Чтение онлайн

«Итак», — повторил я себе в который раз.

Адам пришёл ко мне лично. После того как отбыли Вологодские. Выбрал момент, когда я один. Предложил перемирие и поиздевался над Гэцу, уверенный или почти уверенный, что я заключил контракт именно с ним.

Первое, что приходит на ум, — он заинтересовался мною и моим отрядом на коронации Такена. Поставил задачу своим людям собрать сведения. Заподозрил наличие духов или сразу понял, что они у нас есть. Дальше стал присматриваться. Также, вероятнее всего, именно он сдал информацию о наличии у нас продвинутых артефактов и организовал охоту за ними. И зачем-то сейчас пришёл заключать мир.

Не понимаю.

К чему это всё? Если ты настолько силён, то приди и убей. Это не такая уж и проблема, честно говоря. В первые дни после коронации мы параноили, но жизнь-то продолжается. Прямо сейчас мы находимся в разных точках. Вологодские вообще в другом мире. Я тут один. Если бы Адам напал на меня, пока остальные подтянутся, шансы убить у него имелись высокие. Это я молчу про то, что он мог как угодно подготовиться к этой битве.

Но не напал. Предложил мир.

Это просто нелогично. Как будто после появления Мада и его угроз, вместо того чтобы ударить в ответ со всей силы, я… Ну, даже не знаю. Предложил ему разойтись миром.

Так. Это. Не. Работает.

В то, что причина в Такене и Адам не хочет портить с ним отношения, не верю. Они не друзья и даже не соратники, чтобы всерьёз на это рассчитывать. Адам боится? В это тоже не верю. Бой с магистром показал, что мы не настолько сильны. Никто из нас на этот уровень не тянет.

Что тогда? Почему не нападает?

Он ведь прямо сказал про Гэцу. Это уже достаточный повод для нападения. Сам бы я напал. Если бы был уверен в победе. Но блин. Либо Адам очень сильно меня переоценивает, либо я чего-то не понимаю. Потому что, собери он всю свою команду и напади внезапно, какие бы у меня были шансы уцелеть? Сомневаюсь, что большие. Скорее, пришлось бы удирать.

В чём смысл этого не делать, если уже дошло до прямых обвинений, что мы тут мстить ему собрались?

Вместо этого Адам хочет разобраться со мной чужими руками. В этом смысл? Дождаться, когда сюда придёт какой-то залётный отряд и пошумит? Ещё лучше — десяток-другой отрядов. Чтобы нападение на нас стало нормой. Тогда под шумок можно будет и напасть. Либо на нас ослабевших, либо просто чтобы обвинить в нападении других.

Тоже ведь бред.

Получается, я ошибся, и это не Адам натравил на нас наёмников? Если не он, то кто? Я себе так все мозги сломаю.

«Эй, бесполезный волчара, от тебя какие-то советы будут?»

«Не верь этой твари», — рыкнул Гэцу.

Ясно с ним всё. Никакого толку.

Если отказаться от всех домыслов, то получается несколько вариантов. Адам добренький человек и реально хочет миром разойтись. Сказал, и аж самому смешно. Адам задумал какую-то хитрую интригу, из серии предложить мир сегодня, чтобы ударить в спину завтра. Адам не сливал про меня информацию, и тогда есть другая сторона. Адам сливал про меня информацию, чтобы разобраться со мной чужими руками, но не получилось, и он припёрся заключать мир, чтобы… Ну, смотрим пункт про интригу.

Короче, хрен с ними, этими варианта. Адама нужно завалить хотя бы ради того, чтобы голову себе не ломать.

Настроение у Гэцу капитально испортилось. Я сначала не понимал, почему он так долго бесится, а потом дошло. Если Адам догадался, что Гэцу пришёл по его душу, то, выходит, он в курсе, что за всё это время волк не рискнул заявиться на вендетту. Боится и трусит. Для пятисотлетнего духа, у которого есть пунктик на тему самовосхваления, это наверняка болезненное положение.

Ситуация ещё усугубляется тем, что я тоже не горю желанием разбираться с Адамом, если честно.

Ведь, по факту, он прав. Я не самый добрый человек. Крови пролил изрядно. Амбициозен и нагл. Разница между нами в том, что Адам выбрал путь интриг, а я предпочитаю путь кулака. Делает ли это меня лучше? Я так не считал. Уверен, по мирам разбросаны сотни разумных, которые считают меня той ещё тварью. Достаточно вспомнить пиратов. Я у них, если верить слухам, кто-то вроде национального злодея.

Ну да и неважно. Я уже говорил, что готов отказаться от мести, если бы мне кто-то предложил гарантии перемирия. Не предложил и не предложит. Поэтому вопрос в том, когда будет нанесён удар и кто успеет первым.

Жизнь не стояла на месте. Я бы сказал, что она продолжалась, несмотря на любые мои пожелания.

Три недели Калия избегала меня. Ну, или не избегала, а признавала право моих жён на постель и ночи со мной. А тут в один из дней как-то сама с ними договорилась и пришла ко мне. Я, наивный, в этом ничего такого не заподозрил, пока через пару недель не узнал, что она беременна.

— Фениксы редко размножаются, — сказала она мне, признавшись. — У них есть свои уловки. Фая подсобила.

— Но… — не понял я. — Мы же уже пробовали. Чего раньше не подсобила?

— Спроси у неё, — фыркнула Калия. — Как будто она передо мной отчитывается. Девочка будет, — выдала она задумчиво.

А я тихо выругался про себя. Девочке — рад. А то, что на второй недели мать уже знает пол — скорее напрягает, чем радует. Роза и Василиса ничего такого не демонстрировали. Если не считать того, что Роза «слышит» чувства и мысли нашей дочери, что скоро родится.

— Баланс, — хмыкнул я. — Два мальчика, две девочки.

— Ты погоди. Успеешь ещё баланс пошатнуть, — развеселилась Калия, но ненадолго. — Я не смогу делами заниматься. Я и так их забросила с этими путешествиями. Поэтому нужно кого-то другого назначить за безопасность отвечать. И, кстати, идея отца обзавестись отрядами, что будут работать в Колодце, не такая уж плохая. Сейчас у нас там нет никаких дел, разворачивать сеть наблюдателей сложнее. Если не отряды, то хотя бы представительство поставить в трёх городах надо. А то сейчас к нам могли заглянуть чужаки, а мы и не в курсе.