Чтение онлайн

Остановившись в дверях комнаты, она рассеянно посмотрела в окно, за которым только что скрывшееся солнце мягко золотило склоны холмов. Внезапно перед ее глазами мелькнуло лицо паренька-оборванца. Ведь сколько лет прошло с тех пор, но она почему-то не забыла пронзительную синеву его глаз! Надо же… тут, конечно, есть чему удивиться. Но сейчас ей показалось просто чудовищным, что она вообще могла вычеркнуть его из памяти. От такого предположения Джорджия даже зажмурилась и чуть слышно застонала.

— У нас, — вдруг донесся до нее голос миссис Милман, — есть только два выхода из сложившейся ситуации. Либо выкинуть белый флаг и заплатить за каждую корову, чтобы этот мерзавец подпустил их к воде, либо нанять людей и вышвырнуть Диксона и его шайку с нашей земли!

Девушка открыла глаза. Еще ни разу в жизни ей не приходилось слышать, чтобы ее мать, всегда такая мягкая и женственная, говорила подобные вещи. Впрочем, судя по всему, и сам Милман был удивлен ничуть не меньше.

— И что же конкретно ты предлагаешь? — спросил он.

— Пока не знаю, — пожала плечами миссис Милман, полузакрыв глаза и наморщив лоб, будто пытаясь мысленно проникнуть в будущее. — Правда не знаю.

— Идти против закона просто глупо! — воскликнул он.

— Глупо! — эхом откликнулась она. — Но еще глупее просто сидеть и дожидаться конца!

Вдруг она вскинула вверх руку и прошептала:

— Послушай-ка, Джон!

Через полуоткрытое окно до них донесся унылый протяжный стон — скорее даже не стон, а вздох, влетевший в комнату на крыльях ветра.

Милман вздрогнул, будто от удара. Жаркая испарина покрыла его лицо, и, сколько он ни старался, так и не смог сдержать слез, хлынувших из глаз. До боли стиснув дрожащие руки, он хватал губами воздух, стараясь унять бешено колотившееся сердце.

— От этого ожидания я скоро сойду с ума, — угрюмо прохрипел он. — Господи, как бы мне хотелось сейчас оказаться там! Но что толку?! Шериф, мой друг, все наши соседи, даже закон — все глухи и слепы к моим мольбам! Нам неоткуда ждать помощи! Кажется, будто само небо решило меня покарать! Что нам делать, что делать, Элинор? Разве что-то может нас спасти?!

— Ну, — протянула эта изящная, хрупкая на вид женщина, — раз уж мы не можем рассчитывать на чью-то сильную руку или на оружие, остается только чудо!

— Чудо?! — растерянно заморгал Милман.

— Я имею в виду Малыша Кида, — спокойно пояснила она.

Лицо Милмана на мгновение прояснилось.

— Ах да, Малыш! — кивнул он. — Да, можно подумать, что он послан нам в ответ на наши молитвы! Но подумай сама — чем нам может помочь даже такой человек, как он? Ему и так удалось сделать невозможное — привезти одного из этих ублюдков в качестве подтверждения незаконности действий Диксона! И что же? Наш шериф просто-напросто не захотел увидеть то, что было у него под носом!

— И был прав, — пожала плечами его жена. — Послушай, мы не должны осуждать Лью Уолтерса. Что бы там ни было, он — честный человек!

Милман в отчаянии махнул рукой. Потом, видимо, его мысли вновь вернулись к Киду.

— Впрочем, разве заранее скажешь? Этот юноша, по-моему, способен на самые невероятные поступки! — проговорил он и, заслышав позади шаги вошедшей дочери, недовольно буркнул: — Джорджия, мы с твоей матерью беседуем о делах.

— Вот-вот! И о чудесах, насколько мне удалось понять, — холодно улыбнувшись, отозвалась Джорджия.

— Что ты хочешь сказать, дорогая?

— Ну, раз уж вы сами заговорили о Киде, может, вам будет интересно узнать, что я только что с ним разговаривала!

— Ты видела его? Где?!

— В лесу. Точнее, на поляне — той самой, которая ближе всего к нашему дому. Мы с ним очень долго беседовали. Очень, очень долго!

— Надеюсь, это была не пустая болтовня, — пробормотала миссис Милман, подозрительно разглядывая дочь. Глаза ее сузились.

— Никогда в жизни не слышала столько поразительных вещей! — заявила Джорджия.

— И что же это? Наверное, что-то такое, что и нам хорошо бы знать?

— Да. Боюсь только, от таких новостей у вас волосы встанут дыбом, — заявила девушка.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, — начала Джорджия, старательно отводя глаза в сторону, чтобы избежать взгляда отца и изо всех сил пытаясь смотреть только на мать, — например, он рассказал, что, когда был совсем малышом, лет шести, его отец с матерью решили переехать на новое место — насколько я могла судить, они были просто мелкими скваттерами. Так вот, когда они со своим жалким скарбом и таким же жалким стадом, а было у них всего-то пара лошадей, несколько мулов, две молочные коровы да ослик, тащились через пустыню, на них напали бандиты — пятеро негодяев, которые не постеснялись забрать у них все, кроме двух старых коров! А ведь с ними был ребенок! Только подумайте об этом!

— Как это ужасно! — рассеянно пробормотала миссис Милман. — Но, дорогая, видишь ли, сейчас мы с твоим отцом немного заняты…

Но Джон Милман как-то странно повернул голову и, казалось, затаив дыхание, ловил каждое слово дочери.

— Ты даже не представляешь, мама, насколько это было ужасно! — продолжала Джорджия. — Ведь у них на руках был не просто ребенок, а больной ребенок! Бедняжка был болен уже давно, но отец настаивал на том, чтобы пересечь пустыню и добраться до новых земель — Земли Обетованной, как он ее называл. Ах, бедняга, бедняга! И вот они потащились дальше. Малышу с каждым днем становилось все хуже и хуже. Его мать обезумела от страха. Это был их крестный путь, поверьте. Несчастным пришлось запрячь в повозку дойных коров, иначе они так и остались бы в пустыне. При этом они выбросили весь свой жалкий скарб — все, кроме остатков пищи. И все равно животные с трудом тащились по раскаленной пустыне, увязая в песке. Солнце палило немилосердно, и, наконец, одна из коров упала. Это была Пятнашка. Осталась вторая — Рыжуха. Несколько дней бедное животное, умирая от голода и жажды, тащило маленького мальчика на спине. Ужасно, правда?

— О Боже, Боже! — побледнев, прошептала миссис Милман. Материнские чувства заставили ее забыть обо всем, кроме этой страшной картины.

— А потом пала и Рыжуха. Но теперь они были уже на самом краю пустыни. На горизонте уже видели зелень Земли Обетованной! Им все-таки удалось до нее добраться! Но вскоре, не выдержав всех тягот, выпавших на их долю во время этого страшного пути, умерла мать Малыша. Сердце отца было навсегда разбито, а Кид, что ж, Кид вырос с одной лишь мыслью — во что бы то ни стало отомстить тем пятерым, которые много лет назад обрекли его семью на голод и муки!