Чтение онлайн

Он вздохнул.

Может, заскочить в магазин и купить себе на все оставшиеся деньги новый свитер?
– думала Гэрриет. Пожалуй, ей даже полезно будет поголодать пару недель до конца месяца.

– В следующий раз займемся сонетами, - сказал Тео Даттон.
– Это, как говорил Вордсворт, ключ, которым Шекспир отмыкал свое сердце. Не забывайте, Гэрриет: даже любовь ступает по земле.

Когда пробило без четверти двенадцать, он поставил на стол бутылку хереса.

– В Оксфорде два вида хереса: один для стряпни, другой для того, чтобы пить. Их почти все путают, но в моем доме вы можете быть уверены: вам нальют то, что надо. Выпейте, Гэрриет, а потом - мой вам совет - ступайте домой и ложитесь спать, лучше всего в одиночестве.

Он наполнил вином два захватанных бокала.

– Не получится, - сказала Гэрриет.
– Я обещала вашим детям, что поведу их кататься на санях.

***

На улице перед домом Тео уже стоял длинный темно-зеленый автомобиль. При виде ее из автомобиля выбрался молодой человек с сигаретой, каштановыми волосами и природной непосредственностью рыжего сеттера. Гэрриет узнала в нем одного из постоянных спутников Саймона - Марка Макалея.

– Саймон прислал меня за вами, - сообщил он.
– Волнуется, как бы вы не отморозили ножки. По-моему, в такую холодрыгу можно себе что угодно отморозить. Кстати, как ваше самочувствие?
– осведомился он.
– Саймон сказал, что он вас сегодня сбил с катушек.

Вот именно, подумала Гэрриет, в прямом и переносном смысле.

– Позвоночник внизу побаливает, - сказала она.

– Ага, копчик, значит!
– Марк неожиданно расхохотался во все горло. Видимо, он был уже хорош.

– Много у него будет народу?

– Человек двадцать - двадцать пять, и среди них наверняка найдется одна или две дамочки, у которых зачешутся на вас коготки.

Он искоса взглянул на нее и снова расхохотался.

На душе у Гэрриет стало тревожно и почему-то горячо.

– Думаете, мне стоит туда ехать?

– Если решите, что не стоит, это может стоить мне головы… Правда, моя голова, кажется, сама уже немногого стоит.
– Он извлек из ящичка под приборной доской бутылку бренди и глотнул из горлышка.
– Мы с ней, видите ли, катимся наперегонки по наклонной плоскости.

– Я бы заехала домой переодеться, - сказала Гэрриет.

– Зачем? Саймон больше всего ценит новизну, а в таком виде вы как раз то, что надо.

– Да нет, вы не поняли. Он пригласил меня просто из вежливости. Просто решил доставить мне удовольствие, потому что нечаянно сбил на дороге, - и все.

– Деточка, - вздохнул Марк.
– Из всех людей Саймон умеет доставлять удовольствие только самому себе.

Глава 3

Войдя в гостиную Саймона, Гэрриет с интересом огляделась: такого она еще не видела. Меховые лохматые коврики, разлапистые пальмы, изумрудно-зеленые шелковые шторы, языки пламени в камине и красноватые блики на корешках книг - в основном пьес и порноизданий. На каминной доске небрежно брошенной карточной колодой рассыпалась пачка приглашений. С черных стен глядели собственноручно подписанные фотографии знаменитых актеров и актрис, между пальмами, как звери в джунглях, разгуливали ослепительные гости, и Саймон - ослепительнее всех, - сверкая сине-зелеными глазами, уже спешил ей навстречу.

Он снял с Гэрриет пальто, потом шарф, потом очки.

– Не хочу, чтобы ты сразу разглядела все мои недостатки, - пояснил он, чмокнув ее в щеку, и обернулся к Марку.
– Смотри, какая она славная!

– Да уж, - сказал Марк.
– Для тебя даже слишком славная, вот это меня и смущает.

К ним приблизился индиец с красивым скучающим лицом.

– Угораздило же тебя выкрасить стены в черный цвет, - буркнул он.
– Я теряюсь на их фоне.

– Выйди на улицу, - посоветовал ему Саймон.
– На снегу тебя будет очень хорошо видно.

Подавая Гэрриет бокал охлажденного белого вина, он словно невзначай провел мизинцем по ее пальцам.

– Вот, остынь немного после консультации, - сказал он.
– Как Тео понравился твой очерк?

– Как будто понравился, хотя это редко бывает.

– А что за тема?

– Кого из шекспировских героев я считаю лучшим… лучшим сексуальным партнером.

– Старый кобель! Нашел способ себя возбуждать. Ты теперь, стало быть, специалист по сексу?

Некоторое время Гэрриет не могла заставить себя поднять глаза, а когда наконец подняла, Саймон смотрел на нее таким взглядом, от которого внутри у нее все перевернулось. Заливаясь румянцем, она отвернулась к окну и придушенно пробормотала:

– Снег такой красивый, правда?

– Вот и прекрасно, - с улыбкой сказал Саймон.
– Сядь и наслаждайся видом из окна. Не беспокойся, знакомиться со всей этой толпой совершенно не обязательно.

Гэрриет опустилась на черное бархатное сиденье у окна и попыталась раствориться в зелени занавески. Ей еще никогда не приходилось видеть сразу столько странных людей и вдыхать в себя столько странных запахов. В экзотический букет из дорогих духов, которыми, кажется, пульсировала каждая жилка в этой гостиной, вплетался дымок от яблоневых поленьев в камине, слабый дух фимиама и тяжелый аромат целой охапки пестрых фрезий в голубой вазе на столе. Над всем этим витал еще один запах, навязчивый и сладковатый - чего, Гэрриет не могла разобрать.

Неожиданно раздался устрашающий стук в дверь, и в гостиной появился красивый седовласый мужчина. Гэрриет узнала в нем лучшего, по итогам последней недели, драматического актера.

– Саймон, дружище, у тебя тут такое амбре, что слышно с того конца улицы. Смотри, не вылети в трубу вместе со своими благовониями. Салют, детка!
– Он шагнул к потрясающей блондинке в белой шелковой рубахе и, вынув сигарету у нее изо рта, глубоко затянулся. Когда Гэрриет уже решила, что он умер от восторга, он наконец выдохнул дым и обернулся к двум изящным юношам, пришедшим вместе с ним.

– Они тезки, - сообщил он Саймону.
– Обоих зовут Джереми, и оба влюблены друг в друга до безумия. Это создает кое-какие трудности.

Юноши дружно захихикали.

– Знакомьтесь, Джереми-Джереми, - сказал красивый актер.
– Это Саймон.

– Мы так много о вас слышали, - в унисон заговорили Джереми-Джереми.
– Говорят, что вы восходящая звезда!

– Саймон, когда мы наконец задернем занавески?
– капризно протянула рыжеволосая модель с губами, похожими на велосипедную камеру.
– Каждый дурак норовит заглянуть в окна.