Чтение онлайн

– Она чего-то опасалась?

– Понятия не имею!

Бургомистр с седеющими рыжими усами на тяжеловатом, красном и добродушном лице казался славным малым, но Альдо из осторожности решил больше ничего ему не говорить и, чтобы избежать вопросов, сам принялся задавать их – это лучший способ.

– Вы представляете себе, кто мог совершить подобное преступление? Вся эта кровь... убийство...

– Нет. Бедные Матиас с Мариеттой! Такие славные люди! Венгерские беженцы... Госпожа графиня заботилась о них, но вот что самое странное: они ведь жили с дочерью... Бедняжка немного не в себе – она нигде не показывалась и воображала себя принцессой. А здесь только трое...

– Ее нет? Может быть, она спряталась? Когда убийцы ворвались в дом, она, должно быть, сильно испугалась.

– Во всяком случае, наверху никого нет, – сказал Адальбер, вернувшийся со спиртом, ватой и бинтами. – Если бы там кто-то был, я бы увидел.

Им с Альдо не удалось оказать Лизе первую помощь: пришел врач, в своем наряде горца смахивавший на Вильгельма Телля. Он быстро осмотрел рану, сделал простую повязку, которая сразу остановила кровь, и заявил, что девушку надо отнести к нему, чтобы извлечь пулю.

– К вам? – забеспокоился Альдо. – У вас здесь клиника?

Тот взглянул на незнакомца отнюдь не ласково.

– Если я говорю, что нужно отнести ее ко мне, значит, у меня есть все, что нужно для операции. Я лечу весь этот горный район плюс рабочих с рудников. Несчастные случаи не так уж редки... Ладно! Попытаемся ее оживить!

– Почему она все еще без сознания? – спрашивал Адальбер, встревоженный таким длительным обмороком. – Крепкая девушка, спортивная...

– ...но затылок ее украшает шишка размером с куриное яйцо! – закончил доктор. – Должно быть, ушиблась, падая с лестницы.

Минутой позже Лиза полностью пришла в себя. Ее глаза распахнулись, и она простонала:

– Эльза!.. Они... Они похитили Эльзу!

Часть вторая

ТРИ ШАГА ВНЕ ВРЕМЕНИ...

8

ПОСЛАНИЕ

Все произошло самым банальным и оттого еще более огорчительным образом: около десяти часов вечера, пока Лиза провожала Эльзу в спальню и помогала ей лечь в постель, Мариетта собиралась гасить лампы, а Матиас, тщательно осмотрев оба ружья, ставил их в стойку, с улицы послышался женский голос, со слезами призывавший Мариетту. Решив, что у соседки случилась беда, Мариетта, не раздумывая и не посоветовавшись с мужем, открыла уже запертую на ночь дверь и вышла. И тут же ее грубо втолкнули обратно четверо неизвестных мужчин, одетых в черное, со скрытыми под масками лицами и вооруженных до зубов.

Дальше все случилось очень быстро: Матиас схватил одно из ружей, получил смертельный удар топором, нанесенный явно опытной рукой; перепуганной Мариетте не дала закричать пуля, выпущенная из револьвера, а бандиты принялись переворачивать вверх дном все, находившееся в комнате. В это время Лиза услышала шум и спустилась вниз с пистолетом в руке. Она приготовилась выстрелить, но ее опередили.

– Нечего было стрелять! – недовольно сказал один из грабителей, по-видимому, вожак. – Нам нужны драгоценности, а теперь некому ответить на наши вопросы...

– Остается помешанная! Уж она-то точно скажет, где они! Пошли!

Когда они оказались у подножия лестницы, Лиза, до тех пор притворявшаяся бесчувственной, собрала все силы и, превозмогая боль, обеими руками схватила их за ноги. Упал только один, а второй так ударил девушку рукояткой пистолета, что она уже на самом деле потеряла сознание. Последнее, что она видела, – как один из убийц выволакивал Эльзу из ее спальни.

– Больше я ничего не знаю и очень за нее боюсь, – прошептала Лиза два часа спустя, лежа на кушетке с перевязанным плечом, из которого извлекли пулю, в комнате Марии Браунер. Альдо, Адальбер и Мария сидели возле постели. – Этим людям нужны драгоценности, и они способны подвергнуть ее пыткам, лишь бы узнать, где она их прячет. А ведь она ничего не знает!

– Как это? – удивился Морозини. – Вы же сказали мне, что орел, как и серебряная роза, – драгоценнейшие для нее сокровища. Разве они были не в ее распоряжении?

– Роза – да. Что касается орла, ей его давали, когда она желала его надеть, однако она сама просила не говорить ей, где его держат. Не забывайте, что она воображает себя эрцгерцогиней! О господи, что они с ней сделают?

– Не думаю, что в ближайшее время ей что-нибудь угрожает, – заметил Адальбер. – Ведь эти люди считают ее помешанной, разве не так?

– Так сказал один из них.

– Если они хоть что-то соображают, то прежде всего попытаются ее успокоить, А уж потом начнут допрашивать. Именно для этого они похитили ее, вместо того чтобы убить.

– А когда поймут, что она ничего не знает?

– Лиза, Лиза, прошу вас! – вмешался Альдо, взяв ее горячую руку. – Вы сейчас должны подумать о себе и немного отдохнуть, Фрау Браунер за вами присмотрит...

– Уж в этом вы можете быть уверены! – подтвердила та. – Сейчас мало что можно сделать. Наш бургомистр позвонил в Ишль. Полиция приедет утром, но не так-то легко будет найти следы. Ганс, рыбак, который в любую погоду торчит на озере, видел, как от берега отошла лодка, но в таком тумане не разглядеть было, куда она направилась. Ему показалось, что к Стегу... Ну, фрейлейн Лиза, теперь вам надо поспать!,. А вам, господа, пора уходить!

Они встали и пошли к двери, но внезапно Морозини услышал голос:

– Альдо!

Он обернулся: Лиза в первый раз назвала его по имени. Как же была взволнована бывшая дурнушка Мина, если позволила себе такое проявление дружбы!

– Да, Лиза?

Она сама взяла его за руку, сжала ее и умоляюще посмотрела ему в глаза:

– Бабушка!.. Надо предупредить ее... а главное, защитить! Эти люди готовы на все! Когда они поймут, что от пленницы ничего не добиться, бабушка станет целью их охоты. Они вспомнят о ней...

Растроганный выражением глубокой тревоги на осунувшемся личике, князь наклонился и коснулся губами пальцев, вцепившихся в его руку.

– Отправляюсь прямо к ней!

– Не говорите глупостей! Надо дождаться катера... потом поезда...

– Вы что, смеетесь? – воскликнул тоже задержавшийся в комнате Адальбер. – Сколько километров до Стега по озеру? Примерно восемь. А там мы найдем, каким способом проделать оставшиеся десять. В крайнем случае пойдем пешком...

– Двадцать километров? Вы выбьетесь из сил!