Чтение онлайн

– Что ты делаешь?..
– но обняла его, - какой ты ненасытный!..

– Да!.. Я наскучался без любви твоей, хочу в твоей душе купаться, всюду проникая вихрем.

Почувствовала Василиса, что, действительно, проникло что-то в тело, закружило в вальсе, ускоряясь в ритме, увлекло в неведомые дали, разбрасывая по вселенной искрами огня неимоверной силы. Искорки летели, проникая в тело, что форму потеряло, возрождаясь всюду образами состояний каждой формы жизни от самой маленькой букашки до женщины прекрасной. Вдруг поняла, ведь всё это она!.. она везде и всюду, где есть её любимый, в каждой искорке огня, в каждой жизни, что существует в мире…

Застонала Василиса, не в силах выдержать присутствие такое:

– Остановись, любимый!..

Но Елисей не слушал, он полностью проник в неё тысячами форм и проявлений, взорвался искрами огня, превращаясь в океан бушующего пламени огня, всё сжигая на своём пути, оставляя чистоту без образов, как поле чистое, не знавшее зачатья, но возвращался Елисей и в этом чистом поле сеял мгновенья жизни, их жизни, их общей жизни, что взрастали быстро дивным садом, наполненном её любовью и радостью в прекрасной перекличке всех радуги цветов, форм жизни.

Форм жизни!.. но разве она не человек?.. Чувствует и видит, как они летают в воздушном океане, в виде двух прекрасных птиц… вдруг камнем устремляются в глубины океана в виде двух дельфинов, всё больше погружаясь в воду. Ей не страшно, ведь с ней любимый, и океан, совсем не океан, а дивное пространство света золота червонной пробы по которому бегут навстречу самой жизни в виде двух маленьких детей. Они смеются, смеются, и искры радости их счастья вдруг собираются в созвездия, галактики, планеты!..

Вот и Земля!.. нет, не планета, она заполняет всё, от горизонта и до горизонта, а они лежат на берегу и смотрят, как в небе пролетают целые миры, наполненные красотой их мыслей, как мираж малейшего движенья в их сознании, в их сознании общем, непрерывном, как небо, наполненное тысячами облаков, но непрерывного, по сути.

– Остановись, любимый!.. – шептала Василиса, - ведь мы потом не сможем жить.

Елисей обречённо лёг на спину рядом с ней и затих, исчез совсем…

– Спасибо, Василиса!.. – громом его голос разорвал пространство, хоть он только чуть прошептал губами. И не только голос, любая мысль врывалась в сердце громом и била электрическим разрядом.

– Что это было, Елисей?.. что происходит?.. как ты делаешь всё это?..

– Я у тебя хотел спросить, - ответил Елисей, - наверное, ты стала вселенной бесконечной, мне и пришлось облик необъятности явить, иначе как обнять мне бесконечность!..

– Но мы ведь были кем-то?..

Повернулся Елисей, обнял её и заглянул в глаза.

– А как бы мы смогли понять, не обретая формы?.. просто были формы жизни, но не было конкретного места в пространстве, да и во времени.

Замолчали оба, думая о том, что их разговор чудной какой-то. Кто бы слышал, пальцем покрутил бы у виска. Пауза веками длилась, так показалось, в сознании всё ещё мелькали разные картины или обрывки образов различных, но потихоньку исчезали, будто таяли в той бесконечности, которой были сами и всем наполнением её.

Елисей лежал, не ощущая тела, будто плавал в этих ощущениях, в касаниях Василисы, в её чувствах, как в тёплом море не воды, нектара жизни, или любви… Вот он ясно почувствовал её смущение, потому что он прикоснулся к соску рукой, но в следующее мгновение оно в признательность переросло, закружилось вихрем, стало собираться в тучу грозовую опасности большой и вздрогнуло пространство страхом. Она мысль сотворила, пытаясь понять, откуда страх, ведь рядом Елисей, а с ним не бывает страшно.

Ах!.. он рядом!.. и как же он далёк!.. Сердце в комок собралось, стало тяжело дышать. Поняла, что как-то надо разрядить себя, что-то сказать или сделать, но Елисей опередил её.

– Ты детям обещала в сад свозить, так как, поедем?

Вопрос был так прост, что не требовал ответа, конечно и без обсуждений… но он вернул Василису с Елисеем в очевидность. Елисей даже почувствовал, как пространство затягивается густым, густым туманом.

– А Мария?.. – спросила Василиса.

Вопрос дежурным был. Ей хотелось о другом поговорить, но слов не находилось… понял Елисей, конечно.

– Это пройдёт.

– Что пройдёт?.. – не поняла она.

– Всё забудется и очень быстро.

– Что забудется?.. – допрашивала Василиса.

– То, что было, есть и будет, - ответил Елисей неопределённо, - как мираж в сознании, Василиса.

И она, действительно, почувствовала, как забывается мираж, будто скрывается завесой жизни, что проблемами наваливаются плотно, мир застывает, как на экране фильма, остаются только ощущения чего-то далёкого, недостижимого и близкого одновременно.

– И что же делать?.. я не хочу… забывать.

Но Елисей был неуклонен, он будто приговор читал.

– Нельзя иначе, жить не сможем - Он смотрел на Василису, рукой ласкал её нагое тело, пойдём лучше поедим?.. хоть кусочек хлеба и сто грамм настойки, если есть, а то с ума начнём сходить.
– Он сел в кровати, ища глазами свои вещи.

– Они на балконе сохнут.

– Понял. Тебе принести халат?

– Иди, я сама.

Елисей ещё раз наклонился к Василисе, поцеловал и удалился.

– Жду тебя на кухне.

– --------

На балконе Елисей немного задержался, он стоял возле открытого окна и смотрел на огни ночного города. Внизу, за небольшими зарослями ивняка в открытое окно прохлада проникала. Она исходила от пруда. Но сознание, заполненное до предела, преобразовывало эту прохладу в образы событий будто. Почему?.. когда он прикасался к Василисе, не чувствовал конца и завершения. Если всё, что раньше было, было относительно всегда чего-нибудь, конца или начала, как живая книга, которую надо прочитать, и он читал, порой запоем, а порой маленькими глотками, смакуя каждое мгновение. Не хотелось, чтоб заканчивалась книга, всегда немного оставлял, время тянул. С Василисой всё совсем иначе, он готов читать запоем, боясь, что не успеет дочитать, нырнул в глубины океана, увидел необъятность, а жизнь так коротка, в сорок лет это начинаешь чётко осознавать.

Василиса, как книга, но книга тайн, необъятности, чувств и состояний жизни. И кажется ему, что она и сама не знает, какую мощь, знания, энергию в себе несёт. Или знает?.. тогда играет с ним, как кошка с мышкой, что не усматривается в её ласках.

– Ты не понимаешь, что-о…

Вздрогнул Елисей, почувствовав прикосновение Василисы, вдруг осенило!.. перебил её.

– Я понял!.. это когда мы вместе, ты становишься такой!..

– Какой?

– Бесконечной, таинственной, прекрасной!