Чтение онлайн

Это было первое, о чем она подумала, когда туман, обволакивавший ее мозг, начал рассеиваться. Поцелуй его был нежным и жгучим, осторожным и требовательным, щедрым и жадным. Он наполнил ее нежностью и страстью. Когда Айвэн отодвинулся – совсем чуть-чуть, чтобы посмотреть ей в глаза, – она поняла, что взгляда его она тоже не забудет никогда.

Люси отдавала себе отчет в том, что его чувства к ней не были искренними – так же, впрочем, как и ее чувства к нему. «Так что ничего страшного не произошло», – успокаивала она себя, но впервые в жизни почувствовала потребность ответить поцелуем на поцелуй. И потребность эта была такой сильной, что, не думая о последствиях, она приподнялась на носки и потянулась к нему губами.

А последствия не заставили себя ждать. Айвэн обхватил ее одной рукой за талию и крепко прижал к себе. Другой рукой он поддерживал ей голову так, чтобы она не могла спрятаться от его настойчивых губ. В этом, втором, поцелуе нежности было меньше, зато в нем было больше напора и жадной требовательности. Айвэн уже не осторожничал. Но был по-прежнему щедрым.

Внезапно язык его скользнул между ее губ, и у Люси перехватило дыхание. Она, конечно, слышала о подобных поцелуях, хотя о них всегда рассказывали шепотом, а она никогда особенно не прислушивалась. Однажды она даже читала о таком поцелуе в какой-то книге, которую нашла в библиотеке подруги. Это была французская книга о здоровье и гигиене, где коротко описывались физические отношения между мужем и женой.

Но по тому сухому и неуклюжему описанию представить что-то подобное было просто невозможно. Кстати, они ведь не муж и жена и никогда ими не будут…

Уже одна эта мысль должна была бы заставить ее задуматься. Но поскольку губы Айвэна в этот момент скользили по ее шее, она не могла думать больше ни о чем. Ее шатало и кружило – в прямом и переносном смысле. Его прикосновения вызывали целую бурю различных ощущений. С ней творилось нечто невообразимое, нечто такое, о существовании чего она прежде и не подозревала.

Нет, этого поцелуя ей не забыть никогда, даже если она доживет до ста лет.

– Ты целуешься как куртизанка, – пробормотал Айвэн, касаясь губами мочки ее уха.

Люси поняла, что он снова дразнит ее, подсмеивается над ее неопытностью, но почему-то совсем не обиделась.

– Извини, что разочаровала, – едва слышно пробормотала она. – Если бы я знала о твоих намерениях, непременно попрактиковалась бы заранее. Пусти, пожалуйста! – потребовала она и отвернулась, но в голосе ее не было искренности.

– Это трудно назвать разочарованием, – прошептал он, снова прижимаясь губами к ее мочке. – Неопытность ты восполняешь страстью. Я знаю, тебе понравилось целовать меня. Не сопротивляйся, Люси. Я хочу вновь почувствовать твой вкус. Ты меня так возбуждаешь…

Она его возбуждает? Перед подобными словами Люси устоять не могла. Ей уже говорили, что она красива и умна. Один поклонник даже сказал, что губы у нее мягкие, как пух, а другой – что волосы у нее как шелк. Но никто и никогда ей не говорил, что она может возбуждать. Да и пусть бы кто-нибудь отважился сказать ей такое!

Но этот цыганский граф Айвэн Торнтон позволяет себе все, что хочет.

Ну а она сама? Чего хочет она? Люси чувствовала, что хочет только одного: чтобы он еще раз поцеловал ее.

Она повернулась к нему, ища его губы, которые прекрасно знают, чего жаждет ее тело – от аккуратно уложенных волос до пальцев ног, обутых в модные туфельки. Руки ее как-то сами собой оказались на его широких плечах, пальцы пробежали по длинным черным цыганским кудрям.

Губы их встретились, и этот поцелуй ей показался вечным. Его язык вновь нырнул в глубины ее рта, а затем – она уже и сама не могла сказать, как это получилось, – ее язык оказался между его губами. Люси была настолько потрясена, что не чувствовала никакого стыда, никакого замешательства. То, что между ними произошло, казалось слишком невероятным, чтобы в это можно было поверить. У нее возникло ощущение, будто все самые сильные чувства – ужас, изумление, радость – слились в нечто совершенно необычное.

Внезапно Айвэн отстранился, положив ей руки на плечи. Его горящие голубые глаза не отрывались от ее глаз.

– Интересно, моя дорогая мисс Драйсдейл, научишь ли ты свою юную подопечную этому восхитительному искусству?

Его насмешливый тон, как ледяной дождь, тут же привел Люси в чувство. Она высвободилась из его рук, да Айвэн и не пытался ее удерживать. Она едва дышала, сердце ее билось в бешеной гонке. С большим трудом ей удалось произнести:

– Если вы достаточно повеселились, то я, пожалуй, пойду.

– У тебя сбилась прическа.

Айвэн прислонился к столу, скрестив на груди руки. Люси вдруг сообразила, что он дышит абсолютно нормально, и ей стало дурно. Неужели этот поцелуй для него ничего не значил?

Дрожащей рукой Люси пригладила волосы, ругая себя за глупость. Она вела себя совершенно недопустимо, просто непростительно! Не дай бог, леди Уэсткотт узнает…

Она постаралась сделать вид, что его поцелуи ее тоже ничуть не тронули.

– Вы каждый танец так заканчиваете, милорд? Тайком выводите партнершу в пустую комнату и мучаете ее своими дурацкими поцелуями? Вернее – пытаетесь мучить, – добавила она, желая стереть с его лица насмешливое выражение.

Но Айвэн лишь снова усмехнулся:

– Приходится поддерживать репутацию повесы.

– Боюсь, недолго вам оставаться повесой и гулякой, если вы и впредь будете вести себя столь неосмотрительно. Достаточно будет внимательной наставницы и разъяренного родителя, чтобы вынудить вас вступить в брачный союз.

Айвэн оттолкнулся от стола и небрежно поправил воротник рубашки.

– Для того чтобы принудить меня к чему бы то ни было, одной любопытной наставницы и одного разъяренного родителя мало, Люси. Не забывай об этом, если ты хочешь навязать мне Валери.

– Навязать Валери?! – воскликнула она. – Да вы смеетесь! Худшей партии, чем вы, для нее и не придумаешь. Кстати, для вас я мисс Драйсдейл!

Люси была близко от двери, и ей лишь с большим трудом удалось подавить в себе желание позорно бежать, когда он направился к ней. Глаза его горели, как сапфиры.

– Если я решу, что мне нужна леди Валери, поверь, я сделаю так, что она станет моей.

«Как только что ты».

Он не напомнил ей о том, что только что произошло между ними, но Люси поняла его намек и чуть не задохнулась от бессильной ярости.