Чтение онлайн

Девушка опустилась на пол и закрыла лицо руками. Я чувствовал себя усталым, словно всю ночь проработал шахтером. У меня оставалась еще одна фраза, которую я должен был сказать до того, как занавес скроет сцену от восторженных зрителей.

– Тебе не кажется, что я сделал тебя... вместе с твоим папашей. И ты только что станцевала здесь стриптиз? – сказал я и ногой опрокинул Джану на спину. В ее широко открытых глазах больше не было разума.

– Черт, – выругался я. – Такая хорошая фраза, а эта идиотка ее даже не поняла... И ведь больше некому ее не скажешь!

– Я ее слышал, босс, – сказал неслышно подошедший Игор. – Это было здорово. Ты начал новую рекламную компанию банка. Завтра мы это раскрутим по всему миру.

– Вот это Судьба, – усмехнулся я. – Полоумная принцесса овсяных хлопьев в рекламе банка...

– От судьбы не уйдешь, – тоже хмыкнул тот и подал запечатанный красной, тревожной печатью пакет. – Вас ждет Луна!

Несколько раз собирался слетать на Луну в отпуск. Да только постоянно что-то мешало. То на глаза попадались рекламные буклеты ослепительно-белых пляжей Карибского моря с уймой загорелых красоток на переднем плане, то какой-то чернозадый болван рассказывал сказки об Анголе. Блеклые, режущие глаза черно-белые, безжизненные пейзажи планеты – соседки пальмовым рощам явно проигрывали. Видимо рок хотел сделать так, чтобы на Луну я попал в бронированном скафандре, весь увешанный оружием и с мокрой от страха задницей.

Ни кто нам этого не говорил. Нас не стали запугивать или считали слишком умными. Мы прочитали правила передвижения по поверхности, проверили обмундирование и погрузились в челнок. А когда из пассажирской кабины вышел весь воздух, мочевой пузырь не выдержал. Я внезапно ясно осознал, что будет, если в скафандре появиться хоть одна малюсенькая дырочка. Я тогда раздуюсь так же, как вздулся «костюмчик».

На Земле попадание пули в руку означало, что ты ранен и имеешь законное право проваляться в нежном объятии больничной койки. С Луны можно было вернуться только в двух качествах – на шаттле, живым, или в цинковом гробу, мертвым. Впрочем, меня ни что теперь на Земле не держало. Возвращаться я собирался. Странное, непривычное чувство внутренней пустоты, возникшее и так и не прошедшее с момента крушения последних метромориальных планов, требовало каких-то действий. Я надеялся занять себя Луной, до такой степени, чтобы некогда было думать, жалеть себя. Я надеялся, что какой-то счастливый случай, стечение случайностей позволят вновь испытать то сладкое, до безумия желанное чувство, которое пережил в момент триумфа в Метрополитан-Опера. И я надеялся привыкнуть к постоянному страху лишиться последнего глотка кислорода, как привык к постоянному страху получить пулю из-за угла от фанатиков расового освобождения Африки.

Я сидел на армированном кресле беспилотного космического кораблика и дрожал от бессилия что-либо изменить. Я боялся того оружия, которое держал в руках и боялся, что умру от ужаса в тот самый момент, когда увижу вооруженного врага.

Слава Богу, аварийная ситуация – отключение искусственной силы тяжести, о возможности которой нас предупреждали на брифинге, так и не произошла. Не очень-то хотелось, чтобы все дерьмо, собравшееся в штанах, шариками летало перед носом. И без этого в видавшем виды скафандре пахло ужасно, даже не смотря на воющую от натуги вентиляцию.

Иллюминаторов в военном транспорте не было. Солдатам вовсе не обязательно знать, куда их везут, решили конструкторы и «сэкономили» бронестекло. На счастье лунный челнок хотя бы не был одноразовой картонной капсулой, в которой нас однажды выбросили над Юго-Восточной Азией.

С расстояния в тысячу километров управление корабликом взял на себя оператор с Луны. Обратным рейсом челнок должен увезти на Землю компоненты генных сывороток – основной продукт производства лунных кратеров, так что оператору кораблик требовался целым и невредимым. Нас бережно, словно рукой, провели среди каменного безумия мира кратеров, приподняли над кольцом гор окаймляющих поселение и пропихнули в щель в едва приоткрывшемся куполе. И еще почти километр челнок опускался ко дну.

Машина стукнулась о твердое покрытие и спружинила на длинных, тараканьих лапах. Над входным люком вместо красного, горевшего все несколько часов полета, вспыхнуло зеленое табло. Дверь скользнула вверх, обдав парами компрессионных газов.

Все шестнадцать моих бойцов продолжали сидеть на местах. Нас предупредили, что на Луне наши тела станут весить в шесть раз меньше чем дома, и что любое неосторожное движение может привести к травме. Мы шевелили руками, топали, подбрасывали в руках оружие, пытаясь определить силу тяжести, а вставать боялись.

– Эй, крестьяне, – раздался голос в шлемофоне. – Освободите телегу.

Я осторожно поднялся и, зачем-то пробуя пол ногой перед каждым следующим шагом, вышел наружу.

– Все нормально, выходите, – широко улыбаясь, заявил стоящий у трапа человек, одетый в одни шорты и майку. Этот ублюдок искренне над нами потешался.

– Имя, должность, звание, – рявкнул я, направляя на него плазменный излучатель. И добавил уже на тактической волне:

– Тяжесть в норме, все на выход. Не задавите цивика у трапа.

Бойцы организованно встали и, грохоча стальными, с гидроусилителями, ботинками, покинули средство доставки.

– Сэр. Разрешите перейти на глобальное воздухоснабжение? Сэр? – спросил мой заместитель, лейтенант ван Ку.

– Разрешаю, – ответил я и тоже открыл шлем.

– Фри, Станислас Фри, – заявил лунянин так, словно сам не был в этом точно уверен. – Фу-у-у, как от вас смердит... Обделались?

– Где командир этой ямы? – миролюбиво, сквозь зубы, процедил я, слегка сжимая ладонь на его плече. Максимальное давление, которое могла дать перчатка, превышало сотню килограмм на квадратный сантиметр. Не думаю, что использовал больше одного процента от возможностей.

– Ты что? Дикий? – взвизгнул туземец.

– Я задал тебе вопрос!

– Он сейчас придет...

Я отпустил его плечо, повесил излучатель на крепления и повернулся к ребятам. Они, словно дети в цирке, оглядывались и зачем-то нюхали воздух.

– Ван Ку, в чем дело?

– Капитан, сэр, – дернулся молоденький лейтенант, – здесь пахнет... лекарствами, что ли. Как в аптеке... Сэр.

– А что ты хотел, – хохотнул тут же возникший Миха Безденежных. Он считал себя ветераном и во время заданий не утруждал себя субординацией. – Они же тут все доходяги. Поди, только на лекарствах и живут...

– Земляшки, – крикнул туземец, вскочил на проезжающий мимо погрузчик и умчался.

– Может пристрелить эту тварь? – внес дельное предложение Миха.

– Пожалуйста, не стреляйте, – интеллигентно попросил кто-то сверху, что было для нас совершенной неожиданностью.

Прямо над нами висела плоская машина, и в ней человек десять, все как один наряженные в коротенькие штанишки.

– Ты кто? – крикнул я и посторонился, дабы освободить место для посадки гравидиска.

– Директор научно-производственного центра Юго-Запад-1.5, Ким Са Хон, профессор.