Чтение онлайн

– Ручка двери включает лифт. Я съезжу наверх, а ты пока спроси этого партизана, на кого он работает, – попросил он напарника, вставая на белую металлическую площадку, спустившуюся сверху.

Едва дойдя до пола, площадка не остановилась, а сразу начала двигаться вверх.

«Плохо то, что держаться на площадке не за что. Малейшее колебание – и можно здорово приложиться к стене этого «душевого» лифта», – прикинул Клим, въезжая в небольшое помещение, сплошь заставленное оборудованием.

Внимание каперанга привлекла современная французская станция гидроакустической связи. Усевшись в кресло, он первым делом включил ее. Негромко пискнув, станция помигала разноцветными лампочками на приборной панели и женским голосом сообщила, что готова к работе.

Набрать частоту и известный только ему код было минутным делом. Еще через минуту знакомый голос Антея спросил:

– Как это надо понимать?

– Что понимать и каковы наши действия дальше? – вопросом на вопрос ответил Клим.

– Опять тлетворное влияние Гарика, – моментально отозвался Антей, как всегда проверяя абонента.

– Гарик мой отдыхает на своем острове, а я как шелудивый пес мотаюсь черт знает где! Проскочили миль пятьсот подводным течением, – раздраженно ответил Клим.

– Что насчет задания? – спросил Антей, не обратив внимания на колкости подчиненного.

– Ты тоже начал говорить по-одесски? – снова вопросом на вопрос ответил Клим, стараясь немного подразнить Антея.

– Жди. Мои люди скоро будут у тебя, – закончил Антей разговор и попытался отключиться.

– Один момент, хозяин, – быстро сказал Клим, пытаясь привлечь внимание адмирала из контрразведки таким необычным обращением. Надо отдать должное Антею – контрразведчик схватывал суть разговора моментально. – В колоколе есть немытые дверцы, я там пошустрил и кое-что зашухерил. Если стрелки не получится, помой бабушкин схрон, – с нажимом на последнем слове сказал Клим.

– Мудрено гутаришь, парень! Такими словесами пуляешь, что хоть святых выноси! – чуть помешкал с ответом Антей.

– Жмуриков лабать не будем, – закончил разговор Клим и отключил связь.

Теперь, чтобы расшифровать разговор, который шел по закрытому каналу, требовалось время, и немалое. Да и специалисты не только по русскому языку, но и сленгу потребуются, а это время, время и еще раз время…

«Малыш отвлечет нашего пленника, а я спрячу один образец с затонувшего французского самолета в колоколе. За черной немытой дверцей шкафа куску металла самое место», – удовлетворенно подумал Клим.

– Привяжи этого козла покрепче к скобе, и давай поспим в нормальных условиях часа три. Антей обещал прийти за нами, – сообщил Клим, выходя из душевой.

– Чует мое нежное спецназовское сердце, что нас опять ждет какая-нибудь пакость, – скептически сказал Малыш.

– Солдат спит – служба идет! Держись подальше от начальства, поближе к кухне, целее будешь, – философски заметил Клим, укладываясь на диван.

– Как всегда, начальство отдыхает, а подчиненные вкалывают! – пробурчал кавторанг, связывая пленнику руки за спиной.

Поймав его взгляд, Клим показал глазами на шкаф. Малыш понятливо кивнул, показывая, что приказание понял. Короткий удар по сонной артерии моментально привел пленника в бессознательное состояние. Вытащив из кармана пояса кусок обшивки самолета, Малыш завернул его в темную тряпку и обмотал широким скотчем. Еще три секунды – и сверток приклеен в левом углу под второй полкой. Теперь для того, чтобы найти его, необходимо нагнуться и внимательно осмотреться. Клим одобрительно кивнул головой и закрыл глаза.

Ровно через три часа Ворох проснулся. Малыш громко храпел в метре от пленника, выводя носом замечательные рулады, весьма схожие со звуками корабельного ревуна.

«Стареем… Раньше никто из нас не только не храпел, но и даже не сопел во сне, – печально подумал Клим, внимательно присматриваясь к пленнику, который все так же, ногами вверх, лежал на диване. Малыш не только связал ему руки, но и накинул трос на шею коренастого. Теперь малейшая попытка освободиться затягивала петлю, не давая ему двигаться.

– Сейчас ты готов отвечать на мои вопросы? – спросил Клим пленника, который демонстративно закатил глаза, показывая, как ему плохо. Без всякого сожаления смотря в полные слез глаза коренастого, Клим с удовольствием представлял, как сворачивает ему шею, и не испытывал при этом садистском желании ни малейших угрызений совести.

– Если будешь говорить, в знак согласия два раза прикрой глаза, – лениво сказал он. Впрочем, ему совсем не хотелось допрашивать коренастого. Скоро на колокол прибудет сам Антей или его люди, которые профессионально выпотрошат пленника и решат, что с ним делать дальше, руководствуясь не эмоциями, а соображениями целесообразности.

Говорить пленник не мог – только два раза закрыл глаза в знак согласия.

– Один неправильный ответ, и ты отправишься вслед за своими коллегами, – пообещал Клим, красноречиво кивнув головой в сторону открытого люка, в котором плескалась вода.

Вдруг он подумал, что вода на такой глубине должна стоять спокойно. «Почему же она плещется?» – спросил сам себя Клим, кидая встревоженный взгляд на напарника.

Малыш, словно почувствовав этот взгляд, моментально вскочил на ноги и подтащил к себе оба акваланга. Клим тем временем быстро подскочил к душу. Одно движение ручкой двери, и лифт приведен в движение. Еще минута – и Клим оказался наверху. Стоя перед приборами, он первым делом посмотрел на глубиномер. Прибор показывал сорок метров, и стрелка напористо скользила к нулевой отметке.