешь, что он с Ледой прыгал с наших скал? — хмуро спросил Кирилл.

— Попробовал бы он прыгать без моего разрешения, — снова пробормотала я, изучая чуткими пальцами его позвоночник и улыбаясь при слове «наших». — Пристрелила бы сразу. Обоих. А потом сказала бы, что так и было.

— Что ты… делаешь? — осевшим голосом спросил Кирилл, всё ещё не оборачиваясь, но напряжённый, лихорадочно ловя мою ладонь на собственном животе.

— Мне нравится трогать твою кожу. Она стала такой мягкой, такой гладкой. Я и трогаю, — промурлыкала я и в подтверждение, что мне нравится прикасаться к нему, снова скользнула кончиками пальцев по спине — от пояса до лопаток.

— Не… надо. Увидят… — почти задохнувшимся голосом попросил он. Но неубедительно. Потому что стоял всё ещё спиной.