Омут
Шрифт:
Звуки пропали. Лишь шлепки ладоней по воде да собственное хриплое дыхание. Пульс в висках звучит набатом, глаза застилает красная пелена. И темнота. Мутная вода, в которой колышутся длинные водоросли. Они цепляются за руки, опутывают ноги, мешают всплыть. И, самое страшное, захлестываются на шее смертельной петлей. Зазеваешься, не увернешься – опустишься на дно, чтобы качаться в глубине среди таких же неловких утопленников. Ряды и ряды раздутых тел. Как праздничные шарики на веревочке.
Сбросить наваждение было почти невозможно. Но Денис привычно вкладывал все силы в движение. Не думать. Не вспоминать. Не оглядываться. Есть только цель – идти, плыть, ползти к ней! Не останавливаться!
Артем все ближе. Денис уже протягивает руку, чтобы схватить, вытащить, как тот прекращает биться и легко встает:
– Попался, тетеря!
Дно само подворачивается под ноги. Глубина – едва по пояс. А с берега и с моста слышится заливистый смех.
– Тетеря!
Денис сплевывает прямо в воду. Обиды нет. Есть желание схватить за вихры и утопить уже по-настоящему. Пульс колотится в уши какими-то шорохами, сквозь которые пробивается едва различимое:
– Пришел… Пришел… Явился…
Шепот исчез вместе с вылитой из ушей водой. Попрыгав как следует на одной ноге, Денис схватил футболку и взбежал на взгорок:
– Нашли чем шутить, придурки!
Злость гнала его до самого дома. Артем окликал несколько раз, но Денис даже не повернулся. А во дворе вдруг остыл. Устроился на ступеньке и подставил лицо солнцу. Артем присел рядом:
– Прости. Ты сильно испугался?
Денис собрался высказать накопившееся, да хлопнула входная дверь. Папа спустился с крыльца:
– Уже подружились? Это хорошо. Денис, знаешь, я тут подумал… Давай заночуем, а? Я ведь здесь лет тридцать не был.
– Давай, – Денису было все равно.
– Вот и хорошо. А на рыбалку вон с Артемом сходите. Можешь мои удочки взять.
И, потрепав сына по плечу, он вернулся в дом.
Глава 3
Идти куда-то с Артемом не хотелось. Еще чего не хватало! А тот вертелся рядом, понимал, что шутка получилась неудачной.
– Слушай, а ты чего так испугался? Неужели действительно поверил?
– Иди ты… в дом.
Нормальный пацан бы после такого психанул, драться полез. Денис был не против, кулаки ого-го, как чесались. Но Артем просто сказал:
– Ты… извини. Не думал, что так по-дурацки выйдет. Но отец как позвонил, так только и слышно: а вот у Васятки Дениска то, Дениска се… Чемпион по плаванию! Во где сидит! – он ребром ладони провел по горлу. – Ну я и…
Злость куда-то улетучилась. Было приятно, что папа хвастается его успехами. Родители редко кого ставили Денису в пример, но когда такое случалось, хотелось рвать и метать. И заявить, чтобы усыновляли этого умницу. Так что Артема он понимал:
– Я когда мелкий был, папа взял меня в океанариум. Я так впечатлился, что решил стать аквалангистом. Даже выпросил у родителей игрушечные ласты и маску. А потом убежал из садика на речку и нырнул… Вытащили, конечно. Повезло, что там компания шашлыки жарила. Я даже воды не успел нахлебаться. Влетело, правда, по первое число, – усмешка искривила побледневшие губы.
– Ох, извини… – Артем понял, насколько розыгрыш был неуместен. – Больно было?
– Ерунда. Что отругали, не страшно, – Денис помедлил, не зная, стоит ли делиться, а потом решил, что можно. – Страшно то, что после этого мне стали сниться странные сны. Будто плыву я в темноте, а со всех сторон извиваются водоросли. Темные, склизкие, – Дениса передернуло. – Они обматывают меня и тянут на дно. А там, во мраке, полным-полно утопленников. И я среди них…
Денис замолчал. Эта история была маркером. Засмейся сейчас Артем, или пошути, дружбы не будет. И приятельства – тоже.
Но Артем лишь уточнил:
– Ты поэтому в спорт пошел? Чтобы хорошо научиться плавать?
Денис кивнул и поежился: вечерело, солнце уже не жарило, и прохладный ветерок залезал под рубаху.
– Только не думай, что я сумасшедший.
– Не буду, – кивнул Артем. И сменил тему: – А, может, на рыбалку? Судаков не обещаю, а карасей надергаем!
Делать все равно было нечего. Денис распаковал чехол с удочками. Артем присвистнул:
– Ничего себе! И тебе разрешают их брать?
– Так тут и мои есть. Вот!
Следующие полчаса мальчишки рассматривали рыболовные сокровища, сравнивали, выбирали, с чем пойти на речку.
– Знаешь, у папы тоже есть хорошие снасти, – вздохнул Артем. – Только он мне их не разрешает брать. Сказал, что в моем возрасте делал леску из конского волоса, а грузила – из свинца, и я так должен.
– Мой говорит, что если научусь ловить на простые снасти, то потом с любыми управлюсь, – поддержал нового друга Денис. Он уже жалел о вспышке: Артем оказался неплохим парнем.
Сообщив бабушке, что они на рыбалку, ребята помчались к реке. Вслед полетело предупреждение о запруде.
На знакомом мосту мальчишек было еще больше, чем днем. Артем почесал босой ступней ногу и велел:
– За мной!
Они нырнули в кусты, а потом повел едва заметной тропинкой куда-то вдоль берега. Артем явно скрывался от любопытных глаз, да увязавшиеся следом младшие братья притихли.
– Только никому не говори, что мы были на запруде! – прошептал один из них.
– Почему? – удивился Денис и тут же вспомнил предупреждение. Что в первый раз, что во второй… – Да что за запруда такая?
– Вот! – Артем посторонился, позволяя Денису увидеть самому.
От берега до берега протянулась неровная цепочка камней. Крупные валуны стояли насмерть, не позволяя реке течь привольно. Булыжники поменьше заполняли просветы, не сдаваясь под натиском воды. Выше преграды образовалась запруда. Был даже небольшой водопад! И все это – в обрамлении синих цветов. Незабудки покрывали берег сплошным ковром, Денис никогда их столько не видел.
– Красиво!
Раздался шлепок, по воде пошли круги – плеснула крупная рыба.