Чтение онлайн

— Но ты не такая, Фурия. — говорит прямо в ухо и очень тихо.

— Ладно-ладно. — друг поднимает руки вверх, признавая слова Андрея. — Только имей ввиду, что если обидишь её, я сам тебя прирежу.

— Знаю. — улыбается мой парень, сдавливая чуть крепче. — Не обижу. Ты же знаешь меня.

— Ага, знаю. — брякает Паша. — Только Крестик нервы трепать умеет мастерски.

— Козлина! — гавкаю, подскакивая, но Андрюша удерживает за плечи.

— Это уже мои проблемы, Макей. Придётся запастись терпением. Что скажешь, Фурия, оно мне пригодится? — поднимает вверх уголки губ.

Касаюсь их пальцами, а после и губами.

— Ещё как. — смеюсь ему в рот, а после растворяюсь в жадном горячем поцелуе.

Я давно разучилась верить

— Конечно! Это же такой позор, если друзья узнают, что ты крутишь шуры-муры с генеральской дочкой. — бросаю ядовито, не отрывая сосредоточенного взгляда от дороги.

— Ты меня, блядь, вообще не слышишь? — напирает Андрей яростно.

— Слышу! Отлично слышу! И делаю выводы!

Вот так и заканчивается наше время. Почти всю дорогу мы ссоримся из-за настойчивости психа. Он не хочет, чтобы я подвозила его прямо к части, и кто-то из сослуживцев увидел нас вместе.

Скрежеща зубами, исцарапываю мягкую кожу на руле.

— Может, сразу к твоему отцу пойдём и объявим, что встречаемся? — с ехидством высекает парень, прожигая меня чернотой провалов.

— Ха! Отличный план, Андрюша! — рявкаю, всё сильнее вскипая. — Начнём со знакомства с родителями. Мой папа тебе не обычный мужчина, который так просто примет новость. Он старой закалки. Сначала устроит тебе допрос с пристрастием, потом превратит твою службу в адское испытание, а если доживёшь до дембеля, подумает, достоин ли ты меня.

— О-о-о, да-а-а. — тянет с иронией. — Где Кристина Царёва, а где я? Простой солдат недостоин даже пылинки с твоих туфель сдувать.

— Ты совсем больной, Андрей?! — ору, едва не пролетая на запрещающий сигнал светофора. Резко бью по тормозам. Если бы не ремни безопасности, оба в лобовое вылетели бы. Подскакивая на месте, стремительно оборачиваюсь к Дикому. — Ты вообще думаешь, что несёшь?! При чём тут это?!

— А ты уже забыла, как деньги мне совала у Пахи дома? Дословно повторить, что ты мне тогда сказала? — с ехидной усмешкой толкает.

От стыда за тот поступок едва ли не самовоспламеняюсь. Сбавляю обороты и протяжно выдыхаю.

— Не надо. Я помню. И это совсем другое. Теперь всё иначе, Андрей. Сейчас мне не важно, есть между нами разница или нет.

— Неужели? — цедит жестоко мужчина, свернув пальцы в плотные кулаки. — А тогда было важно? Люди не меняются, Крис. Ты привыкла показывать своё превосходство над другими.

— Ты идиот! Дебил! Господи… — выпаливаю, закатив глаза.

Отворачиваюсь обратно к дороге. Скрипя зубами, больше ничего не отвечаю. Дикий тоже молчит. В угнетающей тишине едва не вою, чтобы снять давление в груди. Как же не хотелось, чтобы на такой высокой ноте мы расстались. Я не против рассказать папе о нас, но не уверена, что он спокойно отнесётся к моим отношениям с Андрюшей. По его мнению, я должна выйти замуж едва ли не за сына министра из Госдумы. Но это не такая уж и большая проблема. Я готова отстаивать свою позицию, если буду уверена, что оно того стоит. А судя по этому разговору, вместе мы долго не протянем.

Кошу на него взгляд. Парень смотрит в боковое окно, поджав губы. Понимаю, что кто-то должен пойти на уступки, но взращиваемая годами гордость не даёт этого сделать. Но я не хочу терять его. Ни сейчас, ни завтра. Да и вообще никогда! Я делаю много ошибок, и расплата за них обязательно приходит. Сейчас я плачу за своё стервозное, надменное поведение временем, которого у нас и так слишком мало.

Осторожно перевожу дыхание и зову едва слышным шёпотом:

— Андрюша. — он вздрагивает, поворачивается, тяжело сглатывает. Смотрит прямо в глаза. Под его взором щёки нагреваются. — Извини. За то, что тогда себя так вела. Мне правда стыдно за те слова и действия. Я совсем тебя не знала. Если не хочешь, чтобы кто-то знал, хорошо.

Пролепетав это, снова сосредоточиваюсь на том, чтобы довести нас обоих до пункта назначения целыми и невредимыми. Неконтролируемо дёргаюсь, когда большая ладонь накрывает мою руку, а жаркое дыхание касается щеки. Большим пальцем поглаживает ребро ладони.

— Не в том дело, что я не хочу, чтобы кто-то знал. Мне не даёт покоя, что слухи дойдут до твоего отца. Я же понимаю, Крис, что он так просто не отдаст тебя мне. — бомбит глухим сипом.

Поворачиваю руку, сжимая его пальцы. На секунду скатываю взгляд на серьёзное лицо парня. До боли в лёгких вдыхаю через нос и шуршу:

— Мы вместе меньше суток, Андрей. Мы даже не знаем, получится ли у нас что-то. И ты сам говорил не думать о том, что будет дальше.

— Не знаем, Фурия. Но это не значит, что всё несерьёзно. Я не тот человек, которому важна только постель.

— А какой ты человек? — выпаливаю почти беззвучно.

Он закрывает глаза и хрипит:

— Мне нужны серьёзные отношения. И очень надеюсь, что наши будут такими. Но на данном этапе нам обоим будет лучше, если твой отец останется пока в неведении. И остальные тоже. Давай сначала сами разберёмся, что происходит между нами. Да, есть притяжение, и очень сильное, но это не залог того, что мы сможем быть вместе.

— Сможем. — выбиваю уверенно, паркуя машину в двухстах метрах от части. Отстёгиваю ремень и пересаживаюсь лицом к нему. Соединяю наши пальцы и добровольно устанавливаю прочный зрительный контакт. — Пусть это просто тяга, но я не могу не думать о будущем. Я не такая, какой ты меня считаешь. Умею адаптироваться и подстраиваться, иногда даже прогибаться. Не хочешь, чтобы кто-то знал, окей. Со мной сложно. Я непростой человек с ужасным характером. Если сможешь проявить чудеса самообладания, я научусь быть в отношениях.

Стараюсь улыбаться, но напряжение между нами слишком грузное, давящее. Я не привыкшая к откровенным разговорам и признаниям в собственных слабостях перед посторонними людьми. Андрей совсем другой. Он прямой, открытый, честный. Вряд ли его устроит моя обычная манера поведения. Понимаю, что забегаю наперёд слишком быстро, но не могу не думать о предстоящем расставании. Я этого не хочу. И уже начинаю думать, как его избежать. Кажется, Крис Царёва вляпалась по уши.

— Кристинка. — высекает мужчина на выдохе и прижимает меня к себе.