Чтение онлайн

Мы въезжали в город с юга. Пригород мегаполиса оказался полностью уничтожен — остатки домов и зданий несли на себе следы страшного пожара, огромная транспортная развязка лежала в руинах, Мейсон матерясь сквозь зубы маневрировал среди огромных облоков бетона и кирпича, загромождавших шестиполосную трассу. Когда слева от нас я увидел гигантскую воронку диаметром метров в триста, меня пронзила страшная догадка, и я потянулся, чтобы включить счетчик Гейгера, который немедленно разразился истошным треском, сигнализируя об уровне облучения, что мы получали даже сидя в машине.

— Это же эпицентр ядерного взрыва! — хрипло каркнул мой голос, — Какого черта, Мейсон?! Куда ты нас притащил?!

— Другие варианты не лучше, — упрямо сжав губы, ответил сержант, — Поверь, с севера и запада местность заражена еще сильнее!

Я, матерясь на чем свет стоит, принялся натягивать на лицо респиратор, потом до меня дошло что это бесполезно — от ионизирующего излучения эта тряпочка защитит не лучше чем фиговый листок и зло отбросил его в сторону.

Мейсон, с умешкой наблюдающий за мной констатировал:

— Понял, да? Нас может защитить разве что хороший такой слой свинца на машине, толщиной сантиметров пять!

— Рэд, это же полный пиздец, нахуй тебе все деньги мира, если ты загнешься от лучевой болезни? — стиснув зубы спросил я.

— Не ссы в трусы, гангстер! В наше время за деньги можно вылечить все! Ну, или почти все. Лучевая болезнь тоже лечится — переливание крови, специальные препараты, в крайнем случае, пересадят костный мозг!

Я всерьез задумался о том, что самое время прикончить коронных, захватить машину и отправиться в Аль-Шаханию в одиночку. До этого момента у меня не было особых сомнений в адекватности сержанта, но теперь появились в этом большие сомнения. А значит, планы необходимо было пересматривать и рвать когти сильно раньше намеченного срока. Долгие проводы — лишние слезы!

Мейсон, тем временем продолжал разглагольствовать, ведя машину среди обломков зданий и черных, оплавленных остовов автомобилей:

— И раз уж речь зашла про дорогостоящее лечение, то самое время обсудить твою долю! Думаю что имея в кармане пятьсот штук баксов ты шутя перенесешь все эти неприятные медицинские процедуры! Представь, что тебе в жопу будут колоть уколы полуголые медсестрички в латексных костюмах и расслабься. Полмиллиона долларов, Рохо, тьфу ты Андрей! Ну, или одна тысяча твоих любимых сильверкоинов! Серьезная плата за серьезный риск, как по мне! Ну же, соглашайся, черная ты душа! Что наша с тобой жизнь как не вечный бег по острию ножа?!

Я быстро оглянулся: Марк хмуро смотрел в окно на эпицентр ядерного взрыва, похоже, что ему тоже не нравилась идея любоваться латексными медсестричками которые колют его в жопу антирадиационными препаратами. Первым следовало прикончить именно молчуна — уж больно неудобно для меня он сидел, да и слишком быстрой реакцией обладал. Но против разряда никакая реакция не поможет, Барри Потрошитель не даст сорвать. Итак, первым убью Марка, следующий разряд достанется Мейсону. И потерявшая управление машина уедет в какой-нибудь столб! Нет, нельзя, любая поломка автомобиля оставит меня в этом фонящем радиацией мертвом городе в компании Шороха. Есть конечно второй пикап у Грабовски, но как достать наемников из тачки, не повредив саму машину мне пока в голову не приходило. А кстати, что будет с автомобилем, если я начну кидаться разрядами прямо внутри? Погорит электрика ко всем чертям и все! Черт, черт, черт, как же невовремя! Сука ты Мейсон, пиздец тебе! А кстати, есть идея!

— Мейсон, стой! — громко сказал я, — В здании на два часа вижу электрическую активность!

Сержант даже не подумал затормозить, как я ожидал — он резким маневром ушел с улицы на параллельный переулок и придавил педаль газа, стремясь вырваться из опасного места. Пикап Грабовски повторил наш маневр, зацепив на повороте остов легковушки и разбив фару. В наушнике рации раздался встревоженный голос лейтенанта, который спрашивал что происходит, но я даже не подумал отвечать, потому что краем глаза увидел движение в руинах многоэтажного дома справа. В окне стояла человеческая фигура, закутанная в невообразимое рванье с ног до самых бровей. В руках у крысы был был древний советский гранатомет РПГ-7 и нацелен он был прямо на нас.

— Граната справа! — заорал изо всех сил я, распахивая дверь и вываливаясь из пикапа. Ракета стартовала еще до того, как я успел покинуть транспорт и поразила машину в капот. Грянул взрыв, меня вышвырнуло из авто и протащило по асфальту. В следующий момент налетела песчаная буря, Шорох торжествующе взвыл в наушнике рации и вокруг меня воцарился ад.

В моей голове звенели литавры, тело было ватным и слабым, но я поспешил поднять голову — разлеживаться в такой ситуации было смерти подобно. И вовремя поднял, из круговерти песка и пыли на меня выскочила еще одна фигура в тряпье с чем-то вроде копья в руках. Песчаная крыса спешила прикончить оглушенного и ошеломленного врага. Да вот хуй тебе!

Золотой пистолет сам собой оказался в руке, коротко и зло рявкнул два раза — на асфальт плеснуло темной, почти черной кровью, по асфальту зазвенело неказистое копьецо, следом растянулся вражина. Я уже вставал с асфальта сустав за суставом, чувствуя, как в груди поднимается слепая волна ярости и ненависти. В ушах торжествующе взвыл Шорох, но я не обратил на него никакого внимания. Безумное напряжение последних дней, все эти интриги с опасным как каракут сержантом Мейсоном, смерти моих товарищей, гнев и ненависть на моих поработителей благодаря которым я оказался здесь сгорали сейчас в атомной топке моей ярости и желания убивать, и я отдался этому желанию весь до конца, до донышка.

Левое плечо рвануло в нескольких местах, пронзило болью, в меня прилетела крупная дробь или картечь на излете. Но боль только добавила ярости и злости, я зарычал от ярости и безумным берсерком бросился в ту сторону, откуда в меня стреляли.

Крыса, укрывшаяся в развалинах, поспешно перезаряжала свою примитивную одноствольную поджигу, когда я выскочил прямо на нее размахивая своим пистолетом. Замотанный по местному обычаю в тряпье с ног до головы мужик выронил свой громобой и выхватил из-за пояса длинный нож, почти меч и с криком ярости побежал на меня. Его я убил разрядом таким мощным, что на несколько секунд ослеп. Когда я проморгался, передо мной лежало обгоревшее как головешка тело в тлеющих обносках. Шорох в моих ушах ярился и хрипел в экстазе как умирающий паралитик под электрошоком, кругом царила серая круговерть песчаной бури. Я заскрипел зубами от ярости, все это было не то, пистолет, разряд — это слишком легко. Мне хотелось схватки лицом к лицу, хотелось брызжущей крови, хотелось убивать голыми руками. Я подхватил с асфальта выпавший из рук крысы длинный нож и бросился обратно, туда, где раздавался грохот выстрелов. Как минимум один человек из нашего экипажа остался жив и продолжал отстреливаться.

Одну из крыс мне удалось застать врасплох — положив древний весь перемотанный изолентой калашников на бордюр тротуара противник скупо постреливал одиночными куда-то в сторону горящей машины. Ему кто-то отвечал такими же скупыми одиночными выстрелами. Меня он заметить не успел и отлично отточенный клинок легко прошел позвоночный столб, почти отделив голову от тела. Крыса молча завалился ничком, поливая все вокруг темной кровью а Шорох в очередной раз взвыл от восторга.

В следующий миг я уловил краем глаза движение сзади-справа и начал разворачиваться, когда на меня обрушилась длинная, тяжелая труба гранатомета, и я полетел на землю. Крыса, подорвавшая нашу машину, наступал на меня, перехватывая импровизированную дубину и примеряясь как ловчее разбить мне голову.