Чтение онлайн

– Поторопитесь со звонком! – прорычал пристианец и передал трубку Санди.

Выскочив из домика, он побежал к теннисному корту, где пропадал Голиарс и еще двое его людей.

Через двадцать пять минут маркиз с немногочисленной командой стояли на пыльной площадке перед ангаром. Полковник Пауэрс представлял ему взвод морских пехотинцев. Не имея времени проявлять разборчивость, Леглус указал на десятерых в первом ряду, и поспешил к ангару, в густой тени которого поблескивало рыбье тело орбитального бота.

Кэорлан устроился на выдвижной кровати с твердым намереньем поспать несколько часов. Последние сутки капитан не смыкал глаз: сначала он руководил поиском обломков корвета и отправкой группы Быстрова на планету, теперь, после исчезновения группы, занимался ее лихорадочными поисками. Поиски, пожалуй, не имели перспективы, если только «Холодная звезда» сама не проявит себя или не совершит какую-нибудь очевидную ошибку. Все катера с «Тирату» усердно кружили над Москвой и ее окрестностями на малой высоте. Инженеры эсминца оборудовали два космолета сверхчувствительными сканерами, настроенными на специфический фон дисперсной электроники. Замысел заключался в том, что земная техника не обладала дисперсными технологиями, и если этот особый фон попадет в поле восприятия сканеров, значит будет замечен объект инопланетной техники. Таким образом Кэорлан с герцогом Саолири надеялись выйти на приют «Холодной звезды». К удивлению пристианцев, первый же облет Москвы выявил свыше двух десятков «фонящих» точек в черте города и за его пределами. Это было слишком много, чтобы реализовать первоначальный план. Кэорлан поставил задачу пилотам катеров провести детальную разведку и по внешним признакам определить наиболее вероятное местонахождение убежища «Холодной звезды», где могла содержаться группа Быстрова. Сам же решил отдохнуть, пока с космолетов не придут более внятные результаты.

Проснулся капитан от режущего слух сигнала в каюте. Кэорлан с удивлением обнаружил, что проспал всего двадцать семь стандартных минут, тихо выругался и движением руки включил устройства внутренней связи. На экране возникло озабоченное лицо старшего вахты.

– Господин Кэорлан, – произнес тот. – Я извиняюсь, неожиданные обстоятельства. Сектором дальнего обнаружения определено возмущение гиперслоя за орбитой четвертой планеты. По предварительным данным параметры пробоя соответствуют крупному звездолету.

– Воронку раздирает, будто это крейсер! – добавил его помощник.

– Иду, – отозвался Кэорлан, вмиг обретая бодрость и еще более мрачное настроение.

От его каюты до рубки было не более двух сотен шагов. Когда блестяще-синие створки разошлись пред ним, открывая вид на главный экран, кто-то из дежурной смены воскликнул:

– Объект вышел!

– Развернуть пространственные линзы. Оптику перенастроить. И гасите радары! Быстро! – скомандовал Кэорлан, опасаясь, что чужак засечет их по пир-волне раньше времени.

Рубка мгновенно наполнилась суетой. Главный экран, на котором проплывала в голубом ореоле Земля, погас и тут же вспыхнул искорками далеких звезд. Тихо и угрюмо в командное помещение вошел Саолири, оглядел консоли управления и остановился рядом с капитаном на иридиевом диске.

– Есть линза! – рапортовал офицер сектора обнаружения. – Все! Вторя раскрыта!

– Масштабируйте изображение, – распорядился Кэорлан, вглядываясь в точку на черном пластике.

Точка раздувалась и обретала размытые формы заостренного зернышка. Разглядеть его в деталях мешали всполохи воронки ординарного пространства.

– Запустить компьютерное установление? – спросил старший вахты.

– Не надо. Это милькорианский фрегат класса «мелькающая крепость», – не обращаясь к машинной логике, определил капитан.

– Все-таки милькорианский, – с досадой произнес Саолири.

Для него стало ясно, что от силового решения разногласий с «Холодной звездой» придется отказаться. Герцог был наслышан о фрегатах этого типа: они в четыре раза превосходили «Тирату» размерами и двукратно огневой мощью, хотя имели вооружения пятисотлетней давности.

– Курс фрегата на Исифиоду. Расчетное время подлета три часа семь минут, – доложил офицер, не отрываясь от приборной панели.

– Я полагаю, господин герцог, у нас не более часа, чтобы принять решение, – Кэорлан поправил оттопырившийся воротничок и вызвал из пола два утопленных кресла для себя и Саолири. Герцог молчал, уставившись на главный экран, и командир «Тирату» продолжил: – Пока нас не обнаружили, мы можем уйти с орбиты, скрыться за луной и рассчитать движение так, чтобы не попадаться им на глаза. Можем неожиданно атаковать, тогда либо нас, либо их постигнет участь «Хорф-6».

– Нет, капитан, атаковать мы не можем, – отверг Саолири. – Наш конфликт с «Холодной звездой» на нейтральной планете – всего лишь мелкая перепалка. Нападение милькорианский звездолет – это уже крупный инцидент. Союз Эдоро не может позволить такой роскоши, как вражда с Милько, хотя под угрозой вся наша миссия. Уйти с орбиты Исифиоды мы тоже не посмеем – на планете наши люди, помощь которым может потребоваться в любой момент.

– Что вы предлагаете?

– Мы останемся здесь. Не думаю, что военный корабль цивилизованной расы посмеет напасть только из-за того, что мы занимаемся спасательной миссией на планете им не принадлежащей, – сказал герцог, устраиваясь в кресле. – И несмотря на все, что я сказал, «Тирату» должен быть готов к отражению атаки и любому боевому маневру.

– Будет разумным немедленно отозвать наши катера, – заметил Кэорлан.

– Отзывайте, – кивнул Саолири.

Услышав грохот, Быстров открыл глаза и едва не слетел на пол, не от испуга – оттого что подпрыгнул топчан. Второй удар потряс здание сильнее, сухим дождем с потолка на лицо посыпалась штукатурка, трещина черным зигзагом прошла по стене. Она была так широка, что через угловатую линию разломившихся кирпичей проник свет из коридора.

«Вот и Серебряные Птахи с „Триату“, – было первой мыслью Глеба. – Нашли все-таки. Хвала Кэорлану! Только грубовато взялись. Не по-птичьи. Зачем же так по зданию долбить!». Но надежда на десант с эсминца лопнула как мыльный пузырь, когда со стороны двора донесся треск автоматных очередей. У пристианцев не могло быть огнестрельного оружия, да и агенты «Холодной звезды», даже набранные из землян, не пользовались пугачами, бесполезными против неокомпозитной брони. Стало ясно, что вмешалась третья сила, неожиданная для милькорианцев и Быстрова. Мигом осознав это, Глеб утвердился, что такой поворот ему скорее на пользу, чем во вред: под сумятицу происходящего появлялся шанс вырваться из плена, прихватив Ивалу и Лиэри.

Он кинулся к двери и налег на покосившуюся створку плечом. Впечатление, что дверная коробка пострадала вместе с треснувшей стеной, оказалось обманчивым. Капитан дважды таранил собственным телом дверь, но она лишь сердито скрежетала и крепко стояла на своем. Оставив ее в покое, Быстров метнулся к трещине, сходившей от потолка почти до пола, и попытался вывернуть торчавший из штукатурки кирпич. С кирпичом вышло легче чем с дверью: после недолгих усилий он грохнулся на пол. Расцарапанные пальцы уцепились за второй. Этажом выше опять что-то ухнуло, тяжко и протяжно. Треск автоматов прервал хлопок гранаты. В коридор ворвался чей-то крик и щелчки масс-импульсной винтовки.