Онливан
Шрифт:
Чарльз поднял взгляд к горизонту и всмотрелся в воздушные нити магистралей. Несколько сверкающих стеклянных труб растянулось над городом, забавно переплетаясь. Там, внутри, двигались машины, управляемые силой воздуха. Пульпостопы служили быстрым и абсолютно безопасным транспортом для многотысячного населения города.
Чарльз взглянул еще выше, высоко в небо, рассматривая яркую синеву. Он мягко обвел взглядом весь видимый горизонт, слева направо, задержавшись на сияющем Солнце. Как ярко оно светило сегодня! Впрочем, как и вчера, и позавчера, и полгода назад… В этом городе всегда стояла чудесная июньская погода, без засухи и проливных дождей.
Никто не нуждался в прогнозах, погода была известна на многие годы вперед согласно правительственным настройкам. Впрочем, изменения температуры воздуха в 1-2 градуса Цельсия все же допускались. Во всей стране работала искусственно созданная среда, зона климатического контроля, или КК. Правда, для пользы дела пришлось полностью ликвидировать живую растительность, – деревья, кустарники, а также реки и все водоемы, заменив их искусственными и стабильными.
Птиц и насекомых в городе не осталось, возможно, они перебрались в естественную среду обитания, которая располагалась где-то далеко за окраинами города.
Впрочем, за этим городом, носящим название Копиэл, следовал еще один, затем еще и еще, – страна простиралась до невидимых берегов Северного океана. И все здесь было устроено на благо человека.
Рекламный пилот, заметив Чарльза, праздно стоящего у окна, ни теряя ни секунды, плавно подлетел к нему, и из ярко-оранжевой сферы долетели призывные слова:
– Спешите! Спешите приобрести новейший модулятор «Око-Модуль»! Теперь не нужно даже пальцами двигать! Один Ваш взгляд, и «Око-Модуль» все выполнит в считанные секунды!
Чарльз многозначительно вздохнул, и отошел в глубину комнаты. Он вернулся мыслями к письму. «У него получилось! У Рода, моего мальчика получилось найти это место! —думал он, чувствуя волнующую радость внутри. – Это невероятно! До сих пор не могу поверить. Как же быстро он вырос…»
И, подойдя к столу, он нажал на пульт модулятора. Это была старенькая машина, которая, впрочем, успешно справлялась со всеми потребностями и пожеланиями нашего героя.
– Кружку чая, бутерброд с сыром, горячий. И пару кусочков ветчины.
В одно мгновение из-под модулятора образовалась тарелка, на которой появилась, пиксель за пикселем, названная еда. Рядом выросла кружка с налитым чаем.
– Осторожно, горячо! Приятного аппетита, мистер Чарльз! – сказал модулятор и затих.
Чарльз взял в руки чай, наблюдая игру янтарных оттенков внутри стакана.
– А чаинок нет, – задумчиво сказал он, и присел за стол.
Модулятор, услышав его голос, поспешил «проснуться» и участливо спросил:
– Что-нибудь еще, Чарльз? Могу сделать чаинки отдельно. Вы же знаете, я создаю уже готовый заваренный чай, и для него не требуется никакой органики.
– Да, да, Спец, я в курсе, – ответил Чарльз, – так, вспомнилось… Спасибо за вкусный завтрак!
Модуляторы были в каждом доме самой необходимой вещью. Дом мог быть абсолютно пустым, но модулятор, хотя бы один, обязательно должен был быть там установлен. Он позволял создать любой продукт, мебель, обувь, вещь любой формы и цвета. Главное, не забыть его вовремя заправить… воздухом. Да, из воздуха черпались необходимые химические элементы, а далее модулировались нужные сочетания молекул. Создавалось образное вещество. Затем форма и цвет, свойства. Весь процесс был отлажен годами, прогресс не стоял на месте, постоянно увеличивая скорости сотворения.
Но так было не всегда и не сразу. Чарльз еще помнил те времена, когда жители Копиэла готовили себе еду, выносили мусор, покупали одежду и обувь в магазинах. Но постепенно удобство стало брать верх над естественностью. Сначала исчезли домашние животные, – их заменили смоделированные собаки, кошки и другая живность. Теперь можно было обзавестись даже ягуаром или лемуром, – от модуляций не загрязнялись дома, их не нужно было выгуливать, делать прививки. Исчезла аллергия на домашних питомцев. Одни плюсы, что ни говори!
Любую пищу научились модулировать, и это тоже принесло большие удобства. Ушла необходимость затрачивать массу времени и ресурсов, чтобы вырастить урожай зерновых, овощных и плодовых культур, чая, кофе. Не нужно было больше содержать животноводческие фермы. Модулятор решал все проблемы с едой и напитками!
Модуляторы вытеснили продукты потребления, захватив все сферы производства. Затем под их прицел попало общение, и в скором времени появились виртуалы – голограммные заменители реальных собеседников. Это удобно, – не нужно тратить время и средства на сборы, встречи, поддержание знакомства, не нужно решать трудности «живого» общения, – модулированный собеседник в любой момент может появиться и исчезнуть по вашему желанию.
Теперь дело оставалось только за одним – совершенствование самих модуляторов.
Поговаривали, что вслед за новинкой «Око-Модуль» готовится к выпуску «Мысле-Форма» – тип модулятора, которому уже не нужны будут ни ваши жесты, ни ваш взгляд. Только мысль! Подумайте, и он исполнит, воплотит желаемое. Рекламные компании под лозунгом: «Желай – сделаем!» уже широко разворачивались по стране.
Но Рода не радовали такие возможности. Уже с детства он с большим интересом слушал рассказы Чарльза о тех временах, когда люди сами делали что-то. Для мальчишки, растущего в новой реальности, эти истории казались невероятными. Слушая отца, он задавал много вопросов, не прекращая удивляться услышанному.
– А как же делали машины? – спрашивал он, с любопытством глядя на Чарльза.
– По чертежам. Машины собирались на заводах. А чтобы они ездили, нужно было топливо. Например, газ или бензин.
– А если газ закончился, что будет с машиной?
И Чарльз терпеливо объяснял, что мог. Спешил передать все, что помнил сам и все то, что знал от своих родителей.
Род подрастал, и жажда деятельности становилась его основной чертой. Ему хотелось все сделать самому, но модуляторы не давали развернуть его творческую силу на «полную катушку». Культура общества, весь его уклад формировался таким образом, что не оставалось никаких шансов сделать что-то реальное. Наоборот, повсюду поощрялись новые идеи, освобождающие человечество от любых действий. Мысль о том, что вещь или продукт можно сделать самому, вырастить, сшить, вырезать, – казалась дикой. В сознание современного человека плотно засел образ «всего готового», и потребность творить, действовать вытеснилась потребностью использовать.