Чтение онлайн

Все законы в мире, и магические в том числе, подчиняются силам Богов, силам Провидения, и нет в этом ничего удивительного, ибо так положено нашим Создателем.

Увы, единицы из лекарей могут запустить процесс омоложения, лишь самые сильные, самые могущественные лекари. В своей жизни я встречал только двух таких лекарей. Даже я, ваш учитель, ученый, славное имя которого знают ученые мужи всех континентов, и то не могу омолаживать тела людей!

Казалось бы – чего проще? Подай команду: "Стань молодым! Стань здоровым!" И стоит перед тобой юноша вместо дряхлого старика, и юная девушка, вместо сморщенной старухи. Увы, увы…

Мне пришлось увидеть, как происходить процесс омоложения. Не могу сказать, чтобы это было приятным зрелищем. Процесс сопровождается некоторыми неприятными побочными процессами, кои дурно воспринимаются слухом, обонянием и зрением наблюдателя. Но ничего не поделаешь – как нет розы без шипов, так нет лечения без смрада, стонов и криков излечаемого. Это истина, не требующая доказательства, ибо – правда.

Индар Гарун, Имперская академия Кайлара, 45796 год от Создания Мира.

Надпись на полях: "Совсем заврался старик! Омоложение – это россказни для провинциальных богатых дурачков! Никакого омоложения нет, и быть не может! Это мошенничество для вытягивания денег у простачков! Нет и быть не может лекарей такого уровня!"

Нет – он всего ожидал, но такое?! Вот так побочные процессы! Вот это ни хрена себе! Как говорил дядя Петя: "… твою в крестину, в гробину мать!"

Из Зои перло со всех сторон! Ее рвало, она опорожняла мочевой пузырь, как боевая лошадь, понос – еле-еле успела добежать до ванны и влезть туда, исторгая из себя все, абсолютно все, что было в кишечнике! Смрад! Стоны! Рычание! Кровавый пот и и судороги, которые били тело так, что казалось – сейчас женщине придет конец!

Только через час это безобразие прекратилось, и Зоя затихла, скорчившись на дне ванны в позе зародыша, вымазанная дерьмом, кровью, блевотиной с ног до головы!

Сергар, ошеломленный полученным результатом, включил смеситель горячей и холодной воды, и стараясь не приглядываться к тому, что смывает, начал омывать несчастную жертву лекарского искусства упругими струями из кривой лейки. Опоганенная вода с бурчанием стекала в предназначенную для нее дыру, а Сергар, поворачивая потерявшую сознание женщину, с замиранием в сердце пристально осматривал ее тело на предмет обнаружения признаков успешного воздействия магии омоложения.

Первое, что бросилось в глаза – лобок Зои густо зарос волосами. До того он был аккуратно выбрит, и лишь тонкая полоска тянулась сверху вниз. Оно и понятно – организм вернулся к своему "нулевому" варианту, а этот вариант предусматривает возврат к изначальному состоянию организма.

Второе – вместо короткой прически на голове Зои длинные, до середины ягодиц волосы, спутанные и перепачканные всяческой дрянью – вывозила, пока металась в беспамятстве, освобождаясь от шлаков.

А шлаками тут служили лишние клетки, лишняя плоть, которая наросла за эти годы. Организм должен был куда-то деть лишнее мясо, лишнюю кожу, лишний жир – все, что Зоя "нарастила" за пятнадцать лет своей жизни. Как оказалось – "Лишней" плоти было совсем не мало. И это "немало" перло из нее, как из канализационной трубы.

Талия женщины стала тоньше, бедра – меньше. Сейчас она выглядела лет на семнадцать, не больше, особенно теперь, когда лежала голышом на дне ванны и шлепала припухшими губами, норовя что-то сказать Сергару, пытающемуся промыть ее спутанные волосы.

Бросив попытки отмыть волосы, сосредоточился на лице, освобождая его от потеков сукровицы – та сочилась прямо из пор, из глазниц, отовсюду, откуда только могла сочиться.

Зоя стоически принимала на лицо горячие струи воды, и лишь хлопала глазами, когда Сергар направлял струю ей прямо в голову.

Через десять минут основное количество дряни с Зои и со дна ванны была смыто, и к этому времени хозяйка смытого частично отошла от полученного стресса до такой степени, что смогла выдавить из себя два главных слова:

– Получилось, или нет?

Сергар облегченно вздохнул – раз помнит ради чего все начиналось, значит все в порядке. Он боялся, что ко всему прочему процесс затронет и память, очистив ее от наслоений воспоминаний, вернув сознание к возрасту шестнадцатилетней девчонки. Похоже – все обошлось. Память – это душа, а лечили не душу – только тело.

– Дай, я сама… – Зоя перехватила "лейку", и начала смывать с себя остатки нечистот там, где Сергар пропустил. Взгляд ее упал на свою грудь, и глаза мгновенно расширились:

– Маленькая! Она такая маленькая! Будто никогда ей и не кормила! Я ведь подтягивала грудь, понимаешь?! Она у меня отвисла! А теперь торчит вперед, как каменная! И маленькая! Я всегда в юности переживала, что она у меня маленькая! Дура! Получилось! У тебя получилось! О господи, у него получилось! Ты волшебник!

– Да, я волшебник – ухмыльнулся Сергар, и вздохнул – И лекарь. И мне кажется – неплохой, не правда ли?

Волосы пришлось обрезать – прямо ножом, варварски. Кстати сказать их цвет тоже изменился. Раньше они были угольно-черными, теперь – каштановые. Как и волосы на лобке.

Зоя со смехом призналась, что волосы все время красила. Увы, уже с тридцати лет у нее начали проскакивать седые пряди.

Одеваться она не стала. Натянула трусики, надела рубашку Олега, так и расхаживала по комнате, сооружая поздний, очень поздний ужин. За окном темно, ночь. Больница спит, улица спит, и только лекарь и пациентка никак не могут уснуть – возбужденные происшедшим, голодные, усталые, но довольные.

Прежде чем одеться, Зоя долго вертелась перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон, недоверчиво мотая головой и вытаращивая глаза. Потом чмокнула Олега в губы, пахнув на него запахом зубной пасты, и побежала готовить еду – Зоя знала, что с мужчиной нельзя ни разговаривать, ни иметь какие-то дела, пока не накормишь как следует. Голодный мужчина похож на разъяренного тигра, и боже упаси попасть ему под горячую лапу. Хорошо если просто зарычит…

Когда пришло время лечь в постель, Зоя отправилась туда первой, волнуясь так, будто Олег будет первым мужчиной в ее кровати. Она прислушивалась к шуму воды в ванной комнате, и сердце стучало, как тогда, во время Первого Раза, когда Зоя, будучи еще совсем зеленой девчонкой (такой, как сейчас!) отдалась парню в занюханном гостиничном номере на шесть человек, когда они ездили в другой город на соревнования. Все – и парни и девушки – жили в одной гостинице, только в разных номерах, и улучив момент Зоя и Мишка, мальчишка, который ей очень нравился (они уже месяц целовались, тискались, она даже позволила ему поцеловать свою голую грудь!) прокрались в номер и совершили то, о чем Зоя думала, как о некой инициации, посвящении в Женщины, а мальчишка истово мечтал – как и все мальчишки его возраста.