Шрифт:
У меня была дилемма – Диля и Емма. Первая была прочной по характеру симпатичной татарочкой, умеющей прекрасно готовить и все такое. Она мечтала о многочисленной семье и муже-добытчике. Вторая, Емма, – имела западно-европейскую национальность, была десятым (но самым прелестным) лицом в известной транснациональной компании. Она склонялась к мысли, что пищу все-таки готовят, и была уверена, что лет через пятьдесят, – к тому времени, как она решит забеременеть, – наука непременно что-нибудь на этот счет придумает. Долгое время я сомневался, какой из них предложить руку и сердце. И вот, когда день подошел, и надо было принимать решение, я пошел к Вере, знакомой гадалке, чтобы свалить на нее ответственность за свое будущее.
– Не знаю, что и сказать… – пристально посмотрела мне в глаза Вера, странно приятная женщина лет тридцати. – Понимаешь, всегда существует несколько вариантов будущего. И когда человек узнает их, ему есть о чем подумать. Кеннеди, например, год думал.
– Джон Кеннеди? Ты ему гадала!!?
– Обижаешь, Володя, мне двадцать пять всего. Мама моя ему гадала...
– Расскажи!
– Шебутной он был, этот Кеннеди, – начала Вера с полуулыбкой. – Болезненный с детства, но бабник от души. К нему в Белый дом даже родственники стеснялись ходить, ну, кроме брата Роберта, конечно, так там диваны под ним и очередной пассией трещали. Политик он был так себе, с гангстерами путался – хотел с их помощью Кастро убрать, с Мэрилин Монро путался, с наркотиками, с секретаршами, с проститутками. И потому очень его интересовало, как все это будет выглядеть в прессе и в сердцах налогоплательщиков после того, как он уйдет на заслуженный отдых. Ну, и нашел с помощью друга Фрэнка Синатры мою мамочку, тогда она в Штатах практиковала. Правда, первым пунктом на повестке встречи у него стоял другой вопрос – начинать-таки из-за Кубы ядерную войну с Россией или нет? На этот вопрос мамочка ответила решительно, все-таки полковником была, причем это звание ей присвоил сам Лаврентий Берия за срыв германской ядерной программы...
– Шутишь! – удивился я. – Сколько же лет твоей матери в середине сороковых было? Лет десять?
– Под тридцать, а когда с Кеннеди встречалась – под пятьдесят. Меня она родила в шестьдесят.
– Шутишь! – вновь удивился я.
– В нашем роду стареют поздно, ибо знают все наперед. Ты слушать будешь?
– Все, молчу, рассказывай дальше.
– В общем, после того, как Джек [1] позвонил Хрущеву, они...
– Они в Овальном кабинете любовью занялись...
1
Джек по отношению к Джону то же самое, что Шура по отношению к Александру.
– Да. Мамочка моя выглядела получше этой глупышки Мэрилин, а Джекки [2] с детьми как раз на даче в Глен-Ору была, она всегда там от мужниного распутства скрывалась. Кеннеди маме не понравился, он бронзовой болезнью страдал, и весь с ног до головы был в пигментных пятнах, да и спина у него здорово побаливала, от чего он иногда вскрикивал не по сценарию. Но галочку в биографии поставить ей было приятно.
Второй вопрос Джон Кеннеди задал уже после. Нехилый такой вопросик: как сделать так, чтобы навсегда остаться в сердцах и памяти американцев если не великим, то весьма знаменитым президентом?
2
Джекки – Жаклин Кеннеди.
И тут же развил вопрос в интересующую его сторону: мол, если бы Авраама Линкольна не убили, то он, невзирая на свою бурную политическую деятельность, остался бы в памяти американцев рядовым президентом. И вряд ли бы попал на весьма популярную в свое время однодолларовую купюру.
Ну, мамочка моя, естественно поняла его насквозь и, поворожив слегка, выдала три возможных варианта будущего.
Первый вариант реализовывался в случае безвременной смерти Мэрилин Монро. По этому варианту президентскую гонку 1964 года Кеннеди проигрывал Джорджу Ромни, принципиально честному губернатору штата Мичиган. Проигрывал из-за того, что в ходе выборов проливались на свет некоторые обстоятельства смерти Мэрилин, а точнее обстоятельства убийства ее агентами, подосланными Робертом Кеннеди через подставных лиц. После этого проигрыша клан Кеннеди, как политическая сила, переставал существовать.
Второй вариант истории Джона Фицджеральда Кеннеди, очень обидный, реализовывался в случае провала попытки убийства Мэрилин Монро. По нему актриса доживала до девяноста пяти лет, а Джон не выдвигал свою кандидатуру на второй срок по причине резкого ухудшения здоровья. В результате вместо него кандидатом от демократической партии избирался Роберт Кеннеди. Он легко переигрывал Барри Голдуотера и становился 36-м президентом США. В ходе выборов некоторые болтливые помощники Бобби [3] утверждали бы, что их босс фактически избирается на второй срок, так как предыдущие четыре года был главным советником и вдохновителем брата. То есть фактически руководил страной.
3
Бобби – Роберт Кеннеди.
По третьему, самому трагическому варианту, Джона Кеннеди убивали в городе Даллесе на вершине политической славы, и его место в президентском кресле занимал невзрачный во всех отношениях вице-президент Линдон Джонсон.
Последний вариант Джеку понравился сразу. И когда мама сказала, что развитие его приведет сначала к убийству Роберта, а потом и к политической смерти Эдварда Кеннеди, он решительно отправил ее прочь. И через год поехал в Даллес. Невзирая на просьбы компетентных органов этого не делать.
– Интересно… Ну а какие варианты у меня? – пережив услышанное, перешел я в практическую плоскость.
– Первый вариант твоего будущего реализуется, если ты женишься на Диле. Она нарожает тебе четверых ребятишек и, в конце концов, сделает из тебя примерного мужа, хорошо знающего, сколько можно выпить и что говорить за столом.
Второй вариант – это Эмма. Вы объездите весь свет, побываете в космосе, у вас будет самолет, сорокаметровая яхта, ранчо на Гавайях, фазенда в Аргентине и замок во Франции. Через десять лет ты с одним чемоданом уйдешь от нее к проститутке Фи-Фи…
Вера замолчала. Гипнотический ее взгляд побудил меня спросить:
– Ну а третий вариант? Есть у меня третий?
– Есть. Третий вариант – это я. Ты ведь за ним сюда пришел?